Палестина не является государством и не может быть членом Комитета Красного креста. Заключенные террористы – преступники, а не солдаты, и не подлежат инспекциям Красного креста. Если они вражеские солдаты, тогда Израиль не имеет права сажать их в тюрьму, но должен интернировать их бессрочно, до заключения мирного соглашения. Смертная казнь для террористов – устоявшаяся и законная практика во всем мире. Смертная казнь как единственный возможный приговор при терактах и попытках терактов проходит даже тест на произвольность Верховного суда США: потенциальные террористы ясно отдают себе отчет о наказании. Конечно, казнь не решит проблему терроризма, но и проблема эта не очень большая – в терактах гибнет гораздо меньше людей, чем в банальных ДТП. Религиозных аргументов против казни террористов нет, с нравственной точки зрения это классическое «око за око», это эффективно экономически: сейчас содержание одного террориста в тюрьме обходится примерно в 2000 долларов в месяц, а они сидят там десятилетиями.
Уже заключенных террористов можно убить во время бунтов, которые неизбежно начнутся, если Израиль предложит им выбор между свининой и вегетарианством.

Абсолютно ничто не мешает понизить звездность их тюрем-курортов со спутниковым телевидением, карманными деньгами, сотовыми телефонами, привилегиями при посещениях и дорогим медицинским обслуживанием.

Но для всех таких мер нужен лидер с совершенно другой ментальностью – не как Барак, который хлопал Арафата по плечу, и не как Нетаниягу, который не взорвал две тысячи фатховских бандитов на конференции в Вифлееме в 2009 году.
С другой стороны, ХАМАС тоже играет по правилам, и одно из правил касается похищения израильтян. Не ХАМАС похитил Шалита, а Дугмуши. Только когда ХАМАС пришел к власти в Газе и начал бороться с Дугмушами, ему достался в «нагрузку» Шалит, совсем не желанный подарок, просто освободить которого ХАМАС не мог из политических соображений. Но ХАМАС не похищал других израильтян, хотя это очень просто. Освободить Шалита мог бы спецназ, но сегодня это маловероятно, поскольку его могут убить. Израиль отвечает ХАМАСу взаимностью и тоже не убивает его лидеров.

Эту войну просто невозможно вести нормальными средствами. Израиль может истребить ХАМАС вместе с Газой, а ХАМАС может без разбора убивать евреев в других странах. Таким образом, обе стороны только играют в войну, чтобы не отпугнуть избирателей и спонсоров, но не воюют по-настоящему. Эта ситуация близка к политике сдерживания, существующей между нормальными государствами, которым хватает силы поддерживать факторы устрашения друг для друга. С одной стороны, ХАМАС слишком мал, чтобы сопротивляться Израилю, с другой, этот размер позволяет ему совершать микрооперации и ускользать от израильской машины безопасности.

Но с обеих сторон лидеры вполне довольны сложившимся статус-кво.