Что же нам делать с Газой? Сказки о мирном урегулировании слушать приятно, но подходя реалистически, мир невозможен. Даже если максимально благодушная политика сделает 99 процентов газовцев друзьями Израиля, всегда найдется 15 тысяч недовольных радикалов, способных выполнить самые чудовищные теракты.

Почти полное отсутствие террористической активности в Иудее (Западный берег) показывает, что израильская полиция способна усмирить партизан. Этому хорошо способствуют полицейские агентурные сети. Могут помочь блокпосты, хотя большинство задержаний на них, скорее всего, делается по наводке информаторов. Поскольку на блокпостах досмотр масс арабов проходит довольно расслабленно, большинство террористов явно ловят по наводкам. Если арестовывать бомбистов во время стандартных досмотров, это поможет снять ответственность с информаторов.

Доставка бомбиста-смертника в один из центральных израильских городов – задача сравнительно сложная. Смертники редко ездят автобусами, им нужен транспорт, нередко – укрытие. Операции смертников связаны со сложной логистикой. Обычно смертники – люди с улицы, и для получения задания им приходится обивать пороги разных террористических организаций. Перехват смертников – задача чрезвычайно сложная, но осуществимая.

Ракетные и гранатометные атаки и существенно проще, чем подрывы смертников, и более сложны для обнаружения. Это типичные операции в духе «выстрелил и забыл». Изготавливаются ракеты в безопасной обстановке исламских мастерских, где проникновение Израиля в лучшем случае умеренное, запускают их со своей территории при минимальной логистике – соответственно, предотвращение ракетных запусков чрезвычайно сложно. Да, оно возможно, но далеко не всегда.

Далее, у арабов в запасе много вариантов ведения террористической войны, вплоть до использования пистолетов и ножей. Сегодня эти средства не пользуются особой популярностью, поскольку появились новые, более эффективные. Но если бы израильская армия пресекла запуски ракет «Кассам», арабские партизаны просто переключились бы на другой вид атак.

Одним из вариантов может быть следующий: предоставить арабским территориям административную и экономическую самостоятельность, но сохранить за собой право на проведение полицейских операций. Это не получилось у британцев и не получится у израильтян. Шарон, еще будучи военным губернатором Газы, сумел усмирить террористов при помощи подавляющего полицейского присутствия. Он постоянно поддерживал в Газе массированную группировку полицейских сил. Такое присутствие требует полного административного контроля над территорией – от которого как раз и стоит задача отказаться. Израильской армии сегодня лишь потому удается поддерживать относительный порядок на Западном берегу, что партизанам удобнее осуществлять операции в Газе. Если вдруг порядок наступит в Газе, партизаны перенесут свою деятельность в переполненные трущобы и лагеря беженцев на Западном берегу.

Тактика нанесения ударов и немедленного отступления никогда не приносила победу обороняющейся стороне. Израиль не может обороняться, изредка совершая полицейские набеги на арабские территории.

Можно рассуждать таким образом: лет через сто-двести ситуация потихоньку разрешится, а пока Израиль должен продолжать отражать ограниченные атаки с арабских территорий, ожидая улучшения ситуации. В конце концов, многие страны прошли через стадию враждебности, пока ситуация не наладилась. Однако далеко не факт, что все пограничные разногласия разрешаются раз и навсегда. Эльзас и Лотарингия – типичный пример хронических разногласий. А когда под вопрос ставится существование целой страны, шансов на постепенную нормализацию еще меньше, тем более что пятая колонна (израильские арабы) постоянно подогревает этот спор. Пограничные споры имеют шанс разрешиться сами собой лишь тогда, когда цена борьбы с ними неразумна. С другой стороны, ограниченные удары ограничивают и цену сопротивления. Арабы Западного берега ощущают присутствие израильской армии только на блокпостах, а точечных ударов население не чувствует. Массы арабского населения не ощущают дискомфорта, отправляя бомбистов-смертников в Израиль. Израильско-палестинская ситуация очень напоминает времена набегов мексиканских банд на США – тогда Штатам удалось прекратить разбой только путем аннексии диких районов Мексики.

