Израильские правители – расисты. Они идут на создание палестинского государства только потому, что не хотят, чтобы арабы наводнили Израиль и демонтировали его еврейскую сущность. Неизбежная арабская демографическая угроза еврейскому государству стала козлом отпущения.

Начать с того, что Израиль уже сейчас не является государством евреев. Арабы уже составляют 34% всей молодежи; прибавьте к этому 19% хороших славян, имеющих эфемерное отношение к иудаизму. Еще 6% израильского населения составляют представители других нееврейских национальностей. Кроме того, огромное число израильских арабов не согласится добровольно переехать в нищее палестинское государство, когда оно будет создано, а отменить их виды на жительство и выслать у Израиля не хватит воли. После создания палестинского государства евреи будут насчитывать едва ли треть от общего числа молодых израильтян, а после воссоединения арабских семей этот процент еще больше снизится. Важно ясно понять: в Израиле евреи уже являются меньшинством.

Израиль - не еврейское государство. Если даже правительство вдруг решит создать в стране еврейское большинство, например уничтожив метрические свидетельства израильских славян, то Израиль все равно останется нееврейским. Страна, не уважающая Шаббат и другие основы еврейской религии, отдающая мусульманам Храмовую гору, не может серьезно претендовать на статус еврейской.

На Потсдамской конференции, союзники санкционировали высылку из Польши и Чехословакии этнических немцев – около 12 миллионов. Мир ничего не имел против, когда чуть ранее греки и турки выслали меньшинства друг друга. Мир не волновало, когда арабские страны выгнали своих евреев. Мир согласился с тем, что евреи выдворили палестинцев в 1948 году, и в общем и целом поддерживает евреев, когда они отказывают палестинцам в возвращении. Мир обладает здравым смыслом и поймет высылку арабов из Иудеи и Израиля. Единственное, чего мир не хочет видеть, это призывов к сочувствию, особенно с телеэкранов. Вот почему что бы Израиль ни решил делать с арабами, это нужно делать быстро и необратимо, без всяких лагерей беженцев.

Арабская проблема вовсе не столь серьезна. Израильское правительство препятствует эмиграции арабов Западного берега. Вместо этого нужно обучить их востребованным профессиям, и они уедут. Получив медицинское или техническое образование, молодые палестинцы уедут в другие арабские страны, где можно сделать хорошую карьеру. Даже такое простое средство как раздача бесплатных презервативов может существенно сократить уровень рождаемости среди арабов. Если ввести в Израиле бойкот на арабскую рабочую силу, это побудит арабских мужчин эмигрировать, а позже к ним присоединятся и их семьи. Как минимум, можно навести порядок на нелегальном рынке рабочей силы: оказавшись перед необходимостью платить израильские налоги, экономически неэффективные арабы будут вынуждены эмигрировать. Ликвидация воровской палестинской экономики уничтожит арабские предприятия, которые работают на украденных из Израиля электроэнергии и стройматериалах.

Численность арабов в Иудее, Самарии и Газе сильно завышена. В палестинских общинах почти отсутствует смертность: арабы продолжают получать субсидии ООН и Евросоюза за давно почивших родственников. По этой же причине в палестинских городах и лагерях беженцев необычно низкий уровень смертности младенцев, намного ниже, чем в аналогичных странах третьего мира. Палестинские женщины часто арендуют детей, чтобы зарегистрировать их как собственных и получать больше субсидий. Многие арабы посчитаны дважды, как арабы с видом на жительство в Израиле и как жители Западного берега, а иногда даже трижды – когда часть их семьи проживает в Газе. Когда арабы переезжают из одного города Западного берега в другой, их часто считают в обоих городах. Нелегальная эмиграция из Западного берега и Газы не учитывается. Согласно реалистическим подсчетам, арабское население Иудеи, Самарии и Газы составляет от 1,5 до 2,5 миллионов.

Около 60% территории Иудеи и Самарии в буквальном смысле пусты, там живет около 1% от общего числа палестинских арабов. Достаточно лишь потребовать от арабов выполнять израильские законы, такие как уплата налогов и служба в армии, а также разрушить их массовые нелегальные постройки, и Израиль тут же потеряет для арабов привлекательность. Выкуп имущества по справедливой цене тоже побудит многих арабов переехать из Израиля в соседние страны, где жизнь дешевле. После того как Израиль вынудит палестинцев уехать – одних экономическим давлением, других через компенсации – останется не так много арабов, подлежащих выселению.

