Что может сделать Малики, чтобы остановить кровопролитие в Ираке? Буш мог бы принять во внимание опыт других ковбоев. При угрозе пожара в прериях, они скашивали траву вокруг себя и поджигали её по периметру. Таким образом, огонь уходит наружу и для них больше угрозы не представляет. Прерии, конечно, выгорают дотла. Буш также мог бы вспомнить историю, знакомую егерям из долины Йосемите: после долгих лет успешного подавления лесных пожаров, на земле собралось огромное количество коры и иголок. Однажды, они не смогли загасить огонь, и он, пожирая кору и щепки, разошёлся в сильнейший пожар. Сейчас егеря дают небольшим пожарам выгореть. Никакого другого рецепта для Ирака не существует.

Малики не сможет убедить шиитов любить суннитов, или суннитов подставить другую щёку, или обе щеки сразу, чтобы принять толерантный антиклерикализм. Он может только подавить одну группу в интересах другой. Саддам мудро подавлял обе группы, шиитов, правда, больше. Демократически избранное – следовательно, шиитское - правительство склонно противостоять суннитам. Иран поддерживает господство шиитов, а Сирия противодействует ему, поддерживая иракских суннитов. Выключите блендер – кровавый коктейль уже готов.

Малики – марионетка, которую дёргают за множество верёвочек: США, Иран и Сирия, шииты и сунниты, фундаменталисты и боевики. Марионетка не может позволить себе быть жёсткой. Давление на боевиков с целью заставить их перестать сражаться только спровоцирует продолжение боёв. Если Малики примет решение прекратить насилие, он должен идти до конца. Ему нельзя останавливаться, пока он не уничтожит последнего боевика, невзирая на права человека и без судебных процессов. Это могла бы быть реальная опция, если бы его сторонники на Западе признали, что перестрелки на улицах иракских городов тоже являются нарушением прав человека, даже если это права ничем не приметных простых иракцев, а не поднаторевших в пиаре боевиков.

Нарушение прав боевиков – намного меньшее зло. Шансы Малики стремительно уменьшаются с приближающимся восстановлением отношений между баатистами и боевиками. Их объединение произведёт на свет иракскую армию, если произойдёт сейчас; два года спустя – вооружённую до зубов и отлично натренированную фундаменталистскую милицию.

Увеличенная иракская армия, предлагаемая в докладной записке Хэдли, превратится в тренировочный лагерь повстанцев, если Ирак не будет разделён между шиитами, суннитами и курдами, или снова станет диктатурой. В записке предлагается финансировать и подкупать умеренные иракские партии. США уже пробовали этот подход в Афганистане, и в других странах – безрезультатно. Преданность, либерализм, и демократия не могут быть куплены. Одни группы взяли американские деньги и бросились убивать тех, кого они собирались убивать в любом случае. Другие взяли деньги, но не выполнили своих обещаний. У иракских партий это просто: убивай или убьют тебя. Умеренные могут выжить только через радикализацию, или самим стать жертвой радикалов.

Буш отказывается признать, что в Ираке он выпустил джина религиозного раздора, которого нужно затолкать назад в бутылку. Он продолжает повторять свою любимую мантру о присутствии Аль-Каиды – в реальности, далеко не основной боевой группы в Ираке. Буш также продолжает дискредитировать Малики в глазах арабов, называя его своим другом.

Буш не может полагаться на Иран, Сирию, или Саудовскую Аравию в процессе восстановления порядка в Ираке. В предательском и оппортунистском мире арабской политики, они используют эту возможность для продвижения собственных интересов и расширения своего влияния в раздираемой войной стране, вместо подавления насилия и обеспечения независимости Ирака. Прямолинейные американские политики не умеют плавать в водовороте мусульманской политики. Они приветствуют иранский призыв к прекращению поддержки террористов в Ираке, не понимая, что Иран и США, говоря “террористы”, подразумевают разных людей. Для Ирана, этот термин не относится к шиитским боевикам.

Визит, нанесённый Талабани в Иран, дал совершенно противоположные результаты. Простые иракцы не забыли страданий ирано-иракской войны, и верноподданический визит в Тегеран стоил Талабани поддержки народа. В обмен на унижение Талабани, Иран разразился пустыми словоизлияниями на тему безопасности Ирака. Наивно даже думать, что Талабани мог убедить иранцев перестать поддерживать шиитских боевиков. Насилие не прекратится, пока американские войска остаются в Ираке, и будет продолжаться ещё в течение некоторого времени после их ухода.