Кто мне отвратителен даже больше, чем либеральные «раввины», так это евреи-расисты, которые рассуждают о жестоких арабах-недочеловеках. Напротив, арабы – нормальные люди, и во многих политических и моральных аспектах они показывают нам пример.

Вот арабы обстреливают Израиль ракетами. Немногие евреи считают арабов глупцами, которые не понимают экономические преимущества от прекращения обстрелов. Поступи они так, Израиль открыл бы КПП, впустил бы рабочих-мигрантов из Газы, увеличилась бы международная помощь. Еще больше помощи арабы получили бы, если бы прогнали «Хамас», в который входит максимум 2% населения Газы. Многие жители Газы владеют огнестрельным оружием и могли бы легко сбросить «Хамас». Жители Газы его не боятся; люди, поколениями жившие в жутких лагерях беженцев сначала при египтянах, затем под гнетом израильтян, привыкшие к ночным артобстрелам, не боятся ничего. Да, отдельные арабы легко ломаются на допросе, но арабы в толпе - бесстрашны.

Единственная причина, по которой население Газы поддерживает террористов, – это благородное чувство яростной ненависти к врагу. Они могли бы мирно жить в лагерях беженцев на подачки ООН, но вместо этого они готовы страдать, чтобы возвратить то, что считают своей родиной и что сегодня зовется Израилем. Газа населена вовсе не выходцами с Западного берега; в ней живут арабские жители «исконно» еврейских городов, от Хайфы до Яффы. Именно за эту землю они сражаются. Они сражаются не за Шхем или Хеврон – эти города уже принадлежат арабам. Им нужно то, что израильтяне считают собственно Израилем. И если сейчас они не могут получить эту землю, то как минимум они могут продолжать досаждать сионистскому врагу, пока он не сдастся.

Вполне возможно, что расчеты арабов верны. Хайфа и Яффа в любом случае не являются еврейскими городами; в древности евреи контролировали эти территории очень непродолжительное время. Шхем и Хеврон в любом случае - еврейские города: праотцы их купили, завоевали, заселили, они были нашими главными городами, так что у нас есть на них полное религиозное право. Поскольку евреи отказались от Шхема и Хеврона, арабы считают совершенно закономерным, что со временем сионисты уйдут и из Хайфы и Яффы. И они правы, евреи действительно оттуда уходят: Акко уже полностью арабский, постепенно становится арабской и Хайфа.

Вот почему, обстреливая Израиль, жители Газы ведут себя не трусливо и глупо, но храбро, мужественно и, с их точки зрения, праведно.

Точно так же израильские арабы отказываются интегрироваться, ассимилироваться в израильское общество, что было бы для них весьма выгодно экономически. Представьте, что израильские мусульмане вдруг начнут вести себя как хорошие израильтяне: выучат иврит, начнут служить в армии и хорошо относиться к евреям. Сразу за этим последует волна ассимиляции евреев, еврейские женщины начнут обращаться в ислам и выходить замуж за этих хороших арабов. Арабская враждебность напоминает евреям, что необходимо что-то сделать с угрожающим ростом числа израильских арабов, между тем как добрые арабы стали бы полноправными избирателями, превратились бы в большинство и мирно проголосовали за ликвидацию еврейского государства.

Израильские арабы отказываются ассимилироваться ради экономических благ. Постойте-ка, но ведь это именно то, чем гордятся евреи. Хорошие евреи отказываются от безопасности и экономических благ Америки и переезжают в Израиль. Арабы умны и рациональны, если не циничны: они принимают от евреев экономические блага, но при этом отказываются интегрироваться в еврейское общество. Некоторые молодые арабы даже готовы сражаться с евреями, лишь бы не принимать от них экономических благ, таких как высшее образование; другие принимают почти бесплатное образование, а затем работают на подрыв еврейского государства, создавая параллельное арабское общество, жертвуя исламским фондам и всячески демонстрируя солидарность со своими палестинскими братьями в «оккупированных» территориях. Израильские арабы работают против Израиля, рационально эксплуатируя его демократическую систему путем размножения. Для них секс – вопрос политики. Арабы приемлют для себя временный статус дхимми, но не теряют надежды на восстановление своего суверенитета в Палестине.

