США не оказывают Израилю никакой помощи. Те деньги, что называют помощью, – это все что угодно, но не помощь. Существуют три вида помощи: хесед (данная по доброй воле, не заслуженная), цедака (заслуженная из моральных соображений) и мишпат (заслуженная из правовых соображений). Ни одна из этих категорий не подходит под израильско-американские отношения. У Америки нет по отношению к Израилю ни бескорыстной доброй воли, ни моральных или правовых обязательств. Ежегодные субсидии – это в худшем случае взятки, в лучшем – платежи.

Америка платит Израилю за влияние на Ближнем Востоке. Контроль над ближневосточным забиякой – это главный актив Америки в регионе. Америка получает чрезвычайно мощный рычаг для контроля мусульман за счет контроля их главного противника. Америке не удалось осуществить подобное с Пакистаном, Южной Кореей, Саудовской Аравией, Мексикой, Германией, Японией и несколькими другими странами. У Америки есть две противоречивые политики: изоляция и доминирование. Единственный способ их совместить - поддерживать региональных гегемонов. США пробовали этот сценарий во многих странах, но осуществить его удалось только с Израилем. Только евреи были готовы продать суверенитет.

Помощь Израилю – чрезвычайно эффективная инвестиция. Америка потратила 300 миллиардов долларов на вторую войну в Ираке, но потерпела фиаско, и теперь Иран игнорирует американские угрозы, а мусульманские страны продолжают взвинчивать цены на нефть. Израиль получает 1% этой суммы в ежегодных платежах, а взамен Америка существенно укрепляет свои позиции на Ближнем Востоке: арабы всегда могут апеллировать к ней против Израиля, и обычно она их выслушивает.

Американская помощь оскорбительна. Еврейский закон предписывает человеку любыми средствами избегать становиться бременем для общества; благотворительность – это последнее средство, предусмотренное для тех, кто не в состоянии обеспечивать себя.
Совершенно возмутительно, что еврейский народ просит о помощи неевреев. Израильтяне вовсе не так бедны, а помощь вовсе не так велика. Если сократить раздутые субсидии израильским арабам и неработающим евреям, сократить социалистические пенсии и льготы профсоюза «Гистадрут» и уволить изрядное количество бесполезных бюрократов, это позволило бы более чем компенсировать потерю американской помощи. Можно также сократить армию, отказаться от долгосрочного призыва и сместить акцент на политику ядерного сдерживания в любой крупномасштабной войне – все это тоже помогло бы сэкономить немало денег.

Размер американской помощи – а это около 3 миллиардов долларов – в номинальном выражении не изменялся с 1979 года, хотя индекс потребительских цен с тех пор вырос в три раза. Более того, стоимость оружия растет гораздо быстрее, чем индекс цен, и суммы, которые в 1979 году считались существенными, сегодня крайне незначительны. Вся помощь составляет 0,02% от ВВП Америки и 0,5% ее военного бюджета. Для Израиля это, соответственно, 1,5% и 17%. И хотя даже 17% можно было бы компенсировать за счет оптимизации армии, ситуация еще проще: Израиль тратит 77% американской помощи на американское же оружие. Львиную долю стоимости современного вооружения занимают затраты на научно-исследовательскую деятельность, и израильские закупки помогают их окупать. Иначе говоря, Израиль получает американские субсидии, чтобы отдать их американскому ВПК. Сопоставимое российское вооружение – пусть и не такое продвинутое, но все равно очень хорошее и достаточное для борьбы с арабами – стоит в 4–7 раз меньше. С точки зрения паритета покупательской способности с Россией американская военная помощь Израилю соответствует 500 миллионам долларов ежегодно, что составляет 3% израильского военного бюджета. Некоторые из тех вооружений, что Израиль закупает в Америке, представляют собой в прямом смысле слова бесполезные, неопробованные и сверхдорогие военные игрушки, избыточные в реальном сражении. Пристрастившись к американскому оружию, израильская армия стала напоминать американскую: сегодня она такая же неэффективная, дорогая, неподготовленная и лишенная дерзкого духа.

