Я много раз наблюдал, как ревностные коммунисты становились религиозными евреями. У евреев мессианский менталитет, они страстно желают изменить этот мир к лучшему. Когда они увидели, что коммунизм не ведет ни к чему хорошему, некоторые из них с готовностью обратились к религии. Моше Сне, покойный лидер израильских коммунистов, в своем завещании назвал атеизм чепухой.

Но меня больше беспокоит другой тип левых – холодные циники, одинаково равнодушные как к социальной справедливости, так и к религии. Впрочем, даже они иногда стремятся заполнить пустоту своей бездуховной жизни; я знаю немало случаев, когда холодные атеисты с рациональным умом внезапно обращались к религии, встретив необычного человека, редчайшее явление среди евреев – подлинно верующего рабби. Мне повезло близко знать нескольких таких удивительных людей, и я не раз наблюдал, как рациональные люди с превосходным светским образованием вдруг обращались к иудаизму после получасовой беседы.

Массовое образование неспособно никого убедить в чем-либо. Люди перенимают идеи лишь двумя способами. Во-первых, это демагогическая пропаганда. Риторика демагогов всегда дешева, они подстраиваются под общий знаменатель толпы. Такая риторика превращает толпы людей в фанатиков, но фанатизм не длится долго. В России и Иране разочарование наступило уже спустя несколько десятилетий.

И, во-вторых, это тесное личное общение, при котором честный, цельный, полностью убежденный раввин вдохновляет нескольких других евреев. Эту модель невозможно поставить на поток, ее нельзя воспроизвести в телепрограммах и растиражировать на DVD. Для этого нужна искра личного контакта.

Где найти таких раввинов? Большинство из них принадлежат к ушедшему поколению, и их лица, сияющие неземным светом, смотрят на нас со старых фотографий. Нынешнее поколение более холодно, хотя несколько таких удивительных раввинов еще с нами. Такие раввины появляются не в крупных городах и не в глобальной деревне, созданной СМИ. Это уникальный продукт небольших однородных еврейских общин, жители которых обитают в морально комфортных условиях и связаны общими ценностями и где неизвестны неврозы большого города.

Следующее поколение настоящих раввинов может возникнуть только в поселениях.

В Израиле и Америке – самое высокое в мире социальное неравенство. Однако в Америке неравенство подвижно: список богатейших семей меняется из поколения в поколение. В Израиле распределение доходов соответствует олигархической модели: примерно двадцать семей владеют половиной всех капиталов страны. В Америке неравенство доходов вызвано в основном техническим прогрессом и колебаниями рынка: 1% самых высокооплачиваемых американцев являются инвесторами (рисковая и нестабильная группа), в то время как профессионалы в (постоянно меняющихся) передовых отраслях формируют стабильный средний класс. В Израиле все по-другому: богатство здесь зависит не от успешных действий на рынке, а от близкого сотрудничества с правительством. Кроме того, в Израиле нет среднего класса американского типа – зажиточных людей. В Израиле даже квалифицированные специалисты едва сводят конца с концами.

Западноевропейские страны живут на средства, накопленные за несколько веков. Модель распределения валового продукта там близка к социалистической, но в целом экономика достаточно свободна. У них нет тяжкого бремени военных расходов. У них нет 25% экономически непродуктивного населения. Израиль отличается от западноевропейских стран по всем этим показателям.

Сначала Израиль занимался социалистическим регулированием экономики по той же причине, по которой это делали коммунисты: экономическая свобода губительна для политической тоталитарной системы. Левое государство, стремящееся искоренить иудаизм, просто не могло себе позволить экономически независимых граждан, которые могли бы финансировать еврейские (антиправительственные) программы. В Израиле по-прежнему поддерживается немыслимый, подлинно коммунистический уровень экономического регулирования, который душит частную инициативу и позволяет правительству делать с бизнесменами все что угодно, принуждая их к лояльности.

