После Первой мировой войны союзники унизили немцев политически, но поддержали экономически, причем оказались не в состоянии обеспечить постоянную демилитаризацию Германии. Когда к власти пришли нацисты, им осталось лишь воспользоваться накопившейся ненавистью и промышленным потенциалом. Сегодня точно такая же ситуация складывается на Ближнем Востоке. Немцы начали войну, несмотря на то, что союзники превосходили их и экономически, и по численности, и по природным ресурсам. Насколько более вероятно, что войну начнет хорошо вооруженный, фундаменталистский и агрессивный Иран? Не важно, что арабские армии не могут противостоять армии Израиля. Несколько ракет с ядерными боеголовками или морской контейнер с ядерной бомбой, доставленный в Хайфу или Ашдод, могут уничтожить израильское население, сконцентрированное на узкой прибрежной полосе. Буферные зоны хороши против партизан, но не самолетов и баллистических ракет. Ядерную атаку отразить сложно, но для Израиля это жизненно необходимо. Полную безопасность не в состоянии обеспечить ни противовоздушные, ни противоракетные системы – но для крошечного Израиля не приемлем никакой иной уровень ядерной безопасности, кроме полной.
Любая крупная милитаристическая страна представляет угрозу. Мусульмане постоянными нападками на Израиль уже доказали наличие злого умысла. Израиль может вести войну на своих границах. Он пережил войну 1948 года, ведшуюся глубоко на его территории. Израиль не стал контратаковать, когда иракские ракеты преодолели его оборону. Однако неприемлемо рисковать ядерной атакой. Демилитаризация мусульман – задача для Израиля рискованная, но бездействие будет означать самоубийство – сейчас или в следующем поколении.
Демократическому государству всегда сложно обеспечить общественную поддержку превентивных мер, за исключением случаев явной угрозы, как было в 1967 году или в случае иракского реактора в Осираке. Между тем точечные превентивные удары обычно не приводят к эскалации войны. В ранние годы Израиль осуществлял ограниченные удары возмездия по своим соседям, что не приводило к полномасштабной войне. Такая тактика экономила средства и позволяла предотвратить разрастание военного бюджета.
Израиль должен уничтожить не только производства ядерного оружия и ракеты средней и большой дальности, но и всю исламскую ядерную инфраструктуру без исключений: ученых, лаборатории , пусковые системы, взлетно-посадочные полосы – причем даже под угрозой провоцирования войны, как в случае с Египтом.
Можно поступить и по-другому: пойти на взаимную ликвидацию ядерных арсеналов и затем перевооружиться секретно – именно так Израиль в свое время создал свое ядерное оружие. Уличение Египта в секретной программе перевооружения было бы законным основанием для уничтожения его ядерных объектов. Национальная безопасность – не место для мифической рыцарской честности. Израиль упустил шанс подписать запрет на ядерное оружие, предложенный в 1976 году египетским премьер-министром Исмаилом Фахми, но еще не поздно принять аналогичные нынешние предложения египетских лидеров. Израилю уже удавалось водить за нос инспекторов МАГАТЭ при инспекциях ядерного реактора, закрывая секции зданий ложными стенами, и этот образ действий можно было бы продолжать и дальше. При самом худшем сценарии Израиль мог бы просто законсервировать ядерные объекты или номинально перевести их в гражданскую сферу, спрятав большое количество ядерного оружия. Чтобы сохранить лицо, Египту нужен был повод для свертывания своей дорогостоящей ядерной программы, и Израиль по глупости не предоставил ему этот повод.
Если Египет выглядит стабильным и мирным, то представим, насколько мирными были Ливан, Ливия, Иран, Ирак, Пакистан, Судан и многие другие страны перед тем как в них произошли резкие смены курса, что нередко случается в автократиях. Египет за полвека сменил не один режим и правительство. Попытки переворотов часто предпринимались радикалами.
