Иудея займет спорные территории с целью дальнейшего расширения в Синай и до всей Земли Израиля. Хотя Иудея не сможет обеспечивать себя экономически, она получит львиную долю поддержки от евреев и прозелитов по всему миру. Иудея в состоянии организовать оборону сравнительно небольшими средствами, а в случае крупной агрессии прибегнет к помощи Израиля и Запада.

Статус глубоко религиозного государства открывает преимущества, не доступные светским государствам. Иудея свободно избавится от арабов. Следуя библейской инструкции иудаизма, она станет применять средства, считающиеся в современном мире неприемлемыми – хотя страны, осуждающие их, в свою очередь были основаны огнем и мечом.

Как сказал Иоганн Тилли, «государства создают войны, войны создают государства». Даже якобы гуманные страны постоянно воюют: Великобритания и Аргентина за Фолклендские острова, Испания и Марокко за остров, США и Куба в Гренаде, Афганистане и Ираке. Страны третьего мира воюют за границы. После двух мировых войн минуло лишь шестьдесят лет – этого недостаточно, чтобы менталитет наций изменился. Он и не изменился: Америка подвергла бомбардировке Хиросиму и Нагасаки, и лишь опасение возмездия удержало ее от повторения этого сценария в Корее. Французы и их союзники уничтожили миллионы в Алжире и Индокитае. Россия убила тысячи в разногласиях с сепаратистской Чечней. Те же нации, которые пережили разруху Первой мировой войны, устроили Вторую. Нынешнее затишье – результат страха перед эскалацией, а не расцвет гуманизма.

Иудея может забыть о правах человека и придерживаться религиозного закона. В отличие от Израиля, Иудея может позволить себе запретить иммиграцию неевреев, как прямую, так и через смешанные браки, и ограничить неортодоксальный прозелитизм и другие реформистские практики, которые хотя и соответствуют современным секулярным ценностям, существенно разбавляют еврейскую религиозную сущность.

Иудея может стать классической теократией, организованной по образцу домонархического Древнего Израиля, управляемого судьями, наделив раввинов судебными функциями по Торе и заповедям. Она использует талмудическое законодательство вместо современного. От притока новых идей в Талмуд, обновленный по современным меркам, выиграет традиция, возникнет новая волна интереса к ней. Официальным языком Иудеи мог бы стать прекрасный и мощный язык Библии, а не современный израильский жаргон.
Израиль сможет освободить спорные территории, установить мир с соседями и сосредоточиться на быстром экономическом развитии. Это приобретет ему уважение в глазах мирового сообщества. Израиль может стать доминирующей региональной экономикой, заменив Швейцарию, Соединенные Штаты и Россию в качестве поставщика финансовых, технологических и военных услуг. Западные державы не станут соперничать с Израилем за гегемонию на Ближнем Востоке, если он окажется погружен в бесконечные войны после того как мусульмане утратят общего врага.

Сокращение военных расходов позволит начать работу по восстановлению еврейского лидерства в банковском деле и торговле, фундаментальных исследованиях и технологиях, а также искусстве. Разделение Израиля на два государства не приведет к вражде между евреями – напротив, это устранит существующую вражду в Израиле, когда какую бы политику ни выбрало правительство, половина населения всегда недовольна. Разделение позволило бы каждому государству «специализироваться», ограничить свою ответственность. Израиль не нес бы ответственности за экспансионизм Иудеи, в то время как Иудея могла бы игнорировать экономические последствия своих решений.