В Израиле Шимон Перес уже никого не обманет. Все израильтяне – правые и левые – знают, что это мерзкий персонаж. Другое дело – Нетаньяху, в отношении которого многие израильтяне питают опасные иллюзии. Действительно, Нетаньяху удалось выиграть выборы только потому, что он противостоял Шимону Пересу.

В качестве следующего премьер-министра Израиля Нетаньяху гораздо предпочтительнее Эхуда Барака, который уже выказал готовность отдать Арафату все что угодно, включая Иерусалим. Позиция Нетаньяху, по крайней мере на бумаге, несколько более отвечает еврейским интересам. Перед лицом иранской угрозы Нетаньяху, скорее всего, назначит Барака министром обороны, компенсировав таким образом собственную некомпетентность в военных вопросах. С другой стороны, не менее вероятно и то, что Ольмерт начнет бомбардировку иранских ядерных объектов незадолго до выборов, тем самым пытаясь обеспечить себе мощную поддержку.

Можем ли мы ожидать, что Нетаньяху будет до конца верен своим предвыборным обещаниям? Это маловероятно при любом раскладе: для израильских политиков характерна нечестность. Рабин обещал нанести по палестинцам жесткие удары возмездия в отместку за теракты, однако в итоге подписал Ословские соглашения сразу же после выборов. Шарон набрал очки в своей предвыборной кампании, высмеивая план левых по одностороннему размежеванию с Газой – который сам же и принял во всей его полноте, причем реализовав с крайней жестокостью по отношению к евреям. После того как Менахем Бегин, лидер террористической группы «Эцель», отдал Синай, а Ицхак Шамир, лидер террористической группы «Лехи», согласился на Мадридскую конференцию, вряд ли стоит ожидать кристальной честности от бизнес-консультанта с американским образованием типа Нетаньяху.

Нетаньяху вовсе не так уж плох. Он не отдал столько, сколько другие правые премьер-министры. Есть нечто дьявольское в том факте, что самые худшие уступки – по сути, все уступки, – были сделаны ультраправыми: Бегином, Шамиром и Шароном. К этому списку можно добавить также Рабина, который хотя и находился на левом фланге политического спектра, по своим политическим и военным методам он был правым вплоть до фашизма. Возможная причина такой коллизии в том, что левые понимают, что лгут о демократии и либерализме и не стесняются обещать мировым державам одно, а делать другое. Правые же несколько более честны, прямолинейны; когда они теряют веру и не видят рационального выхода из тупика, они соглашаются с предложениями иностранцев, в которых видят решение проблемы мира, и выполняют их.

Повторим: Нетаньяху никогда не был таким уж плохим вариантом. Например, он настаивал, насколько это возможно для бизнес-консультанта, на симметричности в уступках с палестинцами. Если они хотят, чтобы Израиль выполнил Ословские соглашения, они должны сами выполнять их, для начала покончив с терроризмом. Только в таком мире кривых зеркал, каким является израильская политика, подобный подход может считаться достижением. Как бы то ни было, Ольмерт проводит ту же политику, только под несколько другим углом: он не слишком настаивает на симметричности, поскольку это невозможно. Настаивать на невыполнимых требованиях, разумных или нет, означало бы отказ от выполнения мирных инициатив левых. Вместо этого Ольмерт предпочитает зарыть проблему под тонной невыполненных обещаний палестинцам.

Фирменный подход Нентаньяху – показать нежелание палестинцев к сотрудничеству. Он подписал соглашение Уай-Ривер, по которому арабы получали серьезные уступки, но потребовал от них ряд невыполнимых шагов: запрет антиизраильских выступлений, изъятие большого числа нелегального оружия, которым традиционно владеют арабские крестьяне, и роспуск всех террористических организаций. Остается лишь гадать, действительно ли палестинцы подписали соглашение, не собираясь его выполнять, – как сделали израильтяне для умиротворения американских спонсоров; а также действительно ли Арафат верил, что может нарушить все пункты соглашения и продолжать требовать от Израиля уступок. Как бы то ни было, соглашение рухнуло – но лишь после того, как Израиль выполнил его начальные положения и передал палестинской автономии значительные территории. Израиль фактически передал Палестине вдвое больше, чем требовалось в зоне «С» (2% земли вместо 1), и 59% от обязательств в зоне «В» (7% вместо 12). Именно в этом опасность стиля Нетаньяху: каждый раз, когда он соглашается продемонстрировать нехватку воли к миру у палестинцев (что и так очевидно), ему приходится идти на необратимые уступки.

Нетаньяху гордился тем, что в рамках Хевронского соглашения выдвинул такие условия, которое палестинцы не смогут выполнить; они во многом аналогичны уай-риверским пунктам. Но стоит взглянуть поглубже, и мы увидим, что это соглашение предусматривает неделимый Хеврон: как видно из контекста, под палестинской юрисдикцией.