Крупномасштабные закупки американского вооружения привели к зависимости Израиля от Америки в любой военной операции и потенциальной угрозе эмбарго со стороны США. Израиль размещает в США десятки тысяч мелких военных заказов на сумму менее $100.000, что означает зависимость от американских поставщиков запчастей и других компонентов. Такая ситуация приводит, в том числе, и к огромной политической зависимости от США.

Американская помощь Израилю на общие нужды в настоящее время свертывается, что правильно, поскольку она расходовалась самым коррумпированным образом и простые израильтяне от нее почти не выигрывали. Целевая помощь всегда была вредна для Израиля, поскольку предоставлялась в связи с масштабными политическими уступками, такими как эвакуация Газы. Этот ход позже привел к образованию вакуума власти, что позволило быстро утвердиться «Хамасу».

Размер американской помощи Израилю сопоставим с частными еврейскими пожертвованиями – около 1 млрд. долл. через благотворительные организации и еще около 500 млн. по линии «Израильских облигаций». Израиль может реально удвоить эти пожертвования, усилив взаимодействие с диаспорой.

В целом, от помощи США выигрывают враги Израиля. Египет получает 1,3 млрд. долларов военной помощи ежегодно, хотя для него единственным потенциальным противником является Израиль. Америка осознанно и намеренно финансирует антиизраильскую армию. Египет также получает 500 млн. долларов помощи на общие нужды, что высвобождает эквивалентную сумму на его военные программы. Для нищего Египта американская помощь гораздо критичнее, чем для Израиля, поэтому одновременное прекращение помощи всем странам выгодно Израилю.

Америка также помогает Палестине – хотя номинально деньги не шли ООП, тем не менее США финансировали зарплату ее функционеров и сотрудников. Сегодня Америка напрямую финансирует «Фатх», который с этих денег спонсирует Бригаду мучеников Аль-Аксы и платит зарплаты десяткам тысяч служащих в Газе. В Палестине Америка непосредственно финансирует антиизраильскую террористическую инфраструктуру.

Израилю мало пользы не только от американской помощи, но и от продажи оружия. Америка традиционно балансирует продажи оружия Израилю поставками в арабские страны. Арабы закупают гораздо больше американского оружия, чем Израиль. Совместное российско-американское эмбарго на поставки оружия на Ближний Восток было бы на руку Израилю: он способен самостоятельно производить большинство видов оружия, а арабы – нет; кроме того, Израиль опережает арабов и в области контрабанды и серого импорта оружия.

Арабы понимают, насколько сомнительна американская поддержка. Например, Иордания, самая близкая к США арабская страна, поддерживала Саддама в ирако-кувейтской войне. Иордания боялась Саддама и не стала полагаться на американскую помощь.

Кампания по прекращению американской помощи другим государствам должна включать в себя и прекращение интервенций вроде освобождения Кувейта, этого мелкого эмирата. Израиль мог бы выиграть от возвращения Америки к традиционной изоляции. Вывод из района Персидского залива американских военных баз сделает Израиль единственным оплотом США на Ближнем Востоке и приведет к большей зависимости американских правящих кругов от Израиля.

Очень просто быть пессимистом, когда речь идет об американской экономике. Сложнее предсказать, когда именно начнется спад. Эта проблема хорошо известна по фондовому рынку: хотя рыночная оценка многих компаний явно завышена, они еще долго могут противостоять игрокам на понижение.

В каком-то смысле американская экономика всегда была вампиром. Она привлекает крупные иностранные инвестиции, после чего обваливается. У американцев есть казино в Лас-Вегасе, а у остального мира есть свое казино – Америка. Иностранцы играли на американском фондовом рынке, железных дорогах, бросовых облигациях, валюте, акциях Интернет-компаний – на всем подряд. Все это никак нельзя назвать ни инвестицией, ни даже спекулятивной инвестицией; речь идет о самой настоящей азартной игре. Часто деньги даже не идут на финансирование IPO компаний, но сразу поступают на вторичный – чисто спекулятивный – рынок. В конечном итоге иностранцы всегда теряют свои инвестиции. Период бума обычно длится 30–40 лет; последний крупный кризис разразился в начале 1970-х и затем отразился на кризисе S&L-банков и обвале фондового рынка в 1987 году.