Израилю как минимум нужно быть готовым к автоматическому удару по египетским ядерным объектам в тот же день, когда в этой стране придет к власти враждебный режим. Не стоит забывать, что многие хорошие президенты Египта накапливают ядерное оружие для одного плохого. Насколько вероятна возможность появления правителя-безумца? Довольно вероятна, при наличии достаточного времени. Один безумец за сто лет – вполне правдоподобный сценарий, финал которого – ликвидация Израиля в ядерной атаке.
Промедление дорого обойдется Израилю. Египетская армия – не ровня израильской, она считается сильной лишь в сравнении с другими арабскими армиями. Наполеон захватил Египет с помощью небольшой экспедиционной армии, и Шарон сделал бы то же в 1973-м, если бы Израиль не поддался давлению США. С экономической, военной и психологической точек зрения лучше вступить в конфронтацию сейчас, чем продолжать неизвестно сколько времени платить за оборонную боеготовность Израиля. Запад мирится с китайским ядерным оружием, предназначенным для использования в Азии, между тем как у Египта нет другого противника, кроме Израиля, который не может позволить арабам взрывать ядерные бомбы у своих границ, даже если они воюют друг с другом. Если не политическая трусость, то что еще мешает Израилю вступить в конфронтацию сейчас, а не откладывать ее на потом? Кеннеди ответил на размещение советских ракет с ядерными боеголовками на Кубе немедленной конфронтацией и мобилизацией с целью снять угрозу. Сегодня мир закрывает глаза на то, как мусульманские страны приобретают ядерные технологии, точно так же, как мир доверял Германии перед началом Второй мировой войны. Ислам не менее агрессивен, чем нацизм, и он столь же мало уважает человеческую жизнь, не важно, свою или противника.
Когда угроза появления у мусульман ядерного оружия станет реальной, Израиль должен нанести удар. Уже сейчас налицо проблема с Ираном: если Америке удастся сменить там режим, Израилю будет практически невозможно атаковать страну-клиента США. Точно так же Египет создал свои арсеналы оружия массового поражения под прикрытием американских гарантий. Гораздо правильнее уничтожить иранскую ядерную программу сейчас, чем когда Иран получит от Америки военные гарантии. Речь не о том, что Иран может использовать ядерное оружие против Израиля: муллы не столь уверены в семидесяти девственницах Ибн-Катира, чтобы спешить в рай под ядерными ударами возмездия Израиля. Они скорее передадут ядерное оружие террористам. Ирану даже не нужно передавать ядерное оружие – сама угроза существенно усилит позицию Ирана. США будут бессильны, если Иран станет угрожать передачей ядерного оружия «Аль-Каиде»: превентивный удар не уничтожит все ядерные запасы, зато повлечет за собой ядерный ответ Ирана. Ядерное оружие обладает универсальной функцией уравнивания военной мощи. За что может торговаться владелец ядерного оружия? За очень многое: Северная Корея получила политические и экономические уступки, когда пригрозила созданием ядерной бомбы – и действительно создает ее. Выкуп не допустим: примирение Америки с Северной Кореей создало плохой прецедент, позволяющий странам-изгоям вымогать у США сотрудничество под угрозой ядерных разработок. Обладатель нескольких ядерных бомб может заставить евреев покинуть Ближний Восток без серьезных потерь, взорвав одну ядерную бомбу в Негеве и другую – на корабле в ста километрах от гавани в Нью-Йорке, при этом заявив, что другие ядерные бомбы спрятаны в Тель-Авиве, Иерусалиме и Вашингтоне и запрограммированы на взрыв через сорок восемь часов. Представьте, что какой-нибудь радикальный мусульманский режим угрожает передачей ядерного оружия клиентам и коллегам, обещая воздержаться при условии, что США перестанут поддерживать Израиль. Или представьте, что террористы распространили в Нью-Йорке биологическое оружие и предлагают противоядие при условии, что США покинут Ближний Восток. Весьма вероятно, что шантажируемая сторона выполнит требования. Израиль не должен допустить, чтобы у Ирана было ядерное оружие, пусть даже направленное против Саудовской Аравии. Использовав ядерное оружие лишь единожды, следующей целью Иран выберет Израиль. США не наказывают Пакистан за поддержку «Аль-Каиды» по той простой причине, что у