Угроза насилия не должна заменять его непосредственное применение. Угроза никогда не бывает абсолютно эффективной. Кроме случаев, когда одна сторона очевидно сильнее, ни среди ядерных, ни тем более неядерных держав не известно примеров прочного мира, основанного на взаимном сдерживании. Взаимная доктрина сдерживания путем устрашения означает, что обе стороны поддерживают приблизительно одинаковый уровень вооружений; любое изменение, каким бы незначительным оно ни было, реальное или воображаемое, приводит к тому, что одна из сторон видит свой перевес и начинает враждебные действия. Сдерживание создает тонкий баланс сил, который периодически корректируется путем войн и пограничных столкновений. Для маленького Израиля не приемлемы даже мелкие войны на своей территории, и он не может позволить себе применять химическое, биологическое или атомное оружие рядом со своим населением.

Доктрина сдерживания предполагает, что противник не воинственный. Рим и Карфаген, сильнейшие державы своего времени, не сдержали друг друга. Германия не обращала внимания на американские и советские силы сдерживания. Авторитарные правители редко беспокоятся о потерях гражданского населения, так что сдерживание против них не работает. Доктрина сдерживания лишь поднимает планку принятия решения о начале военных действий, но едва ли способно предотвратить войну как таковую. Соединенные Штаты и Советский Союз в период Холодной войны не нападали друг на друга не из страха, а потому что просто не хотели завоевывать друг друга. Мощь израильской армии в 1967 году не помогла сдержать Египет в 1973-м. Армия должна действовать внезапно, а не бряцать оружием.

США, СССР и в меньшей степени КНР усвоили, что взаимные доктрины сдерживания между равными противниками ведет к экономически гибельной гонке вооружений. Получается не «око за око», а чрезмерная реакция, которая банкротит экономику. Израилю не стоит проверять, сможет ли он выдержать такую гонку или нет. Если продолжать доктрину сдерживания долгое время, она окажется дороже поражения. Если и строить политику, в основе которой лежит доктрина сдерживания, она должна быть односторонней, не дающей противнику возможности выйти на угрожающий уровень вооружений. Для этого требуется разоружить противника. Израиль не только игнорирует очевидную необходимость сокращения угроз в свой адрес, но и уменьшает достоверность своей собственной угрозы, поскольку избегает жестоких мер. Доктрина сдерживания не работает, если враг знает, что вы не перейдете от слов к делу . Кто будет ожидать ядерной контратаки от Израиля, который увяз в Бейруте, пытаясь спасти нескольких мирных граждан в обстреливаемых кварталах?