Народ должен привыкнуть к государственности. Одно дело подчиниться угрозам оккупанта или полководца, и совсем другое – добровольно принять общественный контракт на государственность. Племена подчинялись колонизаторам, но не могут самоорганизоваться до сложного уровня государственности. Демократия, либерализм, рыночный капитализм, государственность, как и многие другие понятия, не могут быть автоматически применены к любому обществу; общество должно взрослеть и учиться на своих ошибках, постепенно принимая все новые и новые элементы этих понятий. На примере коммунистов мир узнал, что невозможно планировать экономику; еще менее возможно планировать общества. Палестинские арабы никогда не имели своего государства – они были организованы на уровне деревенских кланов. Государство – это в первую очередь территориальная концепция, кланы же по природе внетерриториальны. Государство не может подняться и переместиться в другое место – кланы могут. Для палестинских арабов территориальная идентичность стоит на далеком третьем месте после идентичности клановой и деревенской. От араба редко можно услышать: «Я из области Иерусалима», потому что он идентифицирует себя, скажем, с кланом Абу-Гош и соответствующей деревней. Однако для еврея совершенно нормально сказать: «Я живу неподалеку от Иерусалима».

Патриархальные общества узко-специфичны, развитые общества космополитичны. Государственность требует определенного уровня развития и космополитизма, который достигается посредством этого развития. А на следующем уровне развития космополитизм разрушает уже государственные границы, создавая транснациональные идентичности. Евреи зря жалуются, что палестинские арабы не хотят учиться ответственности, контролировать своих боевиков и строить собственное государство рядом с Израилем. Палестинцы просто не могут все это сделать; они не более способны создать современное государство, чем любое племя в джунглях. Никто не хотел бы поспорить с хирургом, но почему-то все считают, что любая группа людей может создать, препарировать и настроить не менее сложный организм, чем человеческий, – общество. Народ, проживший несколько десятилетий в холмах, не может создать сложное общество с его системой сдержек и противовесов, контролем общества и прессы над властью, прозрачными выборами и ответственными политиками. Некоторые линии, такие как грань между силой полиции и ее злоупотреблением, слишком узки для примитивных обществ. Все, что могут палестинцы, это подчиниться полководцу, злобному клоуну типа Арафата или даже оккупанту, – но они не в состоянии в обозримом будущем управлять сами собой. А Израиль не сможет отгородиться от них и забыть: Западный берег все так же будет беззаконной территорией, где будут находить приют антиизраильские боевики.

Палестинские арабы не способны не только создать государство, но и вообще организовать какую-либо полномасштабную деятельность. Они вышли из состояния разреженного сельского общества лишь несколько десятилетий назад, и сегодня у них нет ни навыков, ни инфраструктуры для крупных проектов. Палестинские арабы так и не смогли создать профсоюзы, что для них было крайне важно в 1920-х годах, тем более что евреи в те годы успешно вынуждали бизнес к уступкам. Еще в меньшей степени арабы способны организовать долгосрочные вопросы: национальные, государственные и военные.