Очевидно, что трехкратный рост рыночных индексов с 1994 года и пятикратный рост на рынке недвижимости свидетельствует о рыночном буме. Но такой рост не бывает устойчивым. Когда на пенсию выйдет поколение послевоенного демографического взрыва, наступит неизбежный кризис социального страхования и начнется экономический спад.

Попытки правительства снизить налоги и сократить социальную сферу оказались неэффективными. Как любая демократия, Америка постоянно увеличивает пособия для своих избирателей, пока экономика не начинает трещать по швам. Государственные расходы постоянно растут, почти всегда быстрее, чем ВВП, причем расходы продолжают расти даже тогда, когда ВВП уменьшается.
Как и любой известный бренд, американский доллар стоит слишком дорого. Десятилетиями он служил главной валютой для иностранных правительств, компаний и простых граждан. Соответственно, США могли выпускать огромный объем наличности, не боясь коллапса: иностранцы хранили в долларах резервы и сбережения и не думали совершать набеги на американский рынок. Эта ситуация стала быстро меняться с конца 1980-х годов, когда американские брокеры обратились к ранее пассивным инвесторам. Иностранные пенсионные фонды и правительства теперь хотят не просто хранить американские доллары в виде резервов, но и получать прибыли, инвестируя в Америку. Японцы и арабские нефтяники, пока еще не напуганные американскими экономическими кризисами (они накопили богатства после американского дефолта 1970-х), стали самыми активными инвесторами. Китайское правительство может в любой момент вылить на американский рынок свои огромные долларовые запасы. Евро подорвало позиции доллара как резервной валюты. Американские финансовые санкции против Ирана привели к тому, что мусульмане переключаются на евро и швейцарские франки. Долларовая инфляция довольно высока, с 1972 года она составила 390%.

Хотя американское господство на рынке высоких технологий непоколебимо, на самом деле оно не такое уж и американское. Только сравнительно небольшой образованный класс извлекает выгоду из рынка ИТ. Еще одна небольшая группа американцев зарабатывает большие прибыли на казино «Америка»: предоставляет финансовые услуги иностранцам и местным неудачникам, после чего и те, и другие постоянно оказываются в проигрыше. Большинство американцев заняты в таких сферах экономики, которые не могут конкурировать с иностранными. Вот почему американская экономика непропорционально ориентирована на сферу услуг: ее промышленность просто обанкрочена. Миллионы мексиканских иммигрантов, не обладающих конкурентными специальностями, дополнительно обременили американскую экономику. Сходство с Древним Римом поражает. Там тоже небольшой сектор экономики сохранял высокую конкурентоспособность, хотя большинство граждан жили на государственные подачки.

Хотя американская экономика относительно свободна от регулирования, ее главный аспект – зарплата – подвергается очень сильному регулированию. Минимальная зарплата в США выдавливает промышленников из бизнеса. Если самый неквалифицированный работник получает 8 долларов в час, то гораздо более квалифицированный промышленный рабочий хочет получать в три раза больше, так что предприниматели вынуждены переводить производство в Китай.

Переход ИТ-вакансий в такие страны как Израиль и Индия не представляет для Америки проблемы. Пока еще ни одной стране не удалось создать высокотехнологичные кластеры: динамичные системы из многих компаний в одной области, венчурного финансирования, отличных университетов, привлекательной обстановки для высококвалифицированных иностранцев. Есть проблема в подделке и копировании американских товаров. Другой критический фактор – ограниченная потребность в высокотехнологичных устройствах: недавно компания «Майкрософт» столкнулась с проблемой продажи своей операционной системы «Виста» пользователям более старых версий Windows – им нравится их ОС, и они не собираются тратить деньги на новую. Производителям промышленных товаров знакома эта проблема: автомобили «Вольво» настолько надежны, что многие владельцы старых машин отказываются покупать новые, а пользователи сотовых телефонов не спешат менять их на новейшие модели. Рынок высокотехнологичных устройств может перенасытиться.

Американские «финансы» (а на самом деле азартные игры) могут серьезно пострадать, когда иностранцы и мелкие отечественные инвесторы на какое-то время устанут от спекулятивных инвестиций.

