В том, что последние тридцать лет не было израильско-египетской войны, нет заслуги мирного договора. Египетское общество изменилось, и эти изменения начались до войны 1973-го года. Нассер готовился к войнам открыто и без оглядки на возможные потери; Садат готовился тайно и был так озабочен потерями, что отказался от бомбардировки израильских войск, которые наступали на Каир, поскольку в котле оказались бы уничтоженными египетские войска. В отличие от Нассера, Садат сомневался, что египтяне поддержат полномасштабную войну против Израиля.

Нассер управлял бедной страной, сохранившей пережитки недовольства колониальными и монархическими временами. Лишенные экономических перспектив, египтяне с готовностью трансформировали свою энергию в ненависть. Нассер объединил их под знаменем борьбы с опасным сионистским врагом, притаившимся за углом. Страх породил храбрость и объединил массы. Но даже тогда египетская армия не отличалась воинственностью: привыкшие к зеленым пейзажам Нила крестьяне не ощущали особой связи с пустыней Синай.

Потребительство изменило египтян. Сегодня горожане, от которых зависит политика, испытывают к евреям скорее пассивную неприязнь. Все озабочены выплатой кредитов, покупками и поддержанием уровня жизни. Как и израильтяне, египтяне не ходят на демонстрации из страха попасть в тюрьму и потерять недельный доход. Пока египетская экономика развивается и банки выдают кредиты, у египтян не будет желания нападать на Израиль. Если произойдет спад и они не смогут выплачивать кредиты, тогда восстание возможно. Египтяне бунтовали в 1977-м против поднятия Садатом цены на сахар на полпиастра, а сейчас правительство часто поднимает цены, но народ спокоен. Когда у людей есть возможность развивать экономику, воинственность обычно проходит.

С другой стороны, рост экономики создает частных спонсоров, которые не только финансово поддерживают радикалов, но и легитимизируют их политически. Именно так “Мусульманское братство” развилось из радикальной группы религиозных фанатиков в умеренную, респектабельную исламскую организацию. “Мусульманское братство” в Египте стало главной оппозиционной силой, которая привлекает как средний класс, так и молодежь. “Братство” предложило египтянам удобный “облегченный ислам”: хиджаб и периодическое посещение мечетей, но никакого джихада или халифата. “Мусульманское братство” позиционирует себя как мирная организация, но ее члены пропитаны исламизмом, из которого прямая дорога в “Исламский джихад” в Египте и “Хамас” в Газе. Подобному тому как “Талибан” не смог отказать в гостеприимстве Бин-Ладену, так же “Мусульманское братство” не в силах отказаться от этих военизированных групп. Единственный шаг “Братства” в сторону умеренности состоит в том, что оно не поддерживает боевиков формально, хотя сохраняет связи с ними – “Хамас” пример тому. Если в среде “Мусульманского братства” возникнет красноречивый демагог, некоторые египтяне отвернутся от этой организации. Многие, возможно, даже большинство перейдут к радикализму по его призыву. Но даже тогда они не начнут полномасштабную войну против Израиля, а будут поддерживать палестинцев, как иранские аятоллы. При наличии оружия массового поражения, “Мусульманское братство” могло бы пойти на риск ради реальной возможности избавиться от сионистского государства.

Египетское правительство жестко контролирует “Мусульманское братство”; недавно оно заключило в тюрьму более сотни его лидеров и конфисковало их банковские счета. Однако “Братство” слишком важно для правительства, чтобы его уничтожить. Садат вернул “Братство” из ссылки, куда его отправил Нассер, чтобы противостоять коммунистам. “Мусульманское Братство” оттягивает голоса от оппозиционных политических партий и отбивает у США желание настаивать на демократических выборах в Египте. Мубарак не устает приструнивать “Братство”, чтобы показать, кто главный. Похоже, Мубарак договорился с Бин-Ладеном перевести внимание “Исламского джихада” с Египта на США. Игра с дьяволом – непростая штука; у Хосни достаточно опыта, но он уже стар. Его сын Гамаль Мубарак будет сильным правителем, но мельчайшая ошибка может ввергнуть Египет в воинственный исламизм. Многие египтяне-сунниты восхищаются шиитом Насраллой. Любопытство и одобрение общественностью насильственного исламизма может моментально перейти в открытую поддержку. Египет держится за милитаризм: постоянно модернизирует армию с помощью новейшего американского оружия, заигрывает с Россией и рэкетирует Бахрейн, Кувейт и Саудовскую Аравию.