Пакистана есть атомные бомбы. Вместо этого Америка предпочитает делать вид, будто не верит в причастность этой страны к терроризму. Ядерное оружие обеспечивает почти совершенный иммунитет для спонсоров терроризма. Ядерный Иран способен вести обыкновенную войну, не страшась возмездия. Владение ядерным оружием выгодно, и Израиль не должен допускать, чтобы его враги имели это оружие. Израиль выиграл бы политически, если бы кто-нибудь взорвал атомную бомбу в США – наиболее вероятная цель первой же бомбы, попавшей в руки террористам. Уникальное оружие будет использовано против Великого Сатаны, а не его израильского подмастерья. Американцы увидели бы, что хотя последствия ядерного взрыва и ужасны, статистически они не велики и большей частью носят психологический характер. Небольшие арсеналы ядерного оружия перестанут обладать сдерживающей способностью и останутся, в основном, тактическим оружием террористов, подходящим для коммерческого шантажа, но с ограниченными политическими возможностями. Ядерная атака хоть и будет призвана столкнуть Америку в изоляционизм, на практике она скорее заставит ее наносить ответные и превентивные удары более жестко. Сверхзадача Израиля состоит в том, чтобы заставить Соединенные Штаты разоружить ядерные страны-изгои любой ценой. Если поставить перед враждебными странами реальный ультиматум, они будут вынуждены открыть все свои ядерные объекты и арсеналы для проверки. Такая политика могла бы привести к урегулированию ядерной проблемы.
Вряд ли причина, по которой во Вторую мировую не использовался отравляющий газ, состояла в страхе перед возмездием. Положение СССР в 1941-м и Германии в 1945-м было слишком критическим, чтобы обращать на это внимание. Причина скорее была в том, что химическое оружие не эффективно на открытом воздухе, особенно при изменении направления ветра. Средства производства были уязвимы, а доставка – рискованна. Раз оружие изготовлено, однажды оно будет применено, и в ядерную эпоху человеческая природа осталась прежней. Некоторые враги Израиля, не страшась возмездия, воспользуются ядерным оружием сразу же, как только получат его – не такой уж невероятный сценарий в ситуации, когда в ядерном клубе уже Россия, Китай, Индия, Пакистан, Северная Корея и Иран.
Приведет ли навязывание ядерного разоружения к конфронтации, которая маловероятна сама по себе? Маловероятна только конфронтация между государствами. Партизаны всерьез настроены напасть на евреев, они лишены страха и не беспокоятся о сопутствующих потерях среди мусульман, что показали проведенные Аль-Каидой взрывы посольств США в Африке. Вопрос не в том, насколько вероятна ядерная конфронтация – она гарантирована, - а в том, насколько реально для террористов получить ядерное оружие. Атомное оружие основано на технологии, доступной даже мусульманам. Ключевые компоненты аомной бомбы можно получить у частных фирм гражданского профиля. Низкооплачиваемые охранники сторожат ядерные арсеналы безответственных режимов, которые дискредитировали себя поддержкой террористов. Кто в здравом уме может уверенно заявить, что ядерное оружие не окажется в руках террористов, причем довольно скоро? Решение этой проблемы сейчас, не откладывая, даст целый ряд преимуществ. Некоторые ядерные державы можно заставить разоружиться, пусть даже взятками, но как только террористы используют ядерное оружие, страны не рискнут отказаться от него. Насильственное разоружение рискованно, но оно устранит подверженные распространению ядерные арсеналы. Если оставить все как есть, риск многократно возрастет: после первого же ядерного инцидента с большой вероятностью последуют и другие.
Промедление усиливает угрозу. Проще заставить Северную Корею отказаться от нескольких ядерных боеголовок, чем от десятков. Проще уничтожить ядерный реактор в алжирской пустыне сейчас, чем подвергнуться ядерному шантажу, когда он заработает. Проблема носит особенно срочный характер в случае с такими ядерными игроками, как Иран, у которых уже есть средства производства, но пока нет самого оружия. В любой войне, при любом давлении есть вероятность возмездия – требование ядерного разоружения не является исключением. Какой смысл Израилю содержать огромную армию, если не использовать ее против достоверных угроз?