Элиты всегда космополитичны. Человеку приятно сотрудничать только с тем, кто равен ему. В Израиле большинство специалистов могут найти для себя друзей и равных себе по статусу внутри страны. Однако что касается «элиты», то она слишком немногочисленна, чтобы иметь себе подобных в Израиле. Крупные бизнесмены и политики выбирают друзей за рубежом. Владелец израильской международной корпорации или министр иностранных дел не может надеть еврейскую религиозную одежду в Лондоне, равно как и говорить со своими иностранными друзьями об Обетованной земле и еврейской избранности.
Уже много веков еврейская «элита» остается самой антиеврейской силой – она сотрудничала с нашими врагами в лучших традициях «юденрат».
Следовательно, пока эта «элита» пребывает у власти, Израиль как еврейское государство обречено. А в демократическом государстве элита всегда будет у власти. Что еще хуже, властью над умами наделены разного рода деятели от культуры: новостные дикторы, безмозглые политические аналитики, актеры и певцы. Стремясь к свободе творчества, они отвергают любые границы, в том числе границы иудаизма и еврейских интересов.

Монархия потомков Давида была бы неплохой идеей, но с практической точки зрения единственным вариантом является административная автономия на уровне поселений. Каждая община должна иметь право устанавливать собственные правила, будь-то образование, нормы общественного поведения, соблюдение религиозных правил и т. д. Подобный уход в гетто может защитить евреев от ассимилированной «элиты». Подумайте об Иудее.

Кроме иудаизма, нет другого обоснования для национализма, государственности и самого существования евреев.

Какие имеются альтернативы? Я не выношу этот глупый аргумент про «историческое право». Откройте энциклопедию. Согласно традиционной хронологии, евреи имели суверенитет на эту землю с 1034 года до н. э., когда Давид захватил Иерусалим, по 719 г. до н. э., когда ассирийцы разграбили Израиль – итого 315 лет. Можно разными способами расширить этот период: например, считать конечной датой падение не Израиля, а Иерусалима, добавить несколько лет независимости при Хасмонеях, отсчитывать от нападения Саула на амаликитян и т. д., но суть ясна: как бы то ни было, период еврейского суверенитета был очень краток. Если говорить о периоде, в течение которого евреи доминировали в этой территории, он был значительно дольше – с эпохи судей (настоящих, а не Верховного суда) 15-го века до н. э. до 2 века н. э., но и этот период несопоставим с веками исламского правления в этой земле. Спросите себя: если где-нибудь в Африке появятся прямые, доказанные потомки хананеев и потребуют вернуть им их исторические земли, вы посчитаете их требование уместным?

Тот факт, что еврейское присутствие в Земле Израиля никогда не прекращалось и евреи являются ее старейшими жителями, не имеет значения: во всем мире туземное население истребляется и порабощается, а не наделяется суверенитетом. Посмотрите на американских индейцев.

Кроме того, евреи сейчас населяют вовсе не свои исторические земли. Исторические земли – это как раз «оккупированные территории». Именно там находилось еврейское государство, в то время как побережье заселяли сначала филистимляне, а затем греки и римляне. Побережьем евреи владели очень короткий период и оно было заселено язычниками. Наша историческая связь с Тель-Авивом лишь чуть более прочна, чем с Аддис-Абебой в Эфиопии.

Или возьмем аргумент о еврейской «исторической связи» с этой землей. У арабов тоже есть с ней историческая связь. Не у всех, некоторые прибыли сюда относительно недавно – хотя даже столетнее присутствие в Палестине делает их куда более коренными жителями, чем русских евреев, прибывших в 1990-х годах. А какая может быть историческая связь с Палестиной у самых что ни на есть чистых евреев хазарского происхождения? Их предки здесь никогда не жили. Какая историческая связь с Палестиной у чернокожих, обращенных в иудаизм? Каким извращенным атеистическим мышлением нужно обладать, чтобы дать им больше прав на эту землю, чем местным арабам? Очевидно, что евреи гораздо больше исторически связаны с Европой, чем с Палестиной: мы провели в Европе 1900 лет нашей истории, гораздо дольше, чем на Ближнем Востоке.