Если Ольмерт не начнет бомбить иранские ядерные объекты, Нетаньяху выиграет выборы. Линкольн как-то заметил: «Можно обманывать всех некоторое время, некоторых – все время, но нельзя обманывать всех всегда». Этот принцип не относится к евреям, которые готовы голосовать все снова и снова за тех политиков, которые обманули их лишь незадолго до этого. Есть ли лучшая кандидатура на пост премьер-министра, чем Нетаньяху? Скорее всего, нет – все одинаково плохи. Еврейское государство было основано очень тоталитарным способом и одной личностью – Богом, и оно не сможет выжить, если перейдет к демократии. В демократическом процессе нет ничего хорошего. Любой премьер, вышедший из рядов коррумпированной и раболепной иерархии, будет коррумпированным и раболепным. Кроме того, он будет еще и неверным, поскольку настоящие люди веры (в отличие от политиков «Шас») не находят спонсоров. Вот почему вовсе не принципиально, кто станет следующим премьер-министром; если возникнет настоящее решение, оно придет не из Кнессета, а с улиц.

Однако выборы полезны тем, что благодаря им можно провести в Кнессет несколько хороших евреев. Итак, наш выбор – голосовать за таких людей, как Барух Марзель, истинный последователь рабби Меира Кахане, или Ариэль Эльдад. Нетаньяху наши голоса не нужны; с ними или без них, он в любом случае выиграет выборы. Зато благодаря нашим голосам в Кнессете появится овод Марзель, который хотя бы не будет молчать. С трибуны Кнессета он сможет расшевелить Израиль, склонив его вправо – и к праведности.

Даже великолепный Ицхак Шамир, бывший руководитель еврейской террористической группы «Лехи», в конце концов уступил левым и международному давлению и признал палестинскую автономию, совершив таким образом первый шаг к независимости палестинцев. Менахем Бегин, не менее видный бывший лидер «Эцеля», был сломлен Картером и отдал Синай. Неудивительно, что такая пустышка как Рабин был вовлечен в Ословские соглашения, бизнес-консультант Нетаниягу отдал священный город Хеврон мусульманам, а Шарон с мозгами бульдозера променял Газу на гарантии для своей семьи от уголовного преследования. Что уж говорить о Бараке, еще одном фальшивом «мистере Безопасность», который обезопасил скорее «Хезболлу», чем Хайфу.

На их фоне Ольмерт держится неплохо. Начав с принципиальной оппозиции плану Бегина-Шарона об уступке Синая десятилетия назад, до игры в кошки-мышки с Аббасом, Ольмерт пока ничего не отдает врагу. На первый взгляд, с «Фатхом» все согласовано, однако вопрос палестинского государства стоит на месте. Если кто-то обвиняет Ольмерта в ливанской войне, пусть предложит альтернативу. Разумно ли ожидать, что Ольмерт наведет порядок в армии за два месяца в должности премьер-министра? Стоило ли ему вторгаться в Ливан после того, как 18-летний период оккупации оказался стратегически бесполезным? Должен ли он был выжечь Ливан напалмом, чтобы избавиться от всех бородатых арабов? Ольмерту хватило смелости нанести удар по Ливану после первой же провокации.

Ольмерт очень умен. Все хотят, чтобы он вторгся в Газу, но что дальше? Если армия уничтожит пару тысяч арабских боевиков и отступит, мы сразу же получим на порядок больше новых добровольцев, поскольку отход армии будет расценен как победа «Хамаса». Если армия останется в Газе, начнет действовать международный закон, обязывающий Израиль заботиться о населении оккупированной территории. В Сдероте погибло два человека, но в уличных боях в Газе могут погибнуть сотни израильских солдат. Если палестинские партизаны начнут устойчиво бить по Ашкелону ракетами типа «Град», у Ольмерта не будет другого выхода, кроме как отправить карательную экспедицию и усмирить Газу на год-другой, как это было сделано в Ливане. В партизанской войне нет однозначных решений, и тем более таких, которые будут благовидно смотреться в новостях CNN.

Левые очень недовольны Ольмертом и стремятся его убрать. Пока он не поддается на уговоры «черной чумы» Кондолизы Райс и угрозы уголовного преследования по ложным обвинениям. Проведение честной, прямой политики потребовало бы сверхъестественных моральных усилий; настоящая политика – это искусство маневра. Ольмерт – не политический бульдозер, но мастер политики. Он ходит не по прямой, но пока – и не в сторону капитуляции. Это самое лучшее, что у нас есть из израильских политиков.

