Доктрина правого, национального лагеря проста и понятна:
1. Еврейское государство – это государство евреев.
2. Безопасность евреев важнее, чем жизни арабов, или того, что подумают не-евреи.

Быть «умеренно правым» – как быть «немножко беременной». Или – или. Еврейское государство – это абсолютный моральный императив. В отношении двух вышеупомянутых принципов никаких компромиссов быть не может. Мы можем обсуждать, к примеру, какие религиозные законы будут обязательными для всех граждан Израиля. Или, скажем, такой специфический вопрос, как – сколько арабов нужно убить в очередной акции возмездия, чтобы достичь надлежащего эффекта сдерживания. Можно обсуждать вопрос максимального числа арабов, которое можно впустить в Израиль – без предоставления им избирательного права. Но по основным, принципиальным вопросам существования еврейского государства компромиссов быть не может.

Позиция правых проста и понятна. Изгнать арабов из Израиля, превратить Израиль в умеренно религиозное государство, без шалом-ахшавников и педерастов. За любое покушение на безопасность граждан страны отвечать полновесным ударом возмездия.

Левые пытаются отвлечь внимание общественности придумыванием несуществующих проблем. На самом деле, никакой проблемы палестинских беженцев не существует. Сами арабы не требуют их возвращения в пределы Израиля. Их «справедливое решение проблемы беженцев» – это помощь в их расселении, компенсации и т.д.
Арабы не могут формально бросить на произвол судьбы своих братьев-беженцев, и нуждаются в таком решении, которое помогло бы им сохранить лицо. Единственная альтернатива такому компромиссному подходу – тотальная война Израиля против арабов.
Даже если Махмуд Аббас подпишет какой-нибудь мирный договор с Израилем, проблемы беженцев от этого не решатся. Лагеря беженцев по-прежнему будут представлять собой кипящий котел. Израиль отказывается впустить палестинских беженцев вовсе не потому, что их много, а потому, что жители лагерей беженцев – воры и бандиты, которые уже четыре поколения не занимаются производительным трудом, живут на подачки. Израильское правительство отрапортует о решении проблемы беженцев, а евреи не заметят, что собратья этих беженцев населяют Израиль.
В Ливане живут 394 тысячи палестинских беженцев. Для Израиля они проблемы не представляют. Проблема для Израиля – 1.4 миллиона арабов внутри страны. Израильский истеблишмент сознательно раздувает «проблему беженцев», чтобы затушевать реальную опасность. Эта опасность – арабские граждане Израиля, имеющие право голоса. А таких среди молодежи – 34% .

Правительство отстаивает создание разделительной стены безопасности. Эта стена – стена гетто, большой проблемы в ее строительстве нет. Правительства стран Запада понимают, что Израиль вынужден защищать свои границы. Разговоры вокруг стены призваны затушевать реальную проблему – то, что творится внутри стены. А внутри – в самом Израиле, растет агрессивность (можете называть это патриотизмом или национализмом) арабов, которые хотят получить обратно свою землю. Стена никак не защищает израильтян от палестинских ракет. Пресловутая «Дорожная карта» предусматривает границу палестинского государства в 14км от Тель-Авива.

Крупные бизнесмены, которые, казалось бы, должны быть в правом лагере, в Израиле – левые. Их больше интересует безопасность собственных инвестиций, чем нужды еврейского народа.
Концепция «мир в обмен на территории» прекрасно устраивает как бизнесменов, так и политиков, которым эти бизнесмены оплачивают избирательные кампании. Любая нормальная страна сражается за территории. От Израиля ожидают, что он будет делать обратное. А именно – завоюет территории, и потом вернет их не сдавшемуся врагу. Политики пытаются навести тень на плетень разговорами о необходимости возвращения Западного Берега. Нет, отдают Иудею и Самарию. Они отдали уже арабам Хеврон – столицу царя Давида.

Что означает словосочетание «еврейское демократическое государство»? 34% арабов и 14% славян – это еврейское государство? Это очень напоминает оруэлловский новояз: «Свобода – это рабство», «Война – это мир». Так же как и в антиутопии Оруэлла, левые в Израиле пытаются придать иной смысл словам. Их «еврейское государство» – это гетто, которое будут защищать ООНовские «миротворцы» и бумажечки под названием «мирный договор». Их «еврейское государство» – это государство, в котором полиция избивает религиозных евреев и разрушает цветущие еврейские поселения. Их «еврейское государство» – это государство, в котором арабы являются привилегированной нацией – они не платят налогов, не служат в армии, строят без разрешений, и пользуются полной безнаказанностью.