Ядерный удар по США или Израилю в ответ на требование разоружения маловероятен, поскольку одна или две ядерные бомбы не причинят Америке большого вреда, зато вызовут сокрушительный ответный удар. Нужно сделать ставку на превентивные удары по всем возможным ядерным складам с одновременной воздушной операцией по захвату вражеского лидера и чиновников, которые будут подвергнуты пыткам с целью раскрыть местоположение ядерных арсеналов.
Ядерного разоружения можно добиться и невоенными средствами. В ход можно пустить подкуп, угрозы, притворные соглашения. Индия и Пакистан были бы рады подчиниться требованиям международного сообщества и демонтировать свои ядерные объекты и уничтожить арсеналы взамен на гарантии НАТО от вторжения в случае крупного конфликта. Северная Корея может пойти на уступки в ядерной области взамен на международное признание и помощь, которые подтолкнут ее к интеграции с Южной Кореей. Египет мог бы согласиться на ядерную демилитаризацию региона. Политических вариантов ядерного разоружения немало, но Запад упорно не хочет использовать их. Нужны программы по выкупу ядерного оружия на черном рынке: продавцы должны получить иммунитет и непомерно высокую цену за расщепляющиеся материалы – цену, заведомо превышающую возможные предложения со стороны террористов. Даже миллиард долларов за ядерную боеголовку – приемлемая цена ради избавления от ворованного оружия.
Израильская зона ядерной безопасности не ограничивается соседними мусульманскими странами, но включает и другие страны, потенциально способные к распространению ядерного оружия, такие как Пакистан и Северная Корея. Эти страны способны продавать ядерное оружие террористам, а в ходе войны 1973 года они действительно поставили военные самолеты соответственно в Сирию и Египет. Пакистану даже не нужно продавать ядерную бомбу – исламские фундаменталисты, задействованные в ядерных программах, очень скоро сами разнесут по миру ядерные технологии. Израиль должен вернуться к практике уничтожения вражеских ученых-ядерщиков. Они являются солдатами противника при исполнении обязанностей, поэтому отношение к ним должно быть соответствующее. Во всех государствах-изгоях ученые-атомщики являются военными. Израиль должен объявить о своих целях и преследовать вражеских специалистов-ядерщиков повсюду, назначив за вознаграждения за их головы. Другие страны, обеспокоенные распространением ядерного оружия, молчаливо поддержат Израиль. Израиль должен убедить Индию атаковать пакистанские ядерные объекты и склады. После первоначальных искусственных возражений Запад будет аплодировать тому, как Израиль избавил мир от ядерной угрозы. Если бы не международное общественное мнение, США уже давно покончили бы с северокорейской, пакистанской и иранской ядерной угрозами. Если американцы увидят, что израильтяне делают работу по ядерному разоружению за них, это только сблизит США и Израиль.
Политики сомневаются, что арабские государства или террористы когда-нибудь воспользуются ядерным оружием, но это лишь подмена неизвестности невозможностью. Они даже утверждают, что иранская ядерная программа меньше, чем предполагали – как будто Израилю важно, пять ядерных боеголовок у Ирана или пятьдесят. Израильское руководство не пытается разоружить своих врагов в отсутствие явной ядерной угрозы, зато оно предоставляет им возможность накапливать и разрабатывать ядерное оружие. Это отсутствие политики перекликается с израильским общественным мнением, согласно которому жесткие меры нужно применять лишь в условиях крайней необходимости – когда уже слишком поздно, слишком сложно или слишком дорого. Израиль не должен позволять, чтобы естественная слабость мирной демократии заслоняла необходимость превентивных ударов для прекращения распространения ядерного оружия.