Какой бы ни была политика в отношении арабов и палестинского государства, угроза существованию Израиля будет всегда. Еврейское государство посреди океана мусульман никогда не будет в безопасности, особенно ввиду того, что ислам прямо запрещает немусульманские государства на Ближнем Востоке. В любом крупном конфликте палестинцы станут пятой колонной, потому что это нормальные люди с нормальным желанием: вернуть землю, которую они считают своей. У евреев нет ни единого повода воздерживаться от высылки палестинских арабов.

Никакой вины!
рабби Меир Кахане

Б-г создал Человека нормальным, здоровым, завершенным. Он дал ему легкие, чтобы он мог дышать. Поэтому Человек дышит кислородом, дыханием жизни. Это нормально. Евреи имеют склонность дышать виной. Это ненормально.

Вина – это СПИД современного еврейского народа. Бессмысленная, разрушительная, разъедающая вина. Вина, заставляющая чудовищно ненавидеть самих себя. Эта ненависть к себе ведет к самоуничтожению. Эти вина, ненависть и стремление к самоуничтожению происходят непосредственно из факта двухтысячелетнего существования еврея в Изгнании в качестве меньшинства – угнетенного, притесняемого, униженного и напуганного. Это ужасно долгое
Изгнание сделало огромную часть еврейского народа психологически ненормальной.

Народ не может нормально жить без собственного государства, точно так же как ребенок не может существовать без любящей семьи и дома. Б-г создал нации так, что для нормального и здорового развития им требуется суверенитет, самоуправление и право на землю. Читать дальше »

Арабы считают, что мы забрали их землю. Никакая пропаганда не изменит эту точку зрения: их дюны стали нашими садами. Слово «их» важнее, чем «дюны». С другой стороны, израильское образование, доступное для арабов, учит благородному национализму, стойкости и национальному освободительному движению на примере евреев – арабы с готовностью воспринимают этот пример. Нет ни одного исторического прецедента, когда бы завоеватели (по мнению арабов, это евреи отняли у них землю) жили бы в мире с побежденными. Численность побежденных всегда сводилась к минимуму. Если этого не происходило, то они восставали, что вполне логично. Побежденные не верят в добрую волю завоевателя, которую они считают проявлением моральной или физической слабости, и видят возможность переломить ситуацию в свою пользу.

Переговоры о мире ведут к миру лишь тогда, когда предмет спора не является для сторон жизненно важным. И Франция, и Германия были бы рады присоединить Эльзас-Лотарингию, но они могут прожить и без нее. Но когда речь идет о принципиальной территории, о душе нации, то никаких переговоров быть не может. Единственный способ жить в мире – устранить угрозу. Это простая, но не очень приятная истина, и потому многие всерьез верят, что история каким-то образом остановилась и все, что раньше было истиной, сегодня стало ложью, и волки легли с ягнятами, и нации начали договариваться по принципиальным вопросам. Это апокалиптический менталитет; наши дни – вряд ли последние, да и человеческий менталитет не меняется. Разве что лишь войны стали кровавее.

Сегодня ТВ показывает нам лица врагов, и мы можем рассматривать их не как массу, а как индивидуумов. Индивидуумы всегда вызывают сочувствие, в то время как массы – страх. Когда вы видите своего врага по телевизору, такого невоинственного, у вас пропадает желание воевать с ним. Представьте, что пресса союзников начала бы давать репортажи из-под бомбардировок в Токио и Дрездене, показывать бы, как в огне гибнут дети. Конечно, это произвело бы неизгладимое впечатление на американскую общественность. Точно так же и чрезмерное освещение в прессе арабов привело к тому, что они стали восприниматься уже не как враги, но как «такие же люди, как и мы». Немногие понимают, что враги действительно такие же, как мы, что у них такие же цели, как у нас – и именно поэтому мы сражаемся с ними, поскольку обеим сторонам одинаково позарез нужен этот клочок земли. Каждая сторона хочет быть хозяином жизни, а не полагаться на добрую волю чужаков.

Ассимилированные евреи знают одну-единственную строчку Торы: «Люби пришельца». Многие даже считают, что она учит тому же, что христианское «Люби врага». Но ведь есть и Исход 23:31: «Предам в руки ваши жителей сей земли, и прогонишь их от лица твоего». Те пришельцы, которых мы любим, приняли основные положения иудаизма. Они либо полностью обращены, либо богобоязненны, но в любом случае они лояльны еврейскому государству и стремятся быть его хорошими гражданами. Это описание – прямая противоположность израильским арабам, которые считают себя мусульманами, арабами или палестинцами, но никогда – евреями или израильтянами.