Египет не является неотложной проблемой для Израиля. Это просто очень большая проблема.

Организация «Исламское Братство» - крупнейшая оппозиционная политическая сила в Египте. Когда они придут к власти, то вряд ли сразу начнут войну с Израилем. Запад подвергнет изоляции практически любой исламский фундаменталистский режим. Не обладая необходимой общей и экономической культурой и трудовой этикой, «Братья», придя к власти, не смогут развивать экономику Египта. Иностранные, да и местные коррумпированные инвесторы поспешат изъять свои инвестиции. Представители либерально-демократических кругов будут критиковать исламистов, справедливо предполагая, что те запретят свободу слова и приведут к международной изоляции страны. Среди масс египтян будет расти недовольство новым режимом - так же как это происходит сегодня в Иране. Египтяне, в итоге, предпочтут даже коррумпированное светское правительство исламскому.

Народ постарается избавиться от новых благодетелей, которые, в интересах ислама, прикроют демократию.
Исламское правительство Египта не сможет провести успешную войну против Израиля. Ведь такая война потребует поддержки иностранных спонсоров.

Сегодня даже Россия опасается роста влияния исламских режимов, не говоря уже о странах Запада. Такие страны как Пакистан или Китай не станут тратить средства на уничтожение Израиля. «Исламское Братство» может, вслед за Ираном, начать создавать атомное оружие, и копировать Иран в смысле призывов к войне с Израилем. Исламисты станут активно поддерживать палестинских повстанцев в Газе, поставлять им конвенциональное оружие. Египетские исламисты будут конкурировать с Ираном за влияние в Сирии. Исламский Египет будет помогать Иордании официально, либо через палестинскую общину в Иордании, которая составляет 60% населения страны.

“Исламское Братство” - относительно умеренная организация. Их цель - создание исламского государства; но не в духе халифата талибов в Афганистане. Программа «Исламского Братства» может сработать в общинах средней величины, возможно, в небольшой стране, но не в такой многообразной, развивающейся стране как Египет. Режим «Исламского Братства» потерпит экономический крах. И как во всяком государстве с экономическими проблемами, они вынуждены будут искать способы завоевания популярности на военной и международной арене.

Военными филиалами “Исламского Братства” можно считать группировку “Египетский исламский джихад” и ХАМАС. Почти невозможно примирить политику умеренности с развитым чувством исламской религиозной самоидентификации.
От основного течения организации с относительно умеренной программой отпочковываются небольшие группы исламских фанатиков. Но их достаточно, чтобы ввергнуть Израиль и Запад в пучину терроризма. Умеренные не могут сдержать порыв своих экстремистских братьев, и будут оказывать им финансовую, организационную и политическую поддержку.

«Исламское Братство» развяжет войну на истощение на границе с Израилем.

Известия о бомбардировке Дахаба вызывают у меня смешанные чувства. Честно говоря, я не испытываю жалости по поводу погибших там 18 египтян и нескольких иностранцев. Скорее, я рад, что мой прогноз относительно объекта и времени бомбардировки оправдался: я указал Дахаб следующей целью после Табы и Шарм-эль-Шейха, и время –Пасха. Я даже убедил пару знакомых отказаться от поездки в Дахаб. Выбор даты был, в общем-то, очевиден: общий для египетских мусульман и христиан праздник и конец еврейских праздников. С целью все тоже было ясно: террористам было необходимо выбрать новый город, чтобы их не считали местечковым явлением, и они предпочли Дахаб еще более захолустной Нувейбе.

Единственное, что смущает меня: почему Синай? Хургада и близлежащие места скопления туристов гораздо более выгодны с точки зрения логистики, если подозреваемые, как обычно, - южно-египетские последователи Аль Банны. С другой стороны, если речь идет о новой инициативе Лавона, то нужно показать широко распространенную организацию. И да, Египет на пороге войны. Я не выношу успокаивающих доводов от моих коллег, которые никогда не общались с арабской толпой. А я общался. Сейчас я провел 2 недели в Египте, и не в дорогих отелях, а с простыми египтянами.Я ездил в маршрутках за 10 центов, останавливался в гостиницах по 3 доллара за ночь и ел фуул в засиженных мухами забегаловках. Я был шокирован. Я не был в Египте почти год и изменения поразили меня. Люди больше не боятся правительства. Они чувствуют, что Хосни скоро умрет, и что любой преемник  будет слаб, возможно, им станет демократ-слабак. Среди десятков людей, с кем мне удалось общаться, все до единого поддерживают Мусульманское Братство. Такое положение сильно разнится с ситуацией год назад, когда многие египтяне не одобряли деятельность группировки, а те, что симпатизировали Братству, до смерти боялись сказать об этом. Очень немногие выражали больше, чем молчаливое согласие с действиями Мусульманского Братства, когда я их об этом спрашивал. Теперь, все поддержали атаки на Табу и Шарм-эль-Шейх.