Американская экономика слишком перекредитована, это касается всех областей: от ипотечных заемов и до бросовых облигаций. Ликвидность многих фондовых корпораций намного ниже даже стоимости IPO, а их инвесторы уже потеряли свои деньги, только еще не осознали этого. Американская экономика в высшей степени уязвима даже для небольших спадов. Правительству давно известна эта проблема, оно периодически с ней борется, гася долги неудачников и прибыли растратчиков за счет денег налогоплательщиков. Начиная с полусоциалистических программ в духе «Нового курса» 1930-х, который превратил краткосрочную реструктуризацию в затяжной спад, до гигантской компенсации S&L-банкам, до организуемых государством покупки обанкротившихся компаний их более удачливыми коллегами, – все эти шаги американского правительства направлены на то, чтобы скрыть убытки от общественности, сохранить лицо и отсрочить главный кошмар – попытку всего мира сбросить накопленные доллары, купить на них хоть что-то. Это примерно то же самое, в чем обвинили руководство «Энрона».

Колебания американской экономики – это часть всемирного кризиса, который недавно разразился в Японии, Малайзии, Великобритании и других странах. Разрастаются правительства, растут налоги, растут траты, усиливается регулирование. Десятилетиями экономический бум и технологическая революция задавали высокий темп роста мирового ВВП, несмотря на наличие обратной тенденции разрастания правительств. Однако чистый доход в США последние 35 лет растет всего на 1% в год.

Нынешний международный дисбаланс в доходах ненормален. В конце восемнадцатого века английские фермеры жили не намного лучше, чем китайские крестьяне. Вот почему ситуация постепенно вернется к исторической норме. Сверхвысокие прибыли возможны только в монополиях, неважно, основаны они на регулировании или иных преимуществах. Сейчас американская экономика восседает на лаврах монополиста в области высоких технологий. Ручеек прибыли течет сверху вниз сквозь все американское общество, но точно также ноу-хау и рабочие места растекаются по другим странам. Америка будет процветать в абсолютном выражении, но все медленнее относительно других стран. Вряд ли в обозримом будущем другие страны достигнут показателей американского ВВП и бюджета, но тем не менее разрыв сокращается. Некоторые страны могут создать блоки, которые в совокупности превзойдут ВВП США.

Большие трудности ждут американскую армию. Она сделала ставку на сверхсовременные вооружения, но их стоимость растет быстрее, чем ВВП, что угрожает бюджету. Все высокотехнологичные товары дешевеют, кроме оружия, поскольку армия все время требует самого лучшего. В действие вступает закон предельной полезности: при незначительном улучшении качества оружия его цена возрастает многократно. Следовательно, в ближайшее время американская армия может оказаться не столь угрожающей. Или же может произойти крупная война, которая сметет все дорогие военные игрушки, и армии ничего не останется, как заменить ультрасовременное оружие просто хорошим.

Со всеми ее достижениями и неудачами Америка в ближайшие десятилетия останется богатой и важной страной, хотя ее относительная значимость в международных делах, чрезмерная в послевоенный период, будет снижаться.

Американская полемика по вопросу о всеобщей системе здравоохранения очень поучительна, поскольку иллюстрирует крайности общества социального благоденствия, такого как и Израиль, и выявляет тенденцию социалистов к принятию некоторых очень спорных предположений в качестве аксиом.

Проблема Америки заключается в чрезмерном регулировании медицинской профессии, что привело к росту цен и монополизации рынка. Если в Америке поставить зубную пломбу стоит 200 долларов, то в России – 10, при сопоставимом качестве. Абсурдно долгое медицинское образование привело к резкому росту зарплат врачей. Для многих медицинских процедур такое высокое образование вовсе не нужно – чтобы сделать укол, не обязательно иметь диплом медсестры. В ситуации, когда основная часть расходов покрывается за счет медицинской страховки, пациент слабо мотивирован контролировать свои расходы. А ведь медицинское лобби требует все более высоких стандартов, за которым следует экспоненциальный рост цен. Медики используют систему лицензирования для создания и картелей, и профсоюзов, что превращает сферу здравоохранения в тотальную монополию. Как любой профсоюз, медицинский увеличивает свои доходы путем доения пациентов, а не инвесторов, норма прибыли которых в эффективной экономике слишком мала, чтобы ею делиться с работниками. Решение состоит в том, чтобы разрушить монополию: любой желающий должен иметь возможность открыть медицинскую практику, а пациентам нужно дать право выбрать специалиста: от лицензированного выпускника американского университета до выпускника мексиканского или индийского мединститута без американского диплома. Закон должен требовать составления контракта между пациентом и специалистом, в котором будет прописана разумная степень ответственности последнего; это уменьшит число ненужных дорогих обследований, которые многие пациенты не могут себе позволить. Правительство должно перестать диктоват политику страховых компаний; на рынке страховых услуг должны появиться полисы, покрывающие, например, только низкокачественные услуги специалистов, не входящих в Американскую медицинскую ассоциацию.