Важно понимать, что ни мирный процесс, ни экономическое развитие не положит конец нападениям арабских террористов на Израиль. Нереалистично предполагать, что несколько палестинских правительств последовательно друг за другом будут проводить политику в духе Ататюрка, что создаст новое поколение палестинских арабов, принимающих еврейское государство в границах, приемлемых для евреев. Тем более что даже реформы Ататюрка потерпели крах – посмотрите на исламизацию современной Турции. Палестинские беженцы настолько идеологизированны, что никакая контрпропаганда не выбьет из них презрение к евреям. Пока Израиль не разобьет всякую надежду, всякую мысль о возвращении к ситуации до 1948 года, палестинцы будут продолжать надеяться вернуться к ней.

Что быстрее истощается: надежды палестинцев или терпение евреев? Да, время постепенно изглаживает в палестинцах надежду на восстановление своей страны, но это же самое время уменьшает терпение евреев, которые постоянно живут в страхе перед все новыми терактами. И арабы в гораздо лучшем положении: если надежду всегда можно возродить, то терпение – нет. Любой признак слабости израильтян, будь-то военной, идеологической или политической, воодушевляет арабов. Особенно это касается демократического государства, в политическом арсенале которого масса способов воодушевить своих врагов.

Эти выводы подтверждает сама история. Тридцать лет назад даже левые евреи отказали палестинцам в государственности, но сегодня с ней соглашаются даже многие консерваторы. Опросы показывают, что после крупных терактов поддержка евреями палестинского государства возрастает. Если в 1970-х годах палестинские арабы вели себя смирно, то сегодня подавляющее их число требует государственности – и де-факто она уже достигнута.

Израиль не может позволить себе стать жертвой политического износа. В отличие от древних римлян, современные евреи не приемлют идею войны как постоянного положения дел. Римляне воевали с нашими карфагенскими соплеменниками веками, но современные евреи не хотят бороться за свои же собственные земли десятилетиями.

Сокрушительный военный ответ не рассматривается как вариант. Ни одно избранное израильское правительство никогда не будет бомбить настоящие рассадники терроризма – палестинские лагеря беженцев. Отправлять туда солдат без поддержки артиллерии, как было в Ливане, для уменьшения потерь среди арабского гражданского населения, – идея слишком безнравственная, чтобы рассматривать ее даже косвенно. Египет благоразумно отказался от Газы в пользу Израиля; даже если вооружить все население Гарлема, в сравнении с Газой он все равно будет Швейцарией.

Чтобы переломить ситуацию, палестинским партизанам осталось сделать последний шаг – всего-навсего создать ракету «Кассам» с надежной дальностью 15-20 километров. Запуски подобных ракет им уже удавались. Такая технология позволила бы палестинцам обстреливать Ашкелон из лагеря беженцев в Джабалии. Хотя Израиль регулярно совершает рейды в Джабалию, из политических соображений он не может осуществлять массированное возмездие за атаки оттуда. Точно так же не может Израиль и оккупировать Джабалию – мешает огонь снайперов. Просто зачистить лагерь от террористов и уйти тоже нельзя – в массе безработных арабов им всегда найдется замена.

Невозможно найти работу для всех арабов Газы. Она переполнена, страдает от нехватки ресурсов, да и в любом случае арабы не подходят для продуктивных видов деятельности. Четыре поколения газовцев выросли на подачки БАПОР (Ближневосточное агентство ООН для помощи палестинским беженцам и организации работ). Газа – это одна сплошная трущоба без всяких перспектив на возрождение.

Есть вероятность, что население Газы начнет испытывать враждебность по отношению к партизанам. Однако такой исход событий нереалистично предполагает, что Израиль будет непрерывно наносить удары возмездия по главным центрам Газы. Более того, партизаны серьезно закрепились в Газе. Они покупают лояльность с помощью финансируемых Ираном благотворительных организаций и усмиряют население посредством показательных расправ над недовольными. Хотя общественные настроения в Газе и могут измениться, пока для этого не видно никаких предпосылок.

Единственный способ покончить с проблемами Газы – это покончить с самой Газой. Ограничивая эмиграцию, Израиль только наказывает тамошних жителей. Наоборот, надо дать им уехать. Поступив в египетские университеты, молодые газовцы не захотят возвращаться обратно. Надо запретить газовцам въезд в Израиль, за исключением разве что транзита на Западных берег – не стоит создавать для них рабочие места. На теракты нужно отвечать карательными ударами по гражданской инфраструктуре, чтобы не дать развиться в Газе какой-либо промышленности – впрочем, ее там и так особо не видно – а также показать газовцам всю безнадежность усилий создать хоть что-то. Через тридцать лет от Газы останется горсть вымирающих деревень. Через поколение Газа будет пуста.

И безопасна для евреев.

Boycott Arab labor