Арабские страны не сильно волновало то, что евреи задумали создать крошечное государство где-то в неуправляемых землях Палестины – неуправляемых настолько, что даже жестокой армии Ибрагима-паши едва удалось навести здесь подобие порядка. Словно малолетние хулиганы, они сначала испытали нового соседского ребенка, надавав ему тумаков, и решили, что он прошел проверку.
Арабские лидеры подходят к проблеме Израиля исключительно прагматически: например, в 1967 году уничтожение Израиля дало бы Нассеру лавры несомненного всеарабского лидера и укрепило бы его позиции на родине. Сегодня Египет понимает, что мирный договор с Израилем крайне полезен, поскольку он позволяет Египту получать массивную американскую военную помощь, создавать современную армию, досаждать Израилю посредством боевиков-феллахов и не опасаться израильского возмездия. С помощью антиизраильской пропаганды у себя дома Египет дает выход энергии толпы, а спецслужбы направляют радикальные исламские организации на борьбу с Израилем, а не с египетским правительством.

Саудовцам нравится статус миротворцев, всеарабских дипломатических лидеров и флагманов антиизраильской борьбы – они поддерживают «Фатх», «Хамас», «Палестинский исламский джихад» и другие террористические организации. Как и Египет, Саудовская Аравия использует Израиль, чтобы выпускать пар из собственных радикалов.

Все мы помним глупые слова Моше Даяна, который после победы 1967 года заявил: «Я жду телефонного звонка от Хусейна». Идея состояла в том, что арабы бросятся просить свои земли обратно взамен на мир. Рациональные евреи вроде Моше Даяна давно забыли, что национальная гордость не продается; у самих же рациональных евреев для всего есть ценник. На деле же арабы поступили ровно противоположным образом, чем ожидал от них Даян, объявив свои знаменитые «Три нет»: нет переговорам, нет миру, нет признанию Израиля. Сирии было мало дела до Голанских высот, которые вошли в ее территорию лишь несколько десятилетий до того; Иордания согласилась с потерей Западного берега, который в любом случае ее мало интересовал, а Египет меньше всего на свете волновал Синай – бесполезная пустыня, населенная враждебными, непокорными бедуинами, вдали от традиционной сферы влияния Египта и ментальности нильских фермеров. Арабам хватило ума понять, что Израилю нужен мир и что он со временем выполнит их требования, особенно после того как непреклонная враждебность арабов заставит Запад надавить на Израиль с целью подписания соглашения. Хитроумные израильские политики вообразили, что они могут одурачить оппонентов искусными переговорами; на самом деле простые, прямолинейные и твердые позиции часто выигрывают. Советский Союз с его министром иностранных дел Громыко по прозвищу «Мистер Нет» часто побеждал в дипломатических баталиях – так же поступают и арабы. Когда одна сторона отказывается уступать, это делает другая.

Израильские эксперты по миру (а Талмуд называет голубей самыми жестокими созданиями) вообразили, будто арабы хотят экономического и финансового сотрудничества с Израилем. Однако эти страны настолько отсталые, что не могут перегнать собственную нефть в бензин. Идея экономического развития не присуща арабскому мышлению. В арабских странах экономический цикл выглядят следующим образом: выкачал нефть – промотал доход – украл сальдо. Даже если арабы каким-то чудом обратятся в веру Адама Смита, у них найдется немало дипломированных пасторов из лучших экономических университетов Англии, Франции, Германии и США. Им просто не нужен Израиль. Кроме того, хваленое арабское богатство вовсе не так велико. Десятикратный прирост населения в двадцатом веке создал огромное давление на арабские бюджеты, которое не в состоянии потянуть никакая нефть. Не имея ни способности, ни желания работать продуктивно – это не в их бедуинских традициях – арабы тратят нефтедоллары на социальное благополучие в реальном времени, и доход на душу населения продолжает снижаться.

Есть и другие, небедуинские мусульмане, в основном в египетской дельте Нила и плодородных долинах Ирана и Ирака. Тысячелетия сельскохозяйственной культуры привили им определенную трудовую этику, однако их привычки по-прежнему не отвечают требованиям технологической эры. Не случайно даже арабские выпускники израильских университетов существенно уступают евреям в трудоустройстве, а израильские фермеры-арабы выглядят отсталыми в сравнении с соседними фермерами-евреями. Мировой экономике хватает прилежных рук в Китае и юго-восточной Азии; арабские руки ей просто не нужны. Сельскохозяйственная революция, которая пришла в исламский мир лишь сейчас, создаст огромную безработицу в сельскохозяйственном секторе, наводнит мусульманские города безработными и неопытными крестьянами и радикализует общество – как произошло в России в начале двадцатого века и что происходит сейчас в Турции. Как бы Израиль ни участвовал в арабских экономиках, это не сможет существенно поспособствовать их развитию.

Сегодняшний Ближний Восток отличается от того, каким мы его знали еще шестьдесят лет назад. Арабы попробовали в деле нового соседского мальчишку, нашли его крутым и приняли в свою компанию – без лишних слов. Недавно в «Иерусалим пост» появился знаковый комментарий высокопоставленного кувейтца: по его словам, израильский удар по иранскому ядерному реактору выглядит предпочтительнее, чем американский. На поверхности, вроде бы, все очевидно: Израиль – враг Кувейта, Америка – друг Кувейта, так что Кувейт окажется в неудобном положении, если его друг нападет на Иран. Однако советник сказал: «Менее обеспокоен», подразумевая, что израильский удар качественно ничем не отличается от американского. Он хотел сказать, что Израиль – «один из нас» и в силу этого вправе по-братски разбомбить Иран. Как русские относятся к Америке со смешанными чувствами любви и ненависти, так и арабы одновременно ненавидят Израиль и восхищаются им. Пока Израиль действует с позиций силы и не просит мира, арабы будут его уважать и со временем наступит мир де-факто.

Как относиться к мирным переговорам с арабами? Ответ прост: никак. Израиль не получит никакой пользы от мирных договоров с Саудовской Аравией, Ливаном и другими. Мы не рискнем существенно сократить армию, а арабы не начнут любить нас как двоюродных братьев. Мирные инициативы палестинцев нужно игнорировать: если им нужно государство, пусть провозгласят его на тех территориях, которые они фактически оккупируют. Если они будут дальше воевать с нами, мы дадим им отпор как враждебному государству. Если они будут предъявлять претензии на Иерусалим или поселения, мы поставим агрессора на место. Никаких палестинских рабочих в Израиле, никакой торговли с Палестиной, никакой воды или электроэнергии – просто оставить те территории, которые плотно заселены арабами. Многие страны имеют неуправляемые пограничные территории. Не надо ни возражать против палестинской государственности, ни соглашаться с ней – просто игнорировать. В любых переговорах Израиль только дает, но ничего не приобретает. Отказ от любых переговоров с арабами – объективно самая выигрышная стратегия, какая только может быть у Израиля.