Арабам не нужно сосуществование с евреями, они лишь ждут удобного момента, чтобы утопить некоторых евреев и выдворить остальных. Именно так ведут себя нормальные люди, когда кто-то захватывает землю, которую они считают своей. Вот почему Тора призывает евреев сразиться с коренными жителями Ханаана и выдворить их, поскольку они всегда будут помнить, что эта земля принадлежала им, и всегда будут враждебны к евреям. Арабы стремятся выдворить евреев: они и раньше не давали евреям селиться в Палестине. Именно поэтому евреям заповедано об арабах следующее: «Предам в руки ваши жителей сей земли, и изгонишь их от лица твоего» (Исход 23:31).

Евреи любят повторять, что арабы требуют больше земли, чем им в действительности необходимо и чем они когда-либо заселяли, что евреи возделали пески и болота, которые никому не принадлежали. Однако евреям было приказано овладеть землей от Красного до Средиземного моря и от Нила до Евфрата – это тоже земля, которую евреи никогда не заселяли, да и не могли заселить с более-менее значимой плотностью. Национальный суверенитет над землей не имеет никакого отношения к ее заселению – взгляните на китайские Гималаи или российское Заполярье.

Арабы религиозно нетерпимы, они протестуют против еврейских молитв на Храмовой горе. Если бы только поведение арабов напомнило евреям заповедь: «Вы уничтожите, уничтожите их божества и разрушите, разрушите их статуи» (Исход 23:24). Каждый раввин, обладающий минимумом честности, подтвердит, что очищение Храмовой горы от исламских сооружений – это чрезвычайно важная заповедь и каждая минута промедления – тяжелейший грех. Бог дал нам чудесную победу 1967 года с определенной целью, и какой еще могла быть эта цель, если не восстановление еврейского суверенитета над Храмовой горой? Конечно, все это верно лишь в случае, если вы верите в Бога; те, кто произошел от обезьян, делают другие выводы.

Мусульмане практикуют чудовищные религиозные казни. Саудовцы приговаривают жертв изнасилования к смертной казни и запрещают в своей стране все религии кроме ислама; иранцы побивают камнями за супружескую измену. Либеральные евреи давно забыли свои собственные казни, которые ничем не отличаются от описанных за точно те же преступления. Евреи предпочитают доходы от туризма религиозной чистоте, а налоги от порноиндустрии – нравственности.

Арабы учат своих детей насилию; в восемь лет они учатся забивать овец. В три года добрые еврейские дети в религиозных семьях начинают учить Тору с раздела книги Левит, где описываются жертвоприношения. Либеральные евреи утверждают, что иудаизму чуждо насилие; если бы они почитали Тору, они бы изменили точку зрения. Бог, приказавший истребить амаликских детей и священников Ваала прямо во время обряда; Бог, который убил египетских первенцев и предписал выполнять массовые жертвоприношения животных; Бог потопа, погромов и холокостов – это не милосердный либеральный «дух внутри человека».

Арабы – террористы. Когда арабы убивают еврейских мирных граждан, они действуют нормально, как действовал бы любой нормальный человек по отношению к заклятому врагу. Еврейские «мирные граждане» служат в армии, платят налоги, поддерживают армию, голосуют за правительства, которые продолжают «оккупацию» территорий, и посылают своих сыновей и дочерей сражаться с арабами. Палестинские террористы не стремятся уничтожить евреев – эта задача отводится арабским толпам и армиям. Террористы преследуют рациональные политические цели и к насилию прибегают лишь с целью достижения этих целей; такое насилие очень экономно по стандартам военных действий. Такое насилие чрезвычайно эффективно и в политическом отношении: опросы показывают, что поддержка израильтянами идеи палестинской государственности (пораженчество) увеличивается после каждого крупного теракта.