Истории о том, что бедные негритянские матери работают, не покладая рук, но не могут позволить медицинскую страховку для своих детей, нелепы. Что за мать не может купить страховку за 50 долларов? Это несложно даже при минимальной заработной плате. Без сомнений, 30 долларов в месяц на кабельное телевидение у такой матери находится. Чтобы решить проблему медицинского страхования для почти всех детей из бедных семей, нужно приговорить несколько сотен таких матерей к длительным срокам заключения за халатность. Это несложно: достаточно взглянуть на банковский счет матери, и если она делает покупки не первостепенной важности, не купив страховку, отправить ее за решетку. Публиковать подобные случаи в прессе. Поскольку многие матери получают зарплату наличными, можно проводить обыски с целью найти улики. Бывших мужей, уклоняющихся от уплаты алиментов, тоже нужно сажать. Всеобщая бесплатная медицина легализует родительскую халатность. Это то же самое, как если бы государство платило жертвам ограбления и отказывалось наказывать грабителей.

Бедность не имеет ничего общего с отсутствием медицинской страховки. Евреи царской России были так бедны, как негры из американских трущоб не способны себе представить. Что бы мы ни понимали под понятием «бедность», американские негры и мексиканцы ему не соответствуют – напротив, они неприлично богаты в сравнении с 90% мирового населения. Если белое общество действительно хочет интегрировать черных, оно должно сделать их ответственными. Всеобщая бесплатная медицина закрепляет самую деструктивную черту характера – безответственность. Если мать регулярно кормит своих детей гамбургерами, она виновна в человекоубийстве.

Всеобщая бесплатная медицина легализует халатность. Если человек плохо чистит зубы, он всегда знает, что за его визит к стоматологу расплатятся налогоплательщики. Если человек весь день смотрит глупые телепрограммы, он получает услуги офтальмолога за счет общества. На самом деле человек должен сначала доказать свою прилежность, и только после этого обращаться к обществу за финансированием: показать, что он регулярно занимается спортом, придерживается разумной диеты и в целом ведет здоровый образ жизни. Клиентам «Макдональдс» нужно отказывать в медицинской страховке.

Тора предписывает оказывать благотворительность только тем, кто явно не может содержать себя: в древней экономике это были вдовы и сироты. Следуя логике Библии, современные государства могут оказывать социальную поддержку только тем, кто не по своей вине потерял способность работать. Согласно этому определению, общество не должно обеспечивать пожилых людей, которые за свою жизнь обязаны накопить достаточно средств для существования в старости; кроме того, они обязаны были вырастить детей, которые должны о них заботиться. Подобным же образом общество должно отказывать в медицинском обслуживании алкоголикам, наркоманам, гомосексуалистам со СПИД и прочим деградировавшим элементам: во-первых, они вредят сами себе, во-вторых, затраты на их содержание слишком высоки – эти деньги с большей эффективностью можно направить на другие цели. Как и любая деятельность, медицинское страхование ограничено в ресурсах: никакое общество не может тратить на здравоохранение неограниченные суммы. Вместо того чтобы ежегодно выбрасывать на ветер от 50 до 150 тысяч долларов на доставку в реанимацию одного алкоголика, американцы могли бы признать тот простой факт, что любая система, в том числе человеческая, производит отбросы, и не всякие отбросы подходят для вторичной переработки. «Если я не за себя, то кто же за меня?»