Аргумент о том, что евреям нужно свое государство, тоже глуп. Чеченцам нужно государство. Баскам нужно государство. Возможно, некоторые эскимосы тоже думают, что им нужно государство. В мире существует более 2 тысяч письменных языков, и за каждым из них стоит по меньшей мере одна национальная группа. Но даже у 10% из них нет собственных государств. Число евреев, готовых населить свое государство, незначительно: обычно государства не создаются ради шести миллионов человек. Куда более крупные этнические группы борются за независимость, но не имеют никакой международной поддержки.

Зачем евреям-атеистам государство в его нынешнем местоположении? Палестинцы приводят совершенно правильное возражение: получается, что европейцы заставляют их платить за преступления христиан против евреев во время Катастрофы. Теодор Герцль весьма цинично относился к религиозным правам евреев, он отдал Иерусалим христианам, а для оправдания создания еврейского государства именно в Земле Израиля выдвинул одну-единственную глупую причину: якобы это была «земля без народа». Конечно, эта земля была заселена с незапамятных времен, но даже ее болота и пустыни относились к мусульманскому миру. Кто-нибудь готов забрать у России огромные незаселенные территории Сибири? Если мусульмане не имели прав на незаселенные пустыни, то какое право Израиль имеет на преимущественно незаселенную пустыню Негев?

Утилитарный аргумент о том, что помимо Палестины свободных земель для евреев больше не было, неверен и неуместен. Хотя бы потому, что евреям предлагали Уганду. (Кстати, это был бы плохой выбор: через несколько десятилетий в результате операции «Энтеббе» столица Уганды стала для евреев нарицательным словом). Хотя бы потому, что евреи могли выбрать себе необитаемую землю в любом другом месте: купить группу островов, попросить автономии в австралийской саванне, создать общину в Аризоне, масса других вариантов. Если кто-то и обязан был проявить сострадание к безземельным евреям, так это европейские христиане, которые нас притесняли. У европейцев есть масса почти пустых земель, особенно в горных районах, – чем не вариант для крошечного еврейского государства?

Аргумент о безопасности просто смешон. Нигде в мире евреи не находятся в большей опасности, чем на узкой полоске земли между морем воды и морем мусульман, осажденные арабами изнутри и снаружи, где одна-единственная ядерная бомба может уничтожить десятую часть населения.
Израиль – очень плохое место для спасения от антисемитизма. Если что-то Израиль и сделал для антисемитов, так это дал им политкорректный способ выражения ненависти к евреям: теперь они ненавидят Израиль. Ненавидеть государство – это нормально. Неизбежные израильские репрессии арабов провоцируют волну антисемитизма среди левых, которые ранее относились к светским евреям нейтрально-положительно.

У Израиля нет и культурных обоснований, потому что не существует израильской культуры. Есть американская поп-культура на еврейском языке, в которой нет ни грамма еврейскости. Израиль формально отказался от коренных еврейских традиций Шаббата, кашрута, общественных правил Песаха и даже Йом-киппур. Да что там израильская – не существует даже и еврейской культуры. У нас нет общей еврейской истории: сефардские евреи в основной массе избежали участи ашкеназских – постоянных гонений. Ничто кроме религии не объединяет евреев ашкеназских и сефардских, польских и немецких.

Можно вспомнить, что вначале сильный Израиль создал евреям хорошую международную репутацию. Это не совсем правомерное возражение, поскольку евреев никогда не интересовало международное мнение. На самом деле, мы действовали ровно наперекор преобладающей христианской точке зрения. Когда Израиль идет на уступки по плану мирного урегулирования, не справляется с арабским терроризмом и в целом выказывает слабость, он лишь провоцирует антисемитизм.

Еврейство без религии – это расизм. Что бы сказали евреи, если бы белые англо-саксонские американцы начали кампанию против смешанных браков? Или если бы белые граждане Южной Африки предостерегали своих единоплеменников против браков с чернокожими? Однако все согласны с тем, что существуют религиозные разделения. Нет ничего страшного, если мусульманин отказывается вступить в брак с немусульманином, то же относится и к католикам. Для Саудовской Аравии политически приемлемо запрещать неисламские религии в Мекке, а для Ватикана – отказывать в гражданстве некатоликам. Представьте, что было бы, если бы США провозгласили политику охраны своей идентичности как белого, нелатиноамериканского государства, или если бы бельгийцы начали противодействовать высокой рождаемости среди своих мусульманских граждан. Как бы ни были разумны такие меры, они бы вызвали только отвращение. Между тем еврейское религиозное государство вполне может ограничить смешанные браки, изгнать арабов и покончить с иностранными религиями (а также и с иностранным присутствием) в Земле Израиля.