Как обычно, большинство считает террористов Робин Гудами, которые взрывают ненавистное правительство и коррумпированную полицию. Но кроме этого, я увидел существенный подъем анти-израильских настроений. Египтян, как и всех остальных, не волнуют проблемы палестинцев, но в отличие от других они и не пытаются делать вид. Они хотят реванша. Само по себе возвращение Синая оставило Израиль без главного козыря в колоде, но оказалось недостаточным, чтобы искупить обиду. В Египте жаждут мести.Египтяне знают, что не смогут доминировать на Ближнем Востоке, пока существует Израиль. Как и везде, в Египте растут националистические настроения, и египтяне хотят главенствовать. Ликвидация Израиля, как соперника в регионе, у всех на устах.

Я увидел резкий и значительный рост числа последователей ислама среди среднего класса. Некоторые мои друзья, с которыми мы прежде выпивали, сейчас всерьез рассуждали об извечной важности Корана. Да, они ненавидят радикалов, но только за то, что те угрожают стабильности, которая является одной из основных ценностей среднего класса. Революции доказали, что противодействие радикалам ни сильно, ни устойчиво: образованные профессионалы или присоединяются к радикалам, или становятся их жертвами. Многие политики и профессора, принадлежащие к группировке Мусульманского Братства или симпатизирующие ей придерживаются умеренных взглядов. Так было во все времена во всех революциях: умеренные интеллектуалы и радикально настроенные активисты. И радикализм всегда побеждал, а интеллект подавлялся.

Правительство в отчаянии. Полиции на улицах стало больше, чем когда-либо. Но труд полицейских унизительно низко оплачивается, о масштабах коррупции среди них ходят легенды, а институт полиции потрясающе недееспособен. Автоматы бессмысленны на наводненных людьми рынках и автобусных остановках, контрольно-пропускные пункты не составляют препятствия для тех, кто проносит бомбы, а конвои безопасности беззащитны перед хорошо спланированными атаками. Во время поездки по Южному Египту водителю такси, в котором я ехал, пришлось присоединиться к охраняемому полицией конвою. Это была вереница машин длиной в 5 километров. Затем весь караван остановился посреди дороги, чтобы попить кофе. Он останавливается там ежедневно в одном и том же месте. Не хотите напасть на него?Меры, принятые после взрыва в Дахабе, комично демонстрировали бессилие: военизированные отряды бегали вокруг места взрыва со щитами и деревянными дубинками.

Правительство ничего не может противопоставить терроризму. А Мусульманское Братство уже контролирует самую большую парламентскую фракцию. Двоих судей недавно уволили за высказывания против фальсификации выборов. То ли еще будет. Даже минимально прозрачные выборы неминуемо обеспечат Мусульманскому Братству большинство в парламенте. У них есть неоспоримое преимущество: они единственные, кто не коррумпирован. И они достаточно сильны (это доказывают теракты) для того, чтобы если и не искоренить коррупцию, то жестоко наказать коррупционеров. Мусульманское Братство не принесет процветания, как не принес его Аятолла, но это будет потом. Как и Аятолла, Мусульманское Братство будет проводить радикальную политику, чтобы отвлечь избирателей от своих неудачи в экономике. Но в отличие от Аятоллы, запад будет вынужден принять их. Никто не будет обострять отношения с ядерными имамами, чтобы они не вздумали проверить обещание о 70 девственницах в раю.

Египет на пороге войны. И радикалы неминуемо придут к власти. Мы получим ядерную державу, которая живет в постоянном джихаде, по законам шариата и верит в славную загробную жизнь. Исламская ядерная ось вплотную подойдет к границам Израиля. Несколько лет назад мы могли предотвратить эту угрозу драконовскими политическими мерами, широкой пропагандой и уничтожением египетских ядерных объектов. Но теперь уже поздно. Бомбы, которые взорвутся в Тель-Авиве и Нью-Йорке, уже изготавливаются. А люди, которые отдадут приказы на бомбардировки уже приходят к власти. А мы ждем их.