Правосудие существует только на внутриобщинном уровне. Внутри страны полиция способна выявлять и наказывать преступников, потому что у нее есть для этого широкие полномочия. На международном уровне таких полномочий нет ни у кого, и нарушения часто остаются безнаказанными. В итоге ничего не остается, кроме как договариваться, как Израиль и фатховские террористы. Различие объясняется тем, что выявление преступников на международном уровне может быть неоправданно дорого, а иногда даже чревато потерями среди собственного населения.
Другая причина, почему правосудие применимо только внутри страны, состоит в том, что у всех членов общества – у воров и их жертв – одни и те же ценности. Вор нарушил ценности, которые ему известны, и он сделал это осознанно. Следовательно, есть все нравственные причины его наказать. С другой стороны, международные и гражданские конфликты всегда происходят вокруг разных систем ценностей. Если два разных народа считают одну и ту же землю своей, то кто из них виноват? Следовательно, правосудие на международном уровне часто приносится в жертву либо миру, либо целесообразности. Альянс с дьяволом может быть недолговечным, но все же это лучше, чем совсем ничего.
В Торе тоже есть сценарий подобной необратимой несправедливости, например изнасилование вне города. В древности, жертва уже не могла надеяться выйти замуж, ее социальный статус навсегда оставался ущербным. Об этом в Торе говорится так, «как если бы один поднял руку на другого», т.е., убил его беспочвенно. Никакая компенсация или возмездие не может воскресить жертву, поэтому справедливость уже не восстановить.
Абсолют всегда недостижим, и абсолютная справедливость – миф. Иногда приходится приносить справедливость в жертву миру.
Однако соглашение с арабами делает Израиль местом не более мирным, чем Северная Ирландия.