Когда войну называют конфликтом или любым другим эвфемизмом, это ослабляет решимость израильтян. Война там, где воля к сражению. Преимущества в вооружении перед террористами, населении и стратегической мысли подавляют волю противника к сражению. Но даже при этом у Израиля нет ничего из перечисленного. Арабы более многочисленны, идеологически накачаны и с большей готовностью идут на смерть в терактах в Израиле, чем евреи. У арабов больше оружия, и они могут в любой момент получить новое из России и Китая. Израилю обязательно необходимо превосходство в воле к сражению. Сейчас же израильтяне скорее готовы согласиться с разделением Иерусалима и возвращением арабов. Слабая экономика и политический хаос еще больше притупляют решимость. Если Израиль надеется достичь продолжительного мира, он должен препоясаться для войныс палестинскими террористами.

Египет и Сирия, которые борются с террористами с помощью пыток и казней, смеются над беспомощностью Израиля. Лишь один примечательный пример: Египет однажды искоренил радикалов, проведя зачистку местности тысячами солдат, которые обыскали каждый дом в поисках людей, литературы и оружия, арестовывая и допрашивая множество людей. После атаки 11 сентября некоторые арабские правительства поступали жестко с местными террористами, без лишнего шума уничтожали инфраструктуру террористов и экстрадировали немало людей в США.

Израильским централизованным службам безопасности трудно обнаруживать крошечные группы террористов. Лучшим вариантом было бы создание вертикальной организации наподобие ФБР с сотрудниками в центральном аппарате полиции, местных департаментах и на каждом подведомственном участке. Для этого Израиль должен наладить взаимодействие с другими государствами, чтобы искать террористов на их территориях. Местные жители будут более склонны предавать террористов в руки собственной полиции, чем израильским агентам.

Американская защита не помешала Саудовской Аравии поощрять антиамериканские группы, пока они не стали угрожать самому саудовскому истеблишменту. Санкции не помешали Ирану быть на одной стороне с террористами. Соблазн государственности не заставил Арафата предать «Хамас» и «Исламский джихад». Когда бюрократы берут взятки, они не считают нужным выполнять их условия, но для сохранения самоуважения поворачивают дело так, что это они делают одолжение взяткодателю, принимая у него взятку, а сами при этом не чувствуют ни благодарности, ни расположения. Если только Америка не собирается вечно платить арабам за каждое телодвижение против терроризма и ожидая, что сотрудничество прекратится при уменьшении взяток, лишь сила заставит арабов пойти на сотрудничество. Люди могут отказаться от возможных прибылей от сотрудничества, но не согласятся потерять имущество при акте возмездия.