Еврейство невозможно обосновать с атеистических позиций. Антисемиты всего мира протестуют против концепции избранности как расистской и осуждают цитаты в еврейской религиозной литературе, направленные против неевреев. Американские либералы уже отредактировали школьную версию книги о Гекльбери Финне, убрав из нее расистские фразы, и очень скоро они доберутся и до Талмуда и «Шулхан арух». Либеральные «раввины» уже отреклись от «варварских» и «расистских» высказываний Библии. Евреи не смогут защитить свою религию от нападок либерализма, если мы не вернемся к декларации, согласно которой иудаизм – это божественное откровение во всей его полноте.

Существует только один атеистический аргумент, почему евреи должны править Землей Израиля – чистая сила. Мы сильны и хотим обладать этой землей. Аргумент сам по себе неплохой, но кроме как божественным чудом невозможно объяснить, как горстка евреев может так долго сопротивляться ордам мусульман.

Религия дает евреям единственное политкорректное обоснование для необходимых действий. Все утверждают, что сегодня уже не то время, когда европейские колонисты могли истреблять американских индейцев, чтобы расчистить для себя территорию, и сегодня Израиль уже не может сделать то же самое. Все говорят, что евреи уже не могут повторить то, что шестьдесят лет назад сделали чехи и поляки, выславшие миллионы своих немцев после Второй мировой войны. Удаление из страны заклятых врагов путают с чисткой от нежелательной этнической группы и, соответственно, осуждают. Мировые СМИ рвали и метали, когда в 1948 году Израиль выгнал 400 тысяч палестинцев. Маловероятно, что СМИ забудут об этой теме через несколько месяцев, если сегодня Израиль повторит этот ход. Но если следовать религиозной заповеди очистить землю от туземцев, какими бы хорошими и лояльными они ни были, и аннексировать всю находящуюся в наших руках Обетованную землю, это не так ранило бы чувства мировой общественности. Очень немногие политики Запада и России готовы к открытой атаке на Библию. Макиавелли был удивлен решением Фердинанда о высылке евреев из Испании, подозревая, что он лишь прикрывался религиозными мотивами, а на самом деле хотел просто завладеть еврейской собственностью. Религиозное обоснование работает по сей день, причем неважно, верующий вы или атеист.

Хотя критиковать Библию несложно, особенно по невежеству, это бессмысленно, подрывает светские еврейские ценности. Люди не копают глубоко по многим вопросам, имеющим прямое отношение к их жизни: денежная политика, военная разведка или государственные инвестиции ваших пенсионных накоплений. Люди просто принимают на веру сложные научные доктрины, такие как теория эволюции, непересечение параллельных линий в бесконечности и теория Большого взрыва. Так давайте включим в число этих неоспариваемых положений и заповеди.

Совершенно не важно, дал ли Бог нам заповеди на Синае или Моисей уже знал их раньше и просто записал их по совету Иофора. Давайте просто примем на веру, что Бог открыл себя сотням тысяч евреев на Синае, пообещал нам эту землю в вечное владение и приказал изгнать из нее туземцев. Эта декларация намного проще, чем вымученный бред об исторических правах. Правда ли это? Да какая разница! Много ли правдивых политических теорий? Ленин лгал. Маркс ошибался. Принципы Джефферсона были идеалистичны и никогда не применялись на практике. Платон был левым монстром, предвосхитившим орвеллианское общество. Как часто люди согласны верить в очевидную ложь, просто потому что это выгодно и удобно: мудрость правительства, относительная честность политиков или мирный процесс?
Библейские учения убедительны, разумны, и в них можно верить, что человечество доказывает уже не одно тысячелетие.