Правительственное «решение демографической проблемы» – провести границы Израиля так, чтобы большинство арабов оказалось за его пределами, в Палестине. Но это ничего не даст. В 1949 году в Израиле жило 200 тысяч арабов. Сегодня их – 1.4 млн. Сколько бы мы их ни оставили – они начнут плодиться и размножаться, и привозить себе мужей и жен из Иордании. Арабам даже не нужно ждать, пока они станут большинством в стране. Они – достаточно большая и сплоченная группа населения, которая оказывает непропорционально большое влияние на Кнессет, разделенный на мелкие, враждующие между собой политические группировки.
Рабин пришел к власти на арабских голосах. Так же, как и Эхуд Барак на последних праймериз в Аводе.
С развитием национализма, арабы все больше голосуют за свои партии, и – ура – еврейские политики смогут меньше зависеть от арабских голосов.

Большинство палестинцев молча согласится на любые границы, которые определит для них Израиль. Они хотят просто нормальной жизни. Израильско–палестинский конфликт протекает между Израилем и немногочисленными военизированными группировками, а не всем населением Палестины. До того, как «архитектор мирного процесса» Шимон Перес привез Арафата из Туниса, на Западном берегу все было тихо и спокойно. Проблема для Израиля – не арабы Западного берега, а арабы – граждане Израиля. Они голосуют и будут голосовать против еврейского характера государства Израиль.

Многие левые мечтают об Израиле без арабов. Но это, увы, невозможно, при нынешних принципах демократии и политкорректности. Только небольшая группка ультралевых придурков (даже не все шалом-ахшавники) хочет видеть арабов в Израиле. Здесь проявляется клинический случай еврейского самоненавистничества, еврейского антисемитизма. Все, что плохо для евреев – для них хорошо. Комплекс вечной, неизбывной вины перед арабами – проблема психиатров.
«Ограниченная демократия» никогда не работала и работать не будет. «Ограниченная демократия» – это – апартеид по южноафриканскому образцу, официальная дискриминация, то есть ущемление интересов одной национальной группы за счет другой. Но арабы, которых в наших еврейских школах учат ценить свободу, демократию, прививают им национальную гордость, на дискриминацию не согласятся.

Далеко не все арабы – террористы. В военнизированных группировках участвует лишь небольшой процент населения. Жители Западного берега ненавидят фатховцев больше, чем Израиль. Однако национальные вопросы решаются пассионариями, а не большинством населения. Воины Маккавеев составляли ничтожное меньшинство населения. Сионисты были меньшинством среди евреев. Большинство евреев на смех поднимали сионистов, когда те разглагольствовали о возвращении в Палестину.

Цель террористических группировок – вооруженная борьба с Израилем. При этом мнение большинства палестинского населения никого не волнует. Но, с разжиганием конфликта все больше простых рядовых палестинцев будет вливаться в ряды террористов. В период слабости евреев, достаточное число арабов вольются в толпы погромщиков. Пусть это будут не все, и даже не большинство. Израиль все равно не может жить с ними в мире. Молчаливое большинство палестинцев желает, чтобы государство, которое оккупировало землю их предков, исчезло с лица земли. Однако страдать и мучиться ради этого они не стремятся. Немало простых жителей Газы проклинают хамасовцев за ракеты, которые они выпускают по Израилю. Причем, проблема для них вовсе не обстрелы Израиля сами по себе, а то, что эти обстрелы ведутся из жилых кварталов, население которых страдает от израильских акций возмездия. Народ, который действительно стремится к миру, должен обуздать своих экстремистов. Если же он этого не делает, то окружающим приходится его бомбить.
Зеев Жаботинский в борьбе с арабским терроризмом был сторонником концепции «око за око». Он считал, что к арабам надо применять тактику железного кулака (левые сионисты-социалисты называли это агрессией против миролюбивого арабского народа).
Авраам Штерн организовал террористическую группировку ЛЕХИ. Члены ЛЕХИ, в порядке возмездия за арабские нападения на евреев, убивали первых попавшихся под руку арабов, взрывали арабские рынки. Эта стратегия доказала свою высокую эффективность. Левый израильский истеблишмент обзывает ЛЕХИ «бандой Штерна». Но Штерн и сегодня – герой Израиля, его именем названы улицы. А сменивший Штерна на посту командира ЛЕХИ Ицхак Шамир стал впоследствии премьер-министром. Израиль чтит память героя еврейского народа Шломо Бен Йосефа, казненного англичанами за расстрел пассажиров арабского автобуса. Это была акция возмездия за непрерывные арабские нападения на евреев.
Впоследствии ЭЦЕЛ и ПАЛМАХ – Хагана переняли тактику ЛЕХИ. Члены Хаганы проводили рейды возмездия, приложили руку и к арабской деревне Дир Ясин; устраивали зачистки арабских деревень в ходе войны за независимость 1948 года.

Да, это нехорошо. Но стратегия «око за око» оптимальна для сдерживания угрозы.

Арабской угрозы.