Тора практична. Мы не можем прийти к соглашению с заклятыми врагами или мирно сожительствовать с теми, кто считает себя правомочными (и, следовательно, суверенными) жителями земли. Нет никакого мирного процесса, но есть процесс, который приведет к миру: а именно, очищение земли от врагов.

Если отдать палестинцам все территории, которые они требуют, это не приведет к миру. Палестинцы уже и так контролируют все эти территории. Если не считать эпизодические вторжения, израильская полиция не показывается в арабских районах. Даже арабские деревни в черте Израиля недоступны для полиции и судебных представителей: полиция въезжает в Лод и подобные города на бронированных автомобилях – и это в Израиле, а не в Рамалле. Палестинское государство будет для арабов символом их вечного позора: разве арабы сражались все эти годы за крохотное мини-государство? Вот почему палестинцы будут продолжать выставлять все новые и новые требования: свободная торговля с Израилем (наводнят наши рынки безналоговой продукцией), трудовая миграция, доступ в Газу (непрерывное палестинское государство означает разорванное еврейское государство). Палестинцы объединятся со своими братьями в Иордании, которые там составляют большинство, и после неизбежного падения иорданской монархии придут к власти демократическим путем – в конце концов, все монархии рано или поздно рушатся. Западный берег присоединит к себе Иорданию, а не наоборот. Беженцы, вернувшиеся из Ливана, Сирии, Иордании и Газы превратят палестинское государство в царство преступности и анархии: эти люди утратили трудовые навыки четыре поколения назад, у них нет ни жилья, ни желания работать. Представьте, что будет, если переселить обитателей Гарлема в Манхэттен.

Израильские левые не испытывают к арабам сочувствия. Западный берег отдают только потому, что Израиль не хочет ассимилировать еще три миллиона арабов. Но арабы Израиля за шесть лет размножились со 150 тысяч до 1,5 миллионов. Они уже составляют 34% всей израильской молодежи. По статистике, израильские арабы совершают насилие против евреев гораздо чаще, чем жители Газы и Западного берега. Израильским войскам проще осуществлять операции в Газе, чем в арабских деревнях Галилеи. Да, граница поставит заслон потоку террористов из Газы, но из арабских общин Израиля гораздо проще попасть в еврейские районы.

Израильские левые вовсе не любят арабов. Они ненавидят евреев – или, если точнее, еврейскость. Наводнение Израиля арабами – это их способ покончить с иудаизмом. Левые не могут вынести ощущения того, что они второсортные евреи, евреи без еврейскости, и поэтому пытаются покончить с ней. Сионизм понятен и ежу, но иудаизм требует десятилетий изучения. Если сионистским политиком может стать любой плут, то стать видным ученым Торы никому из них не под силу. Уход из Иерусалима, Иудеи, Самарии, Газы, Галилеи не имеет отношения ни к миру, ни к справедливости – это беспокоит левых в самую последнюю очередь. Уступки призваны положить конец идеологическому унижению левых, а заодно – и еврейскому государству. В какой-то момент левые изменят курс. Как царь Ирод, они осознают пользу от религии в делах государства и станут на сторону иудаизма. Но когда это случится, может оказаться слишком поздно.

Религия делит все на черное и белое. Бог либо повелел овладеть Иерусалимом, либо нет. Соответственно, евреи должны либо держаться за Иерусалим несмотря ни на что, либо отказаться от него, как от бесполезного населенного пункта. Переговоры об Иерусалиме с палестинцами – то же самое, что переговоры о еврейской религии. Религия либо истинна, либо нет, и обсуждать здесь нечего.

Суверенитет – это фикция. Сегодня Восточный Иерусалим со всех практических точек зрения является арабской территорией. Израильский суверенитет лишь наделяет евреев почетным правом субсидировать тамошних арабов. Еврейские консервативные активисты устраивают много шума вокруг «нелегальных форпостов», но их усилия бесплодны: даже если израильское правительство аннексирует все захваченные евреями земли, арабы по-прежнему будут контролировать Иудею и Самарию демографически. Арабы полностью контролируют Восточный Иерусалим и Храмовую гору, Лод, Акко, большинство пунктов в Галилее. Израиль все больше вытесняется к пустыне Негев (заселенной бедуинами) и береговой полосе. Мирный процесс ничего не решает, но лишь институционализирует поражение Израиля.