Ситуация с Китаем и Россией сложнее. Безусловно, обе эти страны со временем будут вовлечены в процесс нелегального распространения ядерного оружия. Российские политики и военные коррумпированы, так что рано или поздно российские ядерные боеголовки окажутся в руках мусульман. Первые одна или две ракеты с ядерными боеголовками будут использованы против США для достижения максимального эффекта, а следующим будет Израиль. В сложившейся ситуации Израиль вряд ли может атаковать Китай или Россию, равно как и правительство США не может нанести по ним превентивный удар. Израиль должен использовать общественное мнение для давления на Америку, чтобы заставить ее выкупить советские ядерные арсеналы и потребовать уничтожения биологического оружия без компенсаций. Хотя США оплатили уничтожение некоторой части советского ядерного оружия, многое сохранилось. Россия, скорее всего, будет настаивать на сохранении части ядерных боеголовок для сохранения своего статуса сверхдержавы, хотя без современной авиации они практически бесполезны. Россию можно было бы уговорить отказаться от мобильных пусковых установок межконтинентальных баллистических ракет с ядерными боеголовками, которые не отличаются высокой точностью и подходят только для ядерных атак на крупные гражданские объекты. Америка может оставить России несколько шахтовых пусковых установок, которые сравнительно легко контролировать.
Завлечение Китая с его ядерным оружием под единое командование в НАТО было бы наилучшим вариантом, хотя прагматичные китайцы, скорее всего, спрячут несколько атомных бомб. Экономические санкции не помогут, как показал урок Тяньаньменя. Обычно коммунистов больше интересует идеология, чем народ и экономика. Это подчеркивает необходимость подрыва в Китае коммунизма, развития демократии и разделения страны на несколько государств разумного размера, зависимых от Америки и Запада. Бойкот, направленный на установление международного контроля над китайским ядерным оружием, будет эффективным лишь при участии ключевых западных стран. Китаю требуется множество уступок от международного сообщества, поэтому нужно использовать каждое требование с целью установления все большего контроля над китайским ядерным оружием. США могли бы подать пример, согласившись на международный контроль над своим ядерным вооружением.
Любая страна, обладающая ядерными технологиями, представляет для Израиля опасность, даже если не угрожает ему напрямую. Множество недобросовестных производителей – Китай, Индия, Северная Корея, Россия, Пакистан, Ирак, Франция, Швейцария, Аргентина и даже Морокко – помогли Египту создать его ядерную программу. Некоторые из них приняли прямое участие в военном сотрудничестве. Китай обогащал египетский уран на центрифугах российского производства. Никому не понравится, если сосед будет хранить динамит; почтальон не будет в восторге от идеи доставить книгу по изготовлению бомб, бывшим преступникам запрещено покупать огнестрельное оружие – так почему же общественность должна мириться с распространением военных ядерных технологий и позволять странам-изгоям накапливать ядерное оружие? Американцы использовали европейскую доктрину о неприкосновенности границ в качестве оправдания, чтобы не наказывать страны-распространители ядерных технологий. Такая страна, как Пакистан, угрожает всему миру распространением ядерного ноу-хау под защитой фикции суверенитета. Если ты хранишь динамит, ты не должен ожидать, что тебя оставят в покое; если страна создает ядерное оружие, она не может заявлять об иммунитете суверенного государства.
Распространение частными компаниями знаний в области ядерного оружия, повсеместно игнорируется. После того как в 1976 году США выдавили Францию из соглашения о строительстве завода по производству ядерного топлива в Египте, частная французская компания «Роботель» в 1980 году поставила в Египет оборудование, необходимое для комплекса по извлечению плутония. Израилю несложно наказывать частные компании даже в одиночку. Точно так же надо было задавить или подкупить Нигер, чтобы он не продавал Египту уран.
Чтобы было легче в бою, Израиль должен заставить своих соседей демобилизоваться, мотивируя свои требования опасениями попадания ядерного оружия в руки религиозных фанатиков. Хотя ООН, без сомнения, осудит такие атаки, призванные уничтожить стратегическое ядерное оружие суверенных арабских стран, США и их союзники могут поддержать усилия Израиля по установлению стабильности в регионе под протекторатом Америки. Такого рода навязанный мир позволял Римской империи относительно безопасно существовать веками.