Многие сегодня без ума от Биньямина Нетаниягу, особенно когда он заявляет, что Израиль под его руководством не вернется к границам 1967 года. Обожатели Нетаниягу не дают себе труда внимательно выслушать своего кумира. Биби выступает за создание палестинского государства, что не мешало ему принять благословение Любавичского ребе, который был категорически против создания палестинского государственного образования на земле Израиля.
В этом Нетаниягу напоминает Рабина, который тоже декларировал, что Израиль не вернется к прежним границам, а затем подписал договор в Осло. Нетаниягу согласен на создание палестинского государства в Иудее и Самарии. Он не вернется «именно» к границам 1967-го года. Нетаниягу хочет всего-навсего скорректировать границу по “зеленой линии”, с тем, чтобы несколько еврейских поселений и холмов остались на территории Израиля. Неужели ради нескольких холмов нужна была вся конфронтация с арабами и с мировым общественным мнением? Такой коррумпированный предатель еврейского народа, как Эхуд Барак мог бы покончить с Иудеей и Самарией куда эффективнее, чем Биби. И все это - лишь в том случае, если Нетаниягу вообще выполнит свои предвыборные обещания. Во время предыдущей кампании, он обещал денонсировать соглашения Осло, но подписал меморандум Уай-Ривер в дополнение к ним.

Никто из ведущих израильских политиков не отдает себе отчета в том, что существование еврейского государства зависит от того, насколько велико наше желание жить на этой земле. Готовы ли мы сражаться и, в случае необходимости, умереть за нее? Мир лучше, чем территории? … но вряд ли мир лучше, чем еврейские Иудея и Самария. Израиль утратил Иудею и Самарию в тот момент, когда они стали «Западным Берегом».

Идеологически накачанные англоговорящие репатрианты и большинство репатриантов из стран СНГ находят общий язык и хорошо понимают - кто “мы” и кто “они”; кто друг и кто - враг. А вот рожденные в Израиле евреи, в течение многих лет подвергавшиеся промывке мозгов, обладают значительно меньшей пассионарностью, чем “русские” и “американские” израильтяне.

Жулик Либерман пришел к власти на “русских” голосах. Нетаниягу - идеальный кандидат для евреев правой ориентации, родившихся в Израиле. Он говорит как правый, сохраняет политкорректность, производит хорошее впечатление, но не наживает для своих избирателей неприятностей осуществлением реально правой, национально-ориентированной политики.

Нетаниягу - это плохо для евреев.

Пер. с англ. Марьяна Беленького

Израильская полиция обвинила казначея Ликуда в хищении, и в глупом таком хищении: она вкладывала поддельные чеки на банковский счёт своей матери. Кадима нанесла Нетанияху удар ниже пояса: хвалёный финансовый гений не заметил миллионов, которые разворовывались в его собственной партии. В эффектном выступлении полиции не было необходимости: Нетанияху-экономист – мыльный пузырь, который и сам лопнет.

Биби никогда серьезно не изучал экономику. У него есть научные степени по архитектуре и управлению, а политологию он учил, когда университеты уже были заражены левизной. Опыт Нетанияху в бизнес- консалтинге, которым так восхищаются израильтяне, делает ему плохую рекламу в США, где консультанты, как правило, считаются никчёмными и являются объектом бесчисленных шуток.

На посту министра финансов Нетанияху председательствовал над процветающей экономикой, побочным эффектом американского экономического бума. Клинтон и Нетанияху никак не повлияли на экономический успех Америки и Израиля. Нетанияху на посту премьер-министра председательствовал над экономикой в упадке – последствием, согласно смехотворным утверждениям Нетанияху, спада иммиграции из России. Наоборот, большой приток иммигрантов обременяет экономику; к тому времени, когда Нетанияху занял пост премьер-министра, более ранняя иммиграция уже начала оказывать благотворное влияние.

Нетанияху следовал основным предписаниям экономического либерализма, известным первокурсникам: приватизация, дерегулирование, введение плавающего курса валюты, уменьшение социального обеспечения и снижение налогов. Он приватизировал государственные компании, даже не потрудившись сначала создать конкуренцию. Олигархические монополии заменили монополии государственные. Компании под управлением государства – плохо управляемые и потому малоприбыльные – были оценены по дешёвке, и олигархи раскупили наше национальное имущество по крайне низким ценам. Действуя должным образом, Нетанияху должен был в первую очередь сменить руководство государственных корпораций, сделав их высокоприбыльными предприятиями, отменить государственное регулирование рынков, чтобы создать конкуренцию, и только потом – приватизировать. Коммерческие конкуренты предложили бы намного более высокие цены за государственные активы и управляли бы ими намного эффективнее, чем олигархи, не имеющие опыта в этом бизнесе. Позже, Нетанияху стал ломать монополии, но было уже слишком поздно: отмена монополии должна предшествовать приватизации.