Еврейские партизаны в Европе во Второй мировой войне тоже прибегали к тактике терроризма, этим занимались также «Эцель» и «Лехи». Забудьте о радикалах, Дир-Яссин и Кфар-Кассем – дело рук «Хаганы». Израильская армия систематически расстреливала военнопленных в 1967 году, несколько реже – в 1973-м, она давила их танками. Едва получив возможность, израильская авиация бомбила города Ливана и Газы без малейших угрызений совести. И действительно, о каких угрызениях совести можно говорить по отношению к врагу? Британцы, эти либералы номер один, проявили весьма сдержанное сострадание к жителям Дрездена – женщины, дети и старики были стерты с лица земли зажигательными бомбами, ура. У евреев есть божественное руководство, как поступать с лютыми врагами: «И не давай пощады ему, но предай смерти от мужа до жены, от отрока до грудного младенца, от вола до овцы, от верблюда до осла» (1 Самуила 15:3). Бог жестоко наказал Саула всего лишь за то, что тот убил женщин и детей, но пощадил ослов. Точно так же поступил Давид, хотя и по другой причине, когда перебил всех жителей, но оставил животных. Это может не нравиться, но это иудаизм. Если хочется быть добрым, можно стать тибетским монахом; впрочем, они тоже не очень-то мирные.

Арабы совершают самоубийства, отправляют детей на самоубийственные теракты. А восемнадцать лет евреи отправили детей на бессмысленный риск в Бейрут. Арабы хотя бы жертвуют детьми ради политических задач, в отличие от евреев, которые во время второй интифады денно и нощно тряслись за своих детей, но не сделали ничего, чтобы помешать арабам убивать их. Ни один скорбящий еврейский родитель не приехал в Рамаллу, чтобы взорвать себя в арабском автобусе – стыд и позор. Арабы жертвуют детьми ради того, что считают благородной целью борьбы с сионистским врагом; евреи жертвовали детей молоху Шимона Переса, идолу Ицхака Рабина и мирному процессу. В книге Маккавеев Ханна призывает своих семерых детей умереть ужасной смертью от рук либеральных евреев и их греческих хозяев «всего лишь» для того, чтобы не есть некошерную пищу! Вот это – еврейская мать, вот это – иудаизм. Сравните это со свининой в тель-авивских ресторанах.

Конечно, ислам – извращение. Конечно, арабы дикие, примитивные и они худшие соседи, чем сибирская язва. Конечно, страна принадлежит нам и мы должны очистить ее от арабов любыми возможными средствами. Однако арабы показывают евреям ценный пример «нормальности».

Мир так верещал, когда д-р Барух Гольштейн якобы убил и ранил 154 арабов, молившихся в священном еврейском месте в Хевроне. Израиль, Америка и прочие страны запретили партию Ках, к которой он принадлежал, хотя партия никак не была связана с этим происшествием. Израиль долго занимался самобичеванием, включая расследование Комиссией Шамгара.
Менее заметное событие произошло в четверг: израильский араб вошел в главную религиозную сионистскую школу, убил и ранил 19 человек, в основном учащихся-подростков. Они не то чтобы молились в момент гибели, но некоторые из них умерли, держа в руках священные книги иудаизма, залитые кровью мучеников.

Совет Безопасности ООН отказался осудить массовое убийство. Мировые лидеры, как обычно, выразили свое восхищение мертвыми евреями. И ничего не изменилось. Никаких комиссий, ничего. Израильская полиция поспешила сообщить, что убийца действовал самостоятельно, хотя кто-то же дал ему дорогой автомат со множеством магазинов.

Недопустимо, когда евреи убивают других. Нормально, когда другие убивают евреев. Да государству никогда и не нравились учащиеся ешив. Нападение араба из восточной части Иерусалима только укрепило государственную политику отказа от этой криминогенной территории. Массовое убийство предоставило израильскому правительству чуть больше молчаливого международного согласия на вторжение в Газу.

Нужно много смелости и ненависти, чтобы в одиночку осуществить нападение. Сомневаетесь? Вспомните, сколько евреев поднялось, чтобы пристрелить Шимона Переса, которого презирает буквально каждый. Не хватает ненависти, не хватает смелости… Так как же житель арабской деревни решился на столь жуткий, но все равно храбрый поступок?

