Американское вторжение в Афганистан было особенно странным ввиду того, что русские ушли из него лишь несколько лет назад. Большинство американских политиков и военных предсказывали, что у русских ничего не получится, – но ничего не получилось и у американцев. Контингент НАТО в Афганистане смехотворно мал, в пять раз меньше советских войск, которые там воевали и проиграли. В Ираке и Афганистане американские генералы не смогли убедить своих политических лидеров, что сосредоточение сил – важнейший фактор усмирения оккупированного государства. Отсутствие миротворческих сил выглядит особенно странно на фоне массовых призывных армий современности. Когда страны вроде России и Китая обучают свою молодежь массовому убийству под названием искусство войны, почему бы не отправить эту молодежь в иностранную миротворческую миссию в Афганистан? Многие из них с удовольствием согласились бы за небольшую плату.

В Афганистане у США не было четкой цели. Спустя тридцать три дня после 11 сентября Буш потребовал от талибов лишь одного – выдать Америке Осаму. Они фактически согласились, при условии, что Буш предоставит хоть какое-то доказательство его причастности, чтобы они могли отказать ему в защите. Доказательств у Буша не было, а от переговоров он отказался. «Талибан» выполнил условие Запада и убрал все плантации мака, но со временем из-за санкций у него остался лишь один источник дохода – наркоторговля. Нельзя исключать, что Осаму удалось бы заполучить и без вторжения. В любом случае, свержение «Талибана» не имеет ничего общего с интересами США в этом регионе. Даже более того, «Талибан» смог обеспечить стабильное и надежное правительство для Афганистана, с которым было гораздо проще иметь дело, чем с кем бы то ни было. Что касается террористических лагерей, то по ним можно было бы достичь консенсуса точно так же, как по наркотикам.

Интересно, что США использовали в Афганистане ту же стратегию выдавливания, которую они запрещают Израилю в отношении Газы. Предполагается, что если создать для населения невыносимые условия жизни, оно само сместит свое правительство. Но это маловероятно в обоих случаях: ни афганцы не могут на равных воевать с талибами, ни палестинские арабы – с ХАМАСом. Когда американцы осуждают Израиль за удары возмездия по Газе, им бы лучше вспомнить некоторые другие названия, где американские истребители уничтожали гражданское население целыми деревнями: Човкар-Карез, Мудо, Кама-Адо. Впрочем, большинство американцев их даже не слышали. А сколько кластерных бомб было использовано против гражданского населения! Точечный удар – это эвфемизм. Удары-то были точные, только цели часто были не те. Информаторы на местах вызывали американских пилотов, чтобы сводить личные счеты, продавали военным дезинформацию о расположении талибов, чтобы заработать больше денег.

Удаленность Афганистана сыграла злую шутку с американской моралью. Наше отношение к людям определяется стереотипами: что бы ни говорили моралисты, типичный житель западной страны по-разному относится к европейцу, полинезийцу и мусульманину. Афганцы живут так далеко, что у них просто нет своего стереотипа. Они никто и не имеют никакой моральной защиты. Моджахеды убили тысячи заключенных талибов на пути к тюрьме «Шеберган», о чем американские командиры были полностью осведомлены. И была ли альтернатива? Их нельзя ни держать в тюрьме вечно, ни освободить. Как израильтяне с Армией Южного Ливана, американцы с удовольствием перекладывают на местных союзников этически неприятные, но в военном отношении необходимые задачи.

Однако эта же удаленность дала Афганистану шанс, которого лишен Израиль, – шанс решить свои проблемы реалистическими, а не моралистическими средствами. Произвольные аресты, массовые пытки, неправосудие, право сильного, репрессии оппозиции – все это дает возможность восстановить страну. Новости создают не стычки между варварами, а действия людей, которых мы воспринимаем как «своих»; действия варваров никого не интересуют. Если Израиль будет позиционировать себя не как государство западного типа, а как страна сумасшедших еврейских фундаменталистов, он избавится от надоедливой информационной опеки Запада. Когда мы совершим все необходимые варварские акты, тогда мы сможем снова сблизиться с либеральным Западом. Американцы сотрудничают с самыми отвратительными режимами, что показывает, что Администрацию совершенно не интересуют права человека, но она очень чувствительна к прессе. Если Израиль сможет избежать внимания американских СМИ, можно будет проводить любую политику.

Проблема возникает тогда, когда высшие эшелоны власти отказываются признать факт зверств и направляют в местную армию американских инструкторов. В результате местное население начинает считать, что американцы несут полную ответственность за все, что происходит. Опасно даже просто сотрудничать: за Сабру и Шатилу на израильскую армию спустили всех собак только потому, что она находилась слишком близко к резне. Точно так же американцев обвинили в невмешательстве в междоусобные бойни в Афганистане, например как та, что имела место между силами Баха-Зана и Мохаммада Вардака.

Проблему усугубляет нерешительность американцев. Афганцы готовы принять абсолютную жестокость и абсолютную доброту, но позиция где-то посередине ими воспринимается как слабость. Когда американцы на допросах плевали на Коран – что иногда действует хорошо, – и афганские заключенные объявляли голодовку, наиболее естественно было бы позволить им умереть с голода, раз они того хотят. Запрет на самоубийство в тюрьме лишен нравственного основания. Но когда политический истеблишмент начинает извиняться перед заключенными, любой мусульманин всегда понимает, что он вышел из ситуации победителем.