Древнее разделение еврейской родины на Израиль и Иудею было не случайным явлением, а неотъемлемой чертой еврейского образа жизни. Чтобы следовать принципам, отличным от большинства народов мира, мы должны отделиться, стать «людьми, которые живут отдельно». Наши принципы не противоречат этике язычников, но напротив – существенно расширяют ее. Более того, наши принципы далеки от идеализма – они прекрасно подходят для жизни в реальном мире. Следовательно, евреям не обязательно запираться в общинах монастырского типа, они могут в значительной степени взаимодействовать с другими народами. Впрочем, слишком тесное взаимодействие ведет к культурной ассимиляции.

В любой экономике, чем больше удалены друг от друга торговые партнеры, тем выше прибыль, поскольку с расстоянием экономические различия углубляются, а информационная эффективность (знание местного рынка), наоборот, падает. Успешные экономики открыты для иностранной торговли. Однако иностранная торговля порождает иностранное влияние: когда-то персидское и греческое, сегодня – американское. Экономически мыслящая прослойка евреев всегда открыта для иностранного влияния. Такие евреи процветают и становятся заманчивыми целями: раньше – для захватчиков, сегодня – для экономической и культурной колонизации. Богатые, довольные люди не воинственны, не склонны ревностно защищать свои ценности и быстро поддаются вторжению и ассимиляции.

Рассуждая логически, трудоспособным евреям нет никакого смысла жить в Израиле, если они могут зарабатывать в несколько раз больше в нееврейских странах. Два первых поколения рожденных в Израиле евреев оставались здесь по привычке, но привычки быстро проходят. Американские евреи после разрыва с иудаизмом тоже сохраняли свою еврейскую идентичность в течение двух поколений, однако уже в третьем и четвертом поколениях подверглись полной ассимиляции. Тенденция, которая проявится в следующих двух поколениях, будет состоять в следующем: сначала работа на иностранных рынках, затем работа за границей, и в итоге переезд за границу на постоянное жительство.

В Израиле останутся экономически неэффективные евреи: ультраортодоксы, финансируемые из-за границы, чернокожие, многие сефардские евреи, некоторые другие. Их государство будет напоминать Иудею: ревностная, но бедная страна посреди выжженных солнцем холмов – какое-то время она протянет, когда не станет Израиля. Подобно древней Иудее, современная станет протекторатом или административной автономией под чужим правлением.

Если, конечно, евреи не выполнят заповеди и не аннексируют Землю Обетованную в полном объеме как можно быстрее.

Размер играет против Израиля. Американские первопроходцы имели огромные пустые земли, где они могли свободно жить. К тому моменту, когда американская бюрократия установила над своими подданными контроль, они уже привыкли к свободе. У Израиля нет такого огромного пространства. Ранние израильские киббуцники были первопроходцами, ничем не уступающими американским. Израильтяне были закаленными и дерзкими как в мире, так и на войне. Но затем возникла миниатюрная израильская бюрократия, которая быстро приучила граждан к букве закона. Система узурпировала ответственность, но сама не стала ответственной. Политические круги и армия стали бюрократизированными, начали играть по жестким правилам, при этом во многом теряя. Сегодня даже солдаты боятся стрелять в арабов, о независимых войсковых операциях отдельных командиров не идет и речи. Если бы война Йом-киппур произошла сегодня, Ариэль Шарон не смог бы нарушить приказы и прорваться за египетские линии обороны.

Талмудическая традиция научила евреев юридическому мышлению. Ничто не может воспрепятствовать торжеству бюрократии в еврейском государстве. Оно должно быть еврейским, но не государством. Библия учит, что в отсутствие праведного и справедливого монарха лучшим способом управления является система Шофтим – независимые города без законодательной власти, но с судьями. В терминах современной политической теории это свободный рыночный анархизм. Он подразумевает минимальное законодательство, различающееся между городами. Например, в каждом городе свое ограничение скорости, но основные законы имеют тенденцию охватывать все города. Иудея могла бы взять на вооружение библейскую систему Шофтим.

Если евреи не сломают государство сегодня, завтра государство сломает евреев.