ХАМАС представляет собой заветную надежду Израиля. Непримиримая исламская организация – бастион, защищающий евреев от самоубийственного мирного процесса. Пока американско-саудовский альянс веревки вьет из слабого и предательского израильского правительства, ХАМАС стоит крепко на своих принципах – и тем защищает израильтян от национального самоубийства. Израильские политиканы, самозваные бароны еврейской диаспоры и их иностранные друзья были бы только счастливы сжать Израиль до десятикилометровой полоски. ХАМАС такому самоубийству говорит свое «нет» от имени евреев. И сейчас совсем не важно, что спасение евреев для ХАМАСа не самоцель, что это побочный продукт их исламистской политики. Факт остается фактом – нынешним еврейским интересам наилучшим образом служит политика ХАМАСа. Причем обходится такая служба евреям весьма недорого.

Ракетные обстрелы Сдерота значительно уменьшились после того, как ХАМАС захватил власть в Газе. Но обуздать своих собратьев по исламу – боевиков из бригады «Изаддин Кассам» – ХАМАС не в состоянии физически. Отношения между ХАМАСом и бригадой «Изаддин Кассам» – зеркальное отражение отношений между Мусульманским братством и самим ХАМАСом. ХАМАС – слишком радикальный и воинственный для «мусульманских братьев», в то время как бригада «Кассам» чересчур радикальна по меркам самого ХАМАСа. Но по понятным идеологическим причинам все группировки пытаются находить общий язык. Перед нами арабский вариант американской политики, выраженной в знаменитой фразе: «Он, конечно, подлец, но это наш подлец!» Для ХАМАСа «свои подлецы» – бригада Кассам, которую он часто критикует, но поддерживает; для ФАТХа в той же роли выступает клан Дугмуш. ХАМАСу надо отдать должное: он честно старается положить конец ракетным обстрелам Израиля, оказывая максимальное давление на Исламский джихад и Комитеты палестинского сопротивления; за ФАТХом искренних попыток прекратить террор не числится. Именно ХАМАС предложил Израилю долговременное перемирие. Будучи честными мусульманами, хамасовцы не могут подписать мир с неисламским государством, да еще расположенным на земле, которую палестинцы считают своей. Настоятельные просьбы именно о перемирии лишний раз говорят о честности и достоинстве ХАМАСа. Ведь, согласно законам ислама, ХАМАСу позволяется обмануть врага даже ложным предложением мира; однако же, он этого не делает. На практике долговременное перемирие ничем не отличается от мира: ни один здравомыслящий человек не сомневается, что мирный договор между Израилем и Египтом – простое перемирие, прекращение огня. Учитывая опыт мировой истории, состоящей из постоянно возобновляющихся войн, можно сказать: большинство мирных договоров – всего лишь перемирия. ХАМАС доказал, что может обеспечить Израилю пристойный уровень безопасности во время перемирия. Даже сейчас, на подъеме вражды между Израилем и Газой, ХАМАС ведет себя вполне благоразумно и не способствует эскалации конфликта. И не из страха перед израильским вторжением. Такое вторжение как раз чрезвычайно было бы на руку ХАМАСу. В этом случае хамасовцы смогли бы показать себя в выгодном имидже мужественных партизан и борцов с оккупацией, а не в нынешнем подпорченном образе бездарных хозяйственников. И переговоры с Израилем ХАМАС ведет достаточно разумно: например, предлагает еврейскому государству гарантии безопасности на контрольно-пропускных пунктах, чтобы Израиль смог их открыть. Сравните этот подход с повадками ФАТХа: тот нагромождает кучу нереальных требований наподобие полного демонтажа всех блокпостов и освобождения всех заключенных террористов без всякой взаимности с палестинской стороны. Вывод ясен: ХАМАС – религиозная организация, состоящая из честных мусульман; в то время как ФАТХ – просто банда, сборище негодяев. К тому же ХАМАС – целиком и полностью организация местная, состоящая из тщательно подобранных и воспитанных в самой Газе кадров; в отличие от ФАТХа – задуманного в Каире, организованного в Тунисе, привезенного оттуда еврейскими «миротворцами» в Израиль и на еврейские деньги взращенного до крупнейшей террористической банды. Иордания ФАТХу тоже когда-то доверяла, но затем, столкнувшись вплотную с террором палестинских боевиков, была вынуждена вышвырнуть бандитов вон (события, получившие название «Черного сентября»). Израиль тоже постепенно стал разочаровываться в ФАТХе и его вожде, который отверг все мирные предложения – похоже, не без влияния израильских олигархов и крупных фигур израильского истеблишмента, имеющих значительный политический и экономический интерес в том, чтобы оккупация продолжалась. Вместо того чтобы просто выбросить ФАТХ на свалку истории, Израиль все время за него цепляется, помогая возродиться. Но Аббас оказался не более управляемым, чем Арафат. Оба прекрасно освоили националистическую риторику и отвергают уступки Израилю. В отличие от хамасовского руководителя Ханийе, Аббас своих обещаний не держит. Ему не удалось добиться ни малейшего улучшения ситуации с безопасностью на Западном берегу, хотя отпущенные Израилем на это огромные деньги он взял с удовольствием.