Его ненависть проистекала из двух источников. В целом, он ненавидел евреев, которые – думал он – украли его землю. Его деревня раньше была в мусульманской стране, а оказалась в еврейской. Никакие крики израильской пропаганды не смогут изменить этого факта. И все либеральное образование, которое предоставили ему евреи, научило араба одному: национализм – это высокое чувство, и за страну следует бороться. Евреи думали, что учат араба своей истории, но он легко применил их доктрины к своей собственной истории.

Далее, арабский труд. Ешива наняла араба в качестве водителя. Конечно, это позор для последователей рава Кука. Религиозные евреи, конечно, относились к арабскому водителю чуть лучше, чем к свинье. Они были господами, а он, мягко говоря, работником. Кем-то, у кого отсутствует божественная еврейская душа. Без сомнения, с ним обращались вежливо – но с тем чувством презрения, которое араб не мог не заметить. Не то чтобы евреи ошибались, так с ним обращаясь; они ошибались, нанимая на работу презираемое существо – которое однажды могло укусить.

Как рассказала журналистам семья араба, он был угнетен новостями об израильском вторжении в Газу, и массовыми убийствами там. И его отношение, хотя и фактически ошибочное, вполне понятно: Израиль каждый день показывает, что не имеет прав на эту землю. Правительство отказывается от Иудеи и Самарии, Иерусалима, Храмовой Горы. Шаг за шагом, палестинцы возвращают «свою» землю: Шхем, Хеврон. Даже евреи – левые – согласны с правотой арабов и участвуют в их выступлениях. Израиль сбежал из Газы и посадил в тюрьму евреев, которые протестовали против отступления. Как же Израиль может быть прав сейчас, вторгнувшись в Газу и убивая собратьев араба? То, что они обстреливают Ашкелон и Сдерот ракетами, не имеет значения. Они лишь требуют силой то, что им принадлежит по праву, и что сионистское государство отказывается им предоставить: палестинскую государственность. Даже сионисты давно согласились на создание палестинского государства, но сейчас злоумышленно затягивают переговоры. И в глазах араба, Хамас правильно обстреливает Израиль, требуя того, что принадлежит арабам по праву, того, что даже сионисты называют палестинской территорией.

Не стоит играть со своими врагами.

Люди склонны приукрашивать своих врагов, чтобы улучшить собственную репутацию. Что может быть интересней, чем сражаться со знаменитым врагом? И вот мы уже видим, как израильтяне начинают приписывать палестинским крестьянам пан-исламские и освободительные воззрения, а арабы, в свою очередь, мифологизировать израильскую армию. Не так обидно, если тебя победил вооруженный до зубов монстр. Израильтяне, в свою очередь, раздувают потери от терроризма, которые статистически незначительны и сопоставимы с числом ДТП.

Современный терроризм – это возвращение к исторически стандартной ситуации, когда всеобщая безопасность недостижима. Каждый сам за себя. У средневекового путешественника было гораздо больше шансов стать жертвой бандитов, чем у израильтян пасть от рук террористов. Терроризм – это нормальный способ ведения войны, в которой силы противников неравны, и потому они стремятся подорвать друг у друга волю к борьбе. С моральной точки зрения теракт против гражданского населения ничем не отличается от осады города, которая также затрагивает мирное население. В обоих случаях «мирность» такого населения весьма спорна, поскольку население поддерживает войну своими налогами, а также поощряет дееспособных мужчин воевать. И действительно, кто является типичным образцом мирного населения? Беременные женщины, которые рождают солдат, и дети, которые сами станут солдатами.

Израиль требует, чтобы палестинские арабы прекратили терроризм до начала окончательных переговоров. При этом британцы в свое время не смогли добиться аналогичной уступки от еврейских партизан. «Иргун» и «Лехи» продолжали нападать на британцев, пока они не отступили, так же как афганские моджахеды нападали на отступающих русских, а «Хезболла» и «Хамас» преследовали израильтян. Израиль ведет переговоры с палестинцами только из-за террористов. Если они остановятся, Израиль тут же прекратит переговоры. Израильтяне хотят и удержать Иудею, и не платить за это относительно небольшую цену в виде потерь от терактов. Общественная поддержка отделения Иудеи в пользу арабов растет с каждым новым терактом в Израиле.