Израильские консерваторы ведут себя как страусы: Ольмерт их успокаивает обещаниями положить вопрос Иерусалима под сукно в мирных переговорах с палестинцами. И дело даже не в том, что Ольмерт лжет, ведь палестинцы постоянно заявляют что переговоры по Иерусалиму идут постоянно.
Вообще, переносить главные вопросы на последнюю стадию переговоров – фундаментальная ошибка. Если вы не сошлись с продавцом мебели в цене, вы будете обсуждать время доставки? А в нашей ситуации продавец даже не собирается продавать.

Откладывание главных вопросов на потом создает ситуацию, когда Израиль будет готов уступить в них, поскольку то давление, что сейчас распределено между несколькими темами, в конце переговоров соберется в одну точку – Иерусалим. Речь пойдет следующим образом: «Отлично, мы договорились с палестинцами обо всем, мир уже так близок. Так должны ли мы отказываться от мира из-за каких-то арабских кварталов Иерусалима, в которых евреи и так не могут жить?» Когда все темы будут исчерпаны, разделение Иерусалима произойдет автоматически. Нервные евреи могут восстать и отказаться принять такой мир, сконцентрировав на проблеме Иерусалима все свое недоверие к правительству, – но если ставка делается на такой сценарий, то о каком мирном процессе идет речь сейчас?

Переговоры по Иерусалиму с «Фатхом» – загадка. Британцы не вели переговоры с еврейскими террористическими группами «Эцель» и «Лехи», а охотились на них. Члены «Фатха» продолжают нападать на евреев, «Фатх» платит зарплату «Бригаде мучеников Аль-Аксы» деньгами Израиля, а что еще поразительнее, телохранитель Ахмеда Куреи, главного палестинского переговорщика, был убит в перестрелке с израильской армией.

Израильская политика мелких уступок разрушительна. Евреи по очереди выбрасывают все свои козырные карты, теряют вес на переговорах, а международное давление на «отложенные» вопросы только усиливается. В 1972 году Израиль категорически отверг предложение Садата (неважно, насколько оно было реалистичным), по которому Израиль получал мир со всеми арабами взамен на возвращение Синая; о палестинцах не шло и речи. Сорок лет спустя Израиль окажется без Синая, Голанских высот и Западного берега – и по-прежнему без мира с арабами. Почти все мусульманские лидеры уже объявили, что передача Западного берега и Иерусалима палестинцам не приведет к немедленному миру с арабскими странами. И даже там, где у Израиля мир, далеко до нормализации: рядовые египтяне и иорданцы ненавидят Израиль так же, как и до подписания мирных соглашений. Ирак и Кувейт – две страны под пятой США – прямо отказались от заключения мира. Саудовская Аравия – последняя страна, с которой Израиль хотел бы заключить мир: поток ее нефтедолларов в Израиль и так слишком обилен, а с заключением мира он многократно возрастет, что позволит саудовцам просто выкупить Святую землю. Ливан, в котором заправляет «Хезболла», не испытывает ни малейшего интереса к палестинцам и не станет на сторону сионистов даже в случае, если Арафат будет перезахоронен на Храмовой горе – что непременно произошло бы, окажись Иерусалим в руках палестинцев. Мир с Сирией означал бы для Израиля военное поражение, поскольку, подобно Египту, Сирия под прикрытием мирного договора лишь нарастит арсеналы, чтобы позже нанести удар.

Мирный процесс – это обман. Израиль не воюет с палестинцами: если бы это было так, то мы бы просто разбомбили их, а не поставляли им воду и электричество. Угроза Израилю со стороны Палестины смехотворна: стоит лишь запретить арабскую трудовую миграцию, и теракты со смертниками, которые и так происходят раз в год, почти прекратятся. Каким бы ни был арабский терроризм, он уносит во много раз меньше жизней, чем обычные автокатастрофы. Ясное дело, нужно положить конец «Кассамам» и «Катюшам» – но никак не с помощью сверхдорогого «Железного купола», а обычными полицейскими средствами: один или несколько раз в год вторгаемся в Газу, убиваем пару тысяч палестинских партизан, разрушаем их инфраструктуру до состояния бронзового века и наслаждаемся миром несколько месяцев. Запрет поставок помощи в Газу и Западный берег от ООН-БАПОР и других организаций гораздо лучше послужит миру, чем передача арабам Иерусалима, Тель-Авива и Хайфы вместе взятых: палестинцы начнут искать работу, вместо того чтобы жить на иностранную помощь и тратить массу свободного времени на радикализм. Когда бедняк ищет способы прокормиться, у него нет времени заниматься терроризмом.