К числу простых и наглядных решений глобальных проблем относится и предложение о разделении спорной территории. Казалось бы, чего проще – если два народа спорят о какой-то территории, давайте разделим между ними эту территорию, и дело с концом.
На практике эта замечательная идея никогда не приводила к желаемым результатам. Проблемы не решаются, конфликт тлеет на медленном огне – до тех пор, пока власть сильного не ослабнет, а решимость слабого – не увеличится.

Если арабы приняли беженцев 1948 и 1967 года, почему бы им не принять беженцев 2008 года? Если они приняли две трети арабского населения Палестины 1948 года, почему бы им не принять 100% населения Палестины 2008 года, которое будет изгнано с территории земли Израиля?
Если арабам, стиснув зубы, пришлось смириться с созданием еврейского государства на земле Палестины в границах 1967 года, почему бы им не смириться с тем, что это государство включает в себя Иудею и Самарию? С другой стороны, если арабы, в глубине души, так и не согласились с образованием государства Израиль в 1948 году; или на перемещение в 1948 огромного числа палестинцев, то какой смысл их ублажать сегодня? Давайте лучше очистим больше места для еврейского государства. Арабы уже не будут нас ненавидеть больше, чем сейчас, если мы вышвырнем их за Иордан.

Перед Шестидневной войной 1967 года никакого мира не было. Отчего же полагать, что он наступит, если мы вновь отступим к границам, существовавшим до Шестидневной войны? Сегодня палестинцы куда более агрессивны, чем были тогда; их национальный дух растет, арабские армии вооружаются и набирают силу. Патриотизм, желание сражаться за свою землю у арабов растут, тогда как у евреев – падают.

Границы Израиля – не проблема для арабов. Проблема для них – само существование Израиля.
Создание государства Израиль арабы восприняли как вызов, удар в самое сердце. Еврейские горожане не хотят, чтобы арабы вселялись в их кварталы. Нечего удивляться, что арабы также сопротивляются еврейскому вторжению в их землю (ах да, сионисты называют его возвращением).

Мирный процесс после первой мировой войны между Америкой и Германией привел ко второй мировой войне. Только полная и безоговорочная капитуляция Германии позволила изменить границы этой страны и изгнать этнических немцев из Франции, Польши, Чехии и Восточной Пруссии. Только полное поражение Германии привело к прочному и долгосрочному миру. Мирный процесс, сопровождаемый партизанской войной – это не мирный процесс, а самообман. Какой бы замечательный договор ни подписал Махмуд Аббас от имени ООП, его и не подумают соблюдать многочисленные военные группировки – «Мученики Эль Аксы», палестинский фронт национального освобождения, ХАМАС и др. ФАТХ сегодня не борется с Израилем? Ну и что? Это за него делают другие. Что изменится, если Израиль официально оставит Иудею и Самарию? Арабы ведь все равно будут продолжать борьбу с сионистскими оккупантами. Мало того, очередное отступление Израиля придаст им новые силы – как это было при уходе Израиля из Южного Ливана и из Газы, в Афганистане, Сомали – и везде, где ислам одерживает победы.
Одностороннее отступление – больший акт доброй воли, чем мирный договор. Но вот незадача – после ухода Израиля из Газы арабы почему-то не бросились благодарить Израиль, а стали обстреливать Израиль ракетами.
Добрая воля, особенно вынужденная, не вызывает ответных жестов доброй воли.

Два человека могут договориться, потому что они боятся друг друга и полиции. Поэтому личные конфликты редко переходят границы допустимого. Конфликт двух народов разгорается вокруг принципов, основополагающих для их ментальности. Для активных участников этого конфликта национальная идея – дороже жизни. Они не боятся смерти и исполнены желания убивать врагов.

Уничтоженный враг – лучший партнер для переговоров.