Будучи юристом, я циничен в вопросе ценностей. Или, другими словами, я понимаю, что ценности разных людей конфликтуют друг с другом и примирить их часто невозможно. Я неоднократно оказывался в ситуации, когда можно было одинаково аргументированно поддержать обе стороны конфликта. И в нынешней еврейско-мусульманской проблеме обе стороны правы. Евреям нужна земля для создания своего государства, и естественно, что они выбрали землю, важную с религиозной точки зрения. Палестинские арабы населяли эти холмы тысячу лет, и естественно, что они считают эту страну своей. Никакие дебаты не разрешат это противоречие. Евреи один раз уже успешно использовали террор против британских оккупантов и не должны причитать, когда арабы используют эту же тактику против них.

А просто разбомбить арабов.

В Осаме нет ничего иррационального. Нет качественной разницы между солдатами и террористами-смертниками. И те, и другие одинаково готовы к выполнению своей миссии. Шахид, конечно, предпочел бы жизнь, но совершает самоубийство из высшей тактической необходимости, как когда-то делали камикадзе, как делают солдаты в смертельно опасных операциях. Немногие солдаты стремятся к смертельному риску, и количество шахидов-самоубийц по сравнению со всем мусульманским населением является мизерным.

Цели Осамы рациональны. Программы всех основных исламских террористических организаций ориентированы вовнутрь. Они хотят свергнуть арабские коррумпированные режимы и заменить их более чистым революционным порядком. Осама убедил некоторых из них начать с нападения на Америку, чтобы лишить диктаторов главной поддержки. Эта стратегия неверна: до сих пор все диктатуры - протеже Америки и так неизменно терпели неудачу, в то время как диктаторские режимы, не пользующиеся американской или российской поддержкой, живут и здравствуют. Хотя и неправильная, эта стратегия Осамы – «сперва Америка» - вполне рациональна и предполагает сотрудничество между ним, Мубараком и Фейсалом. Осама делает им большую услугу тем, что направляет их собственных террористов на борьбу с Америкой, а не с их собственными правительствами. Без сомнения, арабские правители платят ему за приносимую пользу.

Случайно, часть требований Осамы совпадает с интересами Америки и Израиля. Америке действительно нет никакого смысла воевать в Афганистане и Ираке; уничтожение правительственной инфраструктуры в этих странах и террористических учебных лагерей в ходе рейдов возмездия достаточно служит непосредственным американским интересам. Осама осуждает ХАМАС и Исламский джихад за то, что те сконцентрировались на палестинской государственности вместо того, чтобы строить глобальный исламский халифат; Израилю тоже хотелось бы, чтобы ХАМАС нападал на других, а еврейское государство получило бы передышку. Израиль хотел бы видеть такой Ближний Восток, из которого Америка убралась бы восвояси; регион, погруженный в бесчисленные местные конфликты, где прогрессивные диктаторы борются против исламских террористов. Такой Ближний Восток не угрожал бы Израилю большой войной, и в нем Израиль вышел бы на роль регионального арбитра; ныне эту роль присвоила себе Америка.

Некоторые из самых дерзких требований Осамы оказываются реалистичными. В 1997-м году он сказал в интервью пакистанской газете, что цена нефти должна увеличиться на 115 долларов за баррель. К сегодняшнему дню мусульманские страны прошли более половины пути к такому повышению. В отличие от западных аналитиков Осама верно предсказал советский крах в Афганистане и исламскую победу в Судане. США свергли Саддама, которого Осама ненавидел, а теперь выполняют план Осамы по демократизации Египта – с приходом там к власти популярного Мусульманского Братства. Не воплощена пока в реальность только самая фантастическая идея Осамы – глобальный Исламский халифат.
Культуры, как виды в мире животных, появляются и исчезают. Древняя Греция со всей ее религией и культурой ушла безвозвратно. Осама рисует в своем воображении всплеск фундаменталистского ислама по типу христианского протестантизма. Протестантское христианство развилось только потому, что совпало с экономическим бумом, но странам ислама сильно не хватает культуры образования и трудовой этики. Вероятнее всего, что война Осамы с Западом останется великолепным эпизодом исламского эндшпиля.