Когда правительство обеспечивает бесплатными медицинскими услугами нелегальных мигрантов и их детей, оно по сути потворствует преступникам. Эту ситуацию часто неверно представляют таким образом: нелегалы и их дети. Нет, дети – тоже нелегалы. У общества нет моральных обязательств перед теми, кто присоединился к нему нелегально: лебеди не относятся к утенку, оказавшемуся среди них, как к лебедю. Возможно, дети и не совершили осознанное преступление, как их родители, но они в любом случае не являются членами американского общества. Если спонсоры легальных иммигрантов должны доказать свою способность оплачивать медицинскую страховку новых иммигрантов, то не тем более ли нелегальные иммигранты должны уметь позаботиться о себе, вместо того чтобы уповать на кошелек общества? Американское пораженчество в вопросе нелегальных иммигрантов схоже с израильским пораженчеством в вопросе все растущего числа израильских арабов. Вопрос «что с ними делать?» абсурден. Если Америка держит миллионы своих граждан в тюрьмах, то ей не составит труда депортировать миллионы нелегальных иммигрантов. Да они и сами уйдут, если правительство как следует надавит на их работодателей.

Всеобщая бесплатная медицина создает этический тупик. Обществу нужны здоровые двадцатилетние парни, но оно тратит больше денег на бесполезных с рациональной точки зрения восьмидесятилетних стариков и алкоголиков. Рационально устроенное общество благоденствия должно платить за стоматологов и спортзалы для молодых, а не тратить миллионы на поддержание жертв болезни Альцгеймера в вегетативном состоянии. Государственная система здравоохранения заставляет государственных чиновников решать неразрешимые этические проблемы, решая, куда направлять больше средств: на лечение зубов молодежи или лечение от болезни Альцгеймера пожилых; а ведь и те, и другие без труда поглотят любые бюджеты. В этичном обществе каждый его член копит средства для собственного лечения и затем решает, как их потратить; точно так же семьи и благотворительные организации сами решают, на что направлять средства. Всеобщая бесплатная медицина национализирует этику и заставляет чиновников заниматься этическими проблемами.

Относительно широкая поддержка американским населением всеобщей бесплатной медицины показывает степень отчуждения налогоплательщиков от государства. Даже среди махровых либертарианцев немногие согласились бы расстаться с собственными деньгами ради помощи нелегальным мигрантам и безответственным неграм. Однако американцы спокойно смотрят на то, как правительство тратит конфискованные в качестве налогов средства. Американцы разрешили государству конфисковать их деньги и приветствуют любые траты, которые хоть немного эффективнее, чем явное выбрасывание денег на ветер, как, например, в Ираке.

За исключением очень ограниченных ситуаций, описанных в Библии, права на благотворительность не существует – есть лишь свобода на работу. Нужно говорить не о праве на медицинскую помощь, а о свободе приобрести ее. Благотворительность должна применяться крайне эпизодически и не должна становиться универсальной политикой. Всех получателей благотворительного финансирования следует тщательно проверять; благотворительность должна быть исключением из общего правила, согласно которому каждый сам обеспечивает себя и свою семью. Всеобщая бесплатная медицина – это еще один способ государства узурпировать ответственность за жизни людей и править инфантильными подданными.

Америке незачем помогать Израилю. Попытки Израиля сблизиться с США не служат интересам еврейского народа. Американцы никогда не будут преследовать интересы евреев, поскольку эти интересы безразличны американским избирателям и правящим кругам. Америка наложила эмбарго на поставки оружия в Израиль во время Войны за независимость; угрожала присоединиться к Египту в войне 1956 года; вынашивала планы высадки в Синае для защиты Египта в 1967 году; запретила Израилю превентивный удар в 1973-м и поставила ему оружие лишь тогда, когда мы победили; заставила Израиль уйти из Синая; сегодня она толкает нас в самоубийственный мирный процесс. Америка дает больше помощи Египту и Палестине, чем Израилю, она сражалась за Кувейт, но никогда – за Израиль, а в Ираке она потратила больше денег, чем на всю помощь Израилю за всю его современную историю.