Одна разновидность приватизационной политики Нетанияху была особенно вредной: евреи и арабы владели примерно равной площадью земли, правительство контролировало остальную часть. В 1997 году, Нетанияху запустил широкомасштабную приватизацию земли в Галилее и на Юге. Этот шаг некритически служил интересам экономического либерализма и очень рационально угождал интересам инвесторов - друзей Нетанияху. Как и следовало ожидать, евреи не бросились селиться в Галилее, полной враждебных арабов, или на слишком жарком юге страны. Нетанияху, таким образом, открыл шлюзы приобретения земли для израильских арабских организаций, финансируемых Саудовской Аравией.
Израилю ещё предстоит пережить результаты отмены государственного регулирования банков. Крах непрофессиональных маленьких банков более чем вероятен. Нетанияху учуял давно всем известную проблему – устаревший подход Банка Израиля – но не знал способов решения этой проблемы. Вместо кропотливого, медленного дерегулирования, Нетанияху решительно разломал старую систему, не создав инфраструктуры для новых методов ведения банковского дела. Время его нахождения на посту было коротким; и он пытался втиснуть как можно больше реформ в этот срок. Проведённые наспех реформы особенно опасны в маленькой экономике Израиля, расшатывая фондовую биржу и вызывая резкие колебания валюты.

Нетанияху плясал под дудку МВФ, забывая, что МВФ ещё не улучшил долгосрочную экономическую перспективу ни в одной стране. Наоборот, такие страны, как Япония и Южная Корея, создав закрытые, неформально контролируемые рынки, и регулируемую валюту, достигли стабильного роста – и только потом постепенно открылись для мировой экономики. Будучи нараспашку раскрытой Нетанияху, слабая израильская экономика подверглась колонизации: иностраные инвесторы стали важными работодателями и добавочная стоимость уплывает из Израиля. Вместо культивации отечественного хай-тека, как Япония и Корея, Израиль радушно принял иностраные компании, удовлетворившись ролью их научно-исследовательских лабораторий; зарплаты остаются в Израиле, но прибыль от бизнеса утекает за границу. Американские компании хай-тек не зря платят своим работникам в Индии в несколько раз меньше, чем их американским коллегам: продуктивность индусов намного меньше. Израильские евреи не менее эффективны, чем их американские коллеги, а зарплаты в Израиле ниже, чем в Америке только из-за непрофессиональной экономической политики израильского правительства.

Сегодняшняя девальвация шекеля – результат опрометчивой либерализации. Олигархический сектор экономики - крупные экспортные компании и основные иностранные инвесторы - растёт, принося иностранную валюту в Израиль, в то время как большинство людей относительно бедны и потребительский импорт остаётся низким. Системное искривление экономики Израиля подобно быстро либерализованным рынкам, таким как Украина: ВВП сосредоточен в нескольких больших компаниях, а распределение доходов крайне неравномерно: олигархи контролируют львиную долю, бедные - крайне бедны, а доходы среднего класса не в состоянии угнаться за высокими и продолжающими расти ценами. Нетанияху сконцентрировал свои усилия по отмене правительственного регулирования на большом бизнесе, а не на маленьких компаниях, как нужно было. Запланированная им ставка подоходного налога в 35% является самым высоким практическим уровнем в развитых странах, в то время как израильская пост-социалистическая экономика может хорошо развиваться только при подоходном налоге не более 15%. Низкий подоходный налог особенно важен для формирования потребительских возможностей среднего класса.

Поверхностная экономическая политика Нетанияху гарантирует системный кризис, пережитый большинством стран, следовавших рекомендациям МВФ.

Деньги покупают власть. Выборы – это поле для пиаровских кампаний, продажа рая дуракам. В демократиях место мечтателей и философов занимают менеджеры предвыборных кампаний.

Израильские политики демонстрируют, что умело морочить народу голову – это путь к успеху. Бегин, Рабин, Нетаниягу, Барак и Шарон – все нагло врали избирателям и скрывали свою политическую платформу до того мгновения, когда вступали в должность. Избиратели ничему не учатся, как показывает нынешняя поддержка Нетаниягу. Избиратели суеверны и склонны к простой замене своего авангарда: многие готовы поменять Ольмерта на Ципи Ливни, послужной список и приоритеты которой похожи на ольмертовские. Участие в выборах – вещь бесплатная, и избиратели доверчивее, чем покупатели луковиц тюльпанов: только что созданные партии с броскими именами, типа «Партия пенсионеров», имеют громкий успех. Популизм и демагогия – это реальный капитал политиков. Посмотрите на Либермана, который бил себя в грудь перед своими  потенциальными избирателями до выборов, абсолютно ничего не делал, войдя в должность, и по-прежнему имеет массу сторонников.