Запад ослеплен политкорректностью и пагубными идеями о минимизации жертв среди гражданского населения противника. Осама сказал однажды: «Если большинство американцев поддерживают своего развратника-президента [Клинтона], это означает, что американцы воюют с нами, и мы имеем право наносить по ним удары». Осама неоднократно отстаивал правомерность и неизбежность огромных сопутствующих потерь среди мусульман во время террористических нападений на американские посольства в Африке – именно это положение США и Израилю стоило бы принять за истину в Ираке и Палестине. Осама - далеко не идеалист и цинично применяет двойные стандарты: он утверждает, что убийство гражданских лиц противника с применением средств массового поражения допустимо, но выступает с критикой, когда то же самое делает Израиль. Осама игнорировал потери мусульман гораздо большего масштаба, когда осуждал первую войну США в Ираке. Он не выразил благодарности Америке за прекращение иракских зверств в Кувейте. Осама мыслит в терминах «наши негодяи против их негодяев». Будучи на ножах со светским Саддамом и получая огромную помощь из источников в Кувейте, Осама все же осуждал американское нападение на Ирак и освобождение Кувейта.

Жители Запада попадают в ловушку рационализма. Они пытаются умом понять мусульманский мир и изобрести интеллектуальные ответы на вызовы сегодняшнего дня. Это глупость, абсурд - того же толка, что плановая экономика. Общества слишком сложны, чтобы описать их простыми формулами. Понимание египетского общества от безводных деревень Нубии до сидящей в каирских кофейнях интеллигенции - невероятно сложная задача, вероятно, не имеющая решений; по крайней мере, решение не будет прямым и однозначным. История, опыт и менталитет между Эр-Риядом и Джакартой отличаются разительно. Добавьте множество других стран ислама с разнообразным укладом, и все академические и дипломатические обобщения о мусульманском мире становятся заведомо неверными.
Мусульманская ненависть подобным же образом страдает отсутствием логики: отвратительная Америка отказывает им в визах; странные и очень могущественные люди называемые евреями, которых они никогда не видели, угнетают палестинцев, которых они также никогда не встречали; а злые русские распространяют по всему миру страшный коммунизм, который сделает всех людей равными и счастливыми.

Объекты исламской ненависти так же отличаются друг от друга как небо от земли. Америка и Франция - не абстрактный «Запад», а страны соответственно антимусульманская и проарабская. Западные аналитики пытаются понять мусульман, но понимают их неправильно, и соответственно неправильно действуют, все усугубляя ситуацию. Oсама, напротив, не теоретик. Он не выказывает никакой заинтересованности в том, чтобы понять нюансы психологии своего врага, но предпочитает наносить по нему удары без долгих размышлений.

Такая стратегия намного более эффективна.

Аль-Каида - не террористическая организация в том смысле, что она совершает теракты собственными силами. Скорее Аль-Каида – это франчайз, занимающийся финансированием, обучением, связями с общественностью и материально-техническим снабжением террористов. Взамен на свои услуги Аль-Каида получает свою долю славы от террористических актов, совершенных ее клиентами. Иногда Аль-Каида присваивает лавры; это главным образом случается, когда нападение совершают террористы из народа, не имеющие собственной организации. Но чаще всего Аль-Каида просто выступает с одобрением теракта, как это произошло с Одиннадцатым сентября. Осаму можно было бы назвать бесстрашным, но он не воин. Он просто богатый араб, которому удалось привнести методы западного капитализма в область антизападного терроризма. Рассмотрим детали.