Все это вполне естественно – нельзя требовать от Америки особых чувств к еврейскому государству. Если евреям самим нет дела до своего государства, с какой стати до него будет дело англо-саксонской протестантской аристократии? Опросы показывают, что подавляющее большинство американских евреев поддерживают мирный процесс и против войны с Ираном. Никто не ненавидит Израиль так, как многие из американских евреев – они хотят доказать своим христианским друзьям, что они не очень-то и евреи, и потому встают на сторону арабов. Они хотят показать, что евреи ничем не отличаются от других; но еврейское государство не такое, как другие. И вот мы видим, как большинство американских евреев поддерживают «демократический» Израиль, где арабы имеют равные права с евреями – иными словами, право арабов размножиться и проголосовать за ликвидацию Израиля.

Та поддержка, которую сегодня Израиль имеет от Америки, – не более чем самообман. Да, США наложили вето на многие резолюции ООН, осуждающие Израиль. Но сама возможность подобного вето позволяет другим членам Совбеза действовать более радикально: они начинают голосовать в угоду левым и арабам, зная, что резолюция не пройдет. Из-за вето США Израиль остается в составе ООН, в то время как масса пустых антиизраильских резолюций могли бы заставить его покинуть эту всемирную конференцию туземцев и перестать соблюдать этот ооновский бред, такой как границы 1956 года. ООН не смогла наложить эффективные санкции на Иран, этого изгоя мирового сообщества; вероятность успешного наложения санкций на Израиль ничтожно мала. Если Израиль не пойдет по пути ЮАР, десятилетиями притесняя туземцев, но решит арабскую демографическую проблему быстро и беспощадно, уже через несколько лет о перспективе санкций никто и не вспомнит.

С 1948 по 1972 годы Израиль выживал без официального спонсора. Мы заигрывали с Францией, Германией, Америкой, даже советским авангардом Румынией, и ничего – выжили. Арабской верности не существует, союз с арабами непозволительно дорог; для многих стран существенно дешевле приобрести влияние в регионе путем оказания помощи не арабам, а Израилю. Америка помогает Израилю, чтобы контролировать его и потрясать этим контролем перед арабами, принуждая их к уступкам. Контроль над Израилем дает Америке хороший рычаг в отношениях с любой арабской страной; помощь Израилю – отличная инвестиция. Причем это понимают не только США, но и другие страны, что спешат заключить союз с Израилем. В этом спектакле абсурдной верности Израиль держится за Америку, а Америка продает его на каждом углу – за нефть.

Россия не может оказать Израилю значительной финансовой поддержки, однако она вполне способна поставить современное оружие по значительно более низким ценам, чем США, а также обеспечить отличную поддержку в ООН. Доверие к России в арабских военных кругах гораздо выше, чем к Америке; арабы не затрудняются терроризировать американскую пешку, но трижды подумают, прежде чем атаковать клиента России.

Есть еще Франция, которую переполняют имперские амбиции, но которая не способна отобрать арабские страны у Америки. Через альянс с Францией Израиль может получить дипломатическую поддержку и значительную помощь от Евросоюза.

И есть Китай и Индия.

Израиль платит реальными уступками за фиктивную американскую поддержку. Америке нужно показать арабским странам свое влияние на Израиль, над которым она потешается ради веселья: вспомним скандал из-за нескольких десятков деревушек, названных «нелегальными форпостами». Как будто нападения арабов на евреев с 1929 года и по сей день имеют какое-то отношение к этим деревням, возведенным в знак протеста против ословской капитуляции. Американские политики продают Израиль для успокоения арабов – взять тот же мирный процесс, который был активизирован сразу же после иракского фиаско. Люди типа Картера и Райс пользуются Израилем для оправдания своих глупых теорий, а Клинтон вообще занимался мирным урегулированием, чтобы отвлечь внимание от собственного непристойного поведения. Если бы не давление США, израильские правительства даже не помышляли бы о передаче арабам Иудеи и Самарии и разделении Иерусалима.

Случилось так, что наши тактические цели совпадают с главной задачей американских антисемитов – прекращение американской помощи Израилю. Мы тоже считаем, но по совершенно другой причине, что Израиль должен отказаться от помощи США и начать жить самостоятельно. Финансовая ответственность ознаменует возвращение к фундаментальной политический доктрине Израиля: за безопасность страны отвечает только собственная армия. Израилю не нужно космическое оружие, чтобы искоренить палестинский терроризм – достаточно старого доброго напалма. Израилю не нужны сверхсовременные вооружения, чтобы противостоять арабским регулярным армиям – достаточно атомных бомб.