Два типа религиозных движений превращаются в реальную военную силу: совершенно невменяемые фанатики, взявшиеся за ружье; или, напротив, профессионалы-военные, которые вдобавок религиозны. Иранские аятоллы составляли первую категорию, Талибан – вторую. ХАМАС в этом смысле занимает шаткую позицию посередине. Это умеренная исламская организация, которая выглядит радикально только с точки зрения израильских аналитиков-атеистов или светских бандитов из ФАТХа. В отличие от Талибана, ХАМАСу не хватает серьезного военного опыта. Оттого и не вселяют оптимизма достижения хамасовцев в сфере безопасности в Газе. ХАМАС провалил вопросы экономики – но кто ожидал от арабов-мусульман экономических талантов? Да и не родился еще гений, который смог бы вытащить на своих плечах экономику Газы. Конечно, небольшой шанс навести порядок в Газе у ХАМАСа был – но он этот шанс благополучно провалил. Начал ХАМАС хорошо: он очистил улицы от неорганизованной преступности, а затем заключил перемирие с преступностью организованной, представленной в Газе в основном кланом Дугмуш. Но боевики ХАМАСа, кажется, не в состоянии распространить меры безопасности дальше – вплоть до тех, которые положили бы конец фатховским мятежам в Газе. Чувствуя мощную поддержку Израиля, ФАТХ постарается вовлечь ХАМАС в террористическую войну по всем правилам – с взрывами автомобилей, ракетными обстрелами, выстрелами из-за угла и «мирными демонстрациями» с автоматами Калашникова в руках. Чтобы покончить с соперничающими группировками, Арафату пришлось в свое время создать громадный аппарат подавления. ХАМАС, понятно, не столь подл, жесток и коварен, как покойный лауреат Нобелевской премии мира, и воздерживается от массовых арестов и убийств. Жаль, что более мягкие меры просто не смогут помочь удержать власть. Население Газы голосовало за ХАМАС как альтернативу циничным негодяям из ФАТХа; неудачи могут их отвернуть от ХАМАСа. А ФАТХ жители Газы воспринимают как доверенное лицо Израиля – со всеми вытекающими последствиями в виде открытия границ и возобновления массивной финансовой помощи; возможно, они надеются, что ФАТХ даже вернет им рабочие места в Израиле, утерянные с началом Второй интифады.

ХАМАС слишком мягок, чтобы навязать свою власть Газе силой. Выборы позволят ему выйти из тупиковой ситуации, созданной приходом к власти; но выйти так, чтобы при этом сохранить лицо. ХАМАС уйдет по воле народа, а не по воле ФАТХа. Маловероятно, что Израиль прекратит свою поддержку ФАТХа или экономические репрессии против Газы. Если только ХАМАС чудесным образом не радикализируется, он потеряет власть.

И вместе с этим Израиль потеряет реального мирного партнера.