Голливудские кинофильмы ужасов наделяют агрессоров причудливыми чертами; западные СМИ подобным же образом подают террористов. Но террористы не являются причудливым исключением из человеческого менталитета. Они - нормальные религиозные националисты, готовые умереть за свое дело, но не ищущие смерть нарочно, подобно членам апокалиптических сект. Осама ведь старается не попасться американцам. В регулярных армиях солдаты тоже выполняют смертельно опасные задания, защищая своих товарищей и свою страну; террористы мало чем отличаются от таких солдат. Люди, которые в такой степени отождествляют себя с идеей, могут умереть физически, но продолжат жить в своих идеях; шахид гибнет, но остается жив как часть мусульманской общины. Террористы – не такие уж чудовища. Вызывая в памяти печальный список невинных жертв, погибших одиннадцатого сентября, не помешает вспомнить бомбардировки Дрездена и Токио. И то, что за шахидами не следуют широкие массы мусульман, вовсе не доказывает, что Осама неправ; Джон Браун не смог сплотить вокруг себя рабов, но тем не менее сильно продвинул дело аболиционизма.
Западные жители презирают Осаму за варварскую нетерпимость. Цивилизованные, зажиточные люди боятся выказывать нетерпимость, потому что это подвергает опасности их образ жизни: жертвы нетерпимости могут нанести ответный удар. Люди, всецело занятые преследованием материального богатства, махнули рукой на борьбу за моральные ценности. Они обосновали свою трусость, выбросив из жизни моральные абсолюты. Но человеческая система ценностей откалибрована именно на ценностях моральных. Людей, которых не волнуют моральные императивы, прочие вещи заботят еще меньше. Они желают пособий, а не работы, слепого послушания правительству, а не ответственности.

Осама от ответственности не бежит. Западные люди стремятся наслаждаться каждым моментом их жизни, оттого им и не терпится. От любых действий они ожидают немедленных результатов. Осама же служит вечному Б-гу, и поэтому его терпение безгранично. Не потому, что он сверхчеловек, а потому, что он не в состоянии изменить политическую ситуацию немедленно. И применяемые им средства ведения войны отнюдь не устарели. Запад начал крупномасштабные войны - в Алжире, Вьетнаме, Афганистане и Ираке, но утверждает, что эпоха войн окончена. Жители Римской империи и европейцы, покончившие с Тридцатилетней войной подписанием Вестфальского договора, думали так же. Евреи в 1939-м думали, что этнические или религиозные войны в их время немыслимы. Осама выбрал гораздо более реалистичный путь.
Перенос войны на землю Америки - не апокалиптическое безумие Осамы, а единственно реальный способ выиграть войну. Советы проиграли войну в Афганистане, несмотря на их жестокость, потому что моджахеды имели зоны безопасности в Пакистане; там они могли перегруппироваться, перевооружиться и отдохнуть. Израиль точно так же проигрывает войну против террористов Западного берега, позволяя им укрываться в Дженине и в других местах. Осаме необходимо нападать на саму Америку, если он собирается воспрепятствовать своему врагу восстанавливать силы; непрерывное напряжение разрушит волю американцев к победе.

Осама не гений, вдруг сплотивший мусульманские нации. Мусульманское сообщество слишком огромно, разнообразно и рассеянно, чтобы чувствовать хоть какие-то связи. Мусульмане не помогли своим индонезийским единоверцам, пострадавшим от цунами; совсем немногие приехали в Афганистан, чтобы бороться с советскими захватчиками. Джихад седьмого столетия велся ради грабежа, а не веры, и с тех пор арабы тоже не выказывали особого религиозного рвения. Арабам больше хочется получить американские визы, чем палестинскую государственность. Осама привлек в свои ряды тысячную долю процента мусульман мира. Еще многие восхищаются им как символом – но не горят желанием присоединиться к его борьбе. Осама привлекает скорее авантюристов, чем правоверных мусульман. И это вина не Осамы, а человеческой натуры. Рабби Кахане так же не удалось сплотить существенное число американских евреев, чтобы добиться от СССР облегчения эмиграции советских евреев. Осама не смог и обеспечить международную исламскую поддержку палестинскому мятежу. Он неоднократно осуждал мусульманские правительства и духовенство за их отказ направить военную поддержку палестинцам, и его прежнему любимцу – ХАМАСу - оказалась безразлична глобальная исламская борьба.