Израиль не достигнет многого, ударив по Ирану. Удар по Ираку был успешным только потому, что у Ирака было одно очень уязвимое место – реактор. Но даже при этом Ирак полностью восстановил свою ядерную программу всего за десять лет, а к началу «Бури в пустыни» почти завершил ядерный цикл – что весьма удивило даже израильскую разведку, не говоря уже о западных спецслужбах. Давайте смотреть правде в глаза: у любой страны достаточно территории, чтобы спрятать все, что нужно спрятать, а ядерная технология в принципе достаточно проста, чтобы освоить ее подпольно. Ну а те, кому даже это лень, всегда могут купить нужные ноу-хау в Пакистане и Северной Корее. Сирия просто взяла и купила на иранские деньги готовый реактор у корейских коммунистов. И не было никакой научно-производственной деятельности, которую Израиль мог бы зафиксировать, не было даже времени, за которое могли произойти утечки.

Проблема с иранцами в том, что они видели иракцев. Аятоллы усвоили урок и создали свою ядерную программу вокруг центрифуг, а не реактора. Это более провокационный метод: реакторы хотя бы в теории можно использовать для выработки энергии или исследований, а центрифуга явно говорит о намерении освоить полный ядерный цикл. Никто не будет покупать центрифуги, когда урановые стержни для реакторов можно купить на рынке по конкурентным ценам, обычно у тех же компаний, что продают и реакторы. Мир так возмутила иранская ядерная программа только потому, что он не удосужился тактично умолчать о своих целях.

Сейчас Иран убивает двух зайцев: и обогащает уран на центрифугах с военными целями, и имеет реактор. Реактор, в свою очередь, также служит двум целям: он и легитимизирует центрифуги (они якобы дают топливо для мирных целей), и при случае может быть использован для создания плутониевой бомбы. Каждый компонент иранской ядерной программы многозадачен и избыточен: центрифуги и реактор служат и военным, и гражданским целям, военную задачу можно решить и на центрифугах, и на реакторе. Для усиления этой избыточности иранцы еще и создали небольшой обогатительный комплекс в Коме. Он тоже многозадачен: на нем в секретном режиме обогащается до оружейного уран из Натанца, а на случай разрушения Натанца его можно использовать как запасной обогатительный комплекс. Неудивительно, что Ком защищен лучше Натанца: Ирану важнее низкообогащенный уран в Коме, чем урановая руда в Натанце.

По логике, если Израиль разбомбил реактор в Ираке, то тем более его надо бомбить в Иране. Израиль упустил удачную возможность разбомбить реактор в Бушере перед тем, как русские начали поставлять туда топливо. Даже Менахема Бегина беспокоила проблема загрязнения от реактора «Осирак», почему он и спешил с атакой, чтобы его не успели загрузить топливом. Но в Бушере особого загрязнения не будет. Во-первых, с помощью тактического ядерного оружия все можно проделать очень чисто. Во-вторых, с помощью бункерных или вакуумных бомб можно направить взрыв вовнутрь. Нет, радиоактивное загрязнение – это просто удобный предлог, чтобы не бомбить этот российский объект.

Ком – еще один вызов для ВВС, потому что армия вряд ли захочет использовать коммандо (кроме разве что против батарей ПВО). Проблема не только в том, что комплекс находится глубоко под горой, но еще и в том, что он очень маленький. Если Израиль уничтожит этот комплекс, Иран создаст новый, причем на этот раз – в жилом здании. В Иране уже проводились эксперименты по плазменному обогащению, для которого вообще не нужны большие помещения.

Бомбардировка Натанца не приведет к долгосрочным результатам. Как только Иран освоил технологию центрифуг, он уже может возобновлять утраченные арсеналы в мгновение ока. Цех с центрифугами несравнимо проще реактора.

Сегодня ключевые компоненты ядерных ноу-хау фактически неуничтожимы. Израиль не сможет заставить иранцев забыть методы металлизирования обогащенного урана или преобразования в полусферы и боеголовки.

Для восстановления от израильского удара Ирану потребуется максимум три года. И на этот раз Иран проделает все быстрее, вынесет нужные объекты дальше, задействует гораздо меньше людей – и, возможно, сохранит все под завесой тайны до самых испытательных взрывов.

Удар по Ирану не лучший вариант. Пока для Израиля предпочтительнее объединиться с Ираном против Египта – страны, которая в современной истории начала против нас три войны и еще начнет не одну. Однако если решение об ударе по Ирану все-таки будет принято, Израиль не должен ограничиваться только разрушением ядерной инфраструктуры. Должна ставиться задача нанести максимально болезненный удар, чтобы у Ирана не возникло желания начать ядерный цикл заново.

Израиль не должен бомбить только военные объекты. Великобритания и Германия бомбили военные объекты друг друга не одну неделю, но переломный момент наступил лишь тогда, когда британская авиация совершила первый налет на Берлин. Тогда рядовые немцы впервые задумались о правильности политики нацистов. Удар по Тегерану вместо санкций может быстро опрокинуть режим мулл. Иранцы вступятся за аятолл только в случае, если будут надеяться на их защиту. Если этой защиты не будет, они опрокинут режим собственными руками.