У жесткого, уверенного в себе, высокомерного Израиля будут неплохие шансы на долговременное перемирие с арабскими соседями. Израиль- американский клиент не имеет ни единого шанса на длительный мир.

Мы уже пробовали полагаться на Ассирию.

Пока сменяющие друг друга администрации США не откажутся от циничного и испорченного староевропейского курса в политике, американская политика всегда будет двойственной: произраильской и антиеврейской. Израиль нужен американским администрациям в качестве задиры, который будет подталкивать мусульман на сотрудничество с Америкой. Но поскольку политика США насквозь безнравственна, этот подход направлен против всего еврейского, что есть в Израиле. Поэтому США требуют разрушить еврейские поселения, принять арабскую оккупацию Иудеи и Самарии и отдать Иерусалим палестинцам.

Не так обстоит дело с рядовыми американцами. В Америке общественная поддержка Израиля очень высока. Простые американцы поддерживают право евреев на Иерусалим и Иудею и допускают применение военной силы против арабов. У евреев и американцев много общего.

Демократия не является главным приоритетом ни для евреев, ни для американцев. Обе эти нации ориентированы в первую очередь на ценности. Гражданская война в Америке вспыхнула во многом из-за рабства: северяне пошли на южан войной, вместо того чтобы демократически позволить им иметь рабов. Америка постоянно берет на себя руководство в международных вопросах, вместо того чтобы искать демократического решения посредством ООН. В иудаизме демократия также уступает по важности ценностям: «Не следуй за большинством на зло». Если древние афиняне теоретически могли принять демократическим способом любой закон, то у современных евреев и американцев существуют доктринальные ограничения, препятствующие этому. Терпимость также не является общей ценностью евреев и американцев. В действительности наши народы довольно нетерпимы. Европейцы терпели нацистов, пока Германия их не поглотила, а США начали бороться со злом – для них это было делом принципа. После сорока лет промывки мозгов левыми большинство американцев по-прежнему против гомосексуальных браков. Американцы религиозны, пусть и поверхностно. То же касается и последователей иудаизма.

Как в любой христианской стране, в Америке существует антисемитизм. Согласно опросам, уровень антисемитизма среди белых американцев ниже, чем среди европейцев. Однако подлинное различие лежит в институциональной плоскости. У американцев нет собственной истории преследований евреев. Американцы воспитаны на идее институционального равенства. Никому не нравятся евреи, но почти все относятся к нам как к равным.

И евреям, и американцам присущ мессианизм. Оба народа верят, что они являются светочем для человечества. Соответственно, оба действуют согласно этому представлению. Американцы полагают себя образцом свободы, евреи – морали. Наши роли похожи. Британско-американская свобода была сформулирована на Синае; американские ценности унаследованы от Торы. Это, однако, не либертарианизм, а жесткая система нравственных ценностей. Нравственность подлежит регулированию, в остальном же люди свободны. Евреи и американцы осознанно развивают свои доктрины, делая их причиной собственного существования как нации.

У израильтян и американцев похожая история. Оба наши народа оказались на территории, населенной враждебными туземцами. Оба предложили им мирное сосуществование, выгодное для них. Оба были вынуждены убивать и притеснять аборигенов, чтобы со временем овладеть их территорией. Самые предприимчивые европейцы оставили Старый свет и отправились в Америку. Самые ревностные евреи оставили Европу, чтобы поселиться в Палестине. Обе страны после первоначального периода успеха оказались наводнены идеологически нейтральными иммигрантами, у которых не было того менталитета пионеров, который отличал первых поселенцев. В Израиле это были арабы и славяне, в Америке – мексиканцы; обе страны перестали гордиться своей непохожестью на других и сторониться чуждой ментальности пришельцев.

Израиль и Америка – чужие; первый на Ближнем Востоке, вторая в мире. Арабы относятся с завистью и недоброжелательством к Израилю, европейцы – к Америке. Обе страны имеют дело с непрекращающимися военными конфликтами. Обеим угрожает терроризм, хотя и незначительный с точки зрения статистики.

Нам только нужно избавиться от правительств.