Различные организации защищают права палестинцев. При этом любопытно то, что политические философы не могут прийти к единому мнению, существуют ли вообще естественные права, не говоря уже об их конкретном списке. Декларация прав человека сильно расширяет круг прав, сформулированных другими ультралевыми авторами. Европейские государства прибегают к массе уловок, чтобы обойти эту Декларацию. Порог в 3-5% для прохождения в парламент и окружные выборы, нарушающие принцип пропорционального представительства, – лишь два примера из многих.

Некоторые права, которых требуют для палестинцев, вообще не существуют: право на доброжелательное отношение в тюрьме, право на перемещение по милитаризованной территории, право въезжать в другую страну, право на провоз грузов, на медицинское обслуживание в любой стране по желанию, на присоединение к враждебной политической организации.

Немало копий сломано и по вопросу о том, ненавидим мы арабов или нет. Конечно, нет. Я не ненавижу арабов, а уважаю их. Именно левые презирают арабов до такой степени, что считают: если мы экономически поднимем их деревни, то они забудут, что евреи забрали землю их предков. Мне не за что ненавидеть арабов: они защищают свою землю от оккупантов-евреев. Просто сложилось так, что эта земля нам нужна.

Поборников прав человека не интересуют нарушения прав евреев. В Израиле евреям запрещено молиться на Храмовой горе. Государство захватило контроль над частной собственностью евреев в Хевроне, разграбленной при арабском погроме 1929 года, – а это сотни зданий. Евреям де-факто закрыт доступ в деревни израильских арабов и де-юре – решением Верховного суда – запрещено покупать землю в бедуинских деревнях. Верховный суд отнял у евреев право на самоопределение, когда подтвердил право арабов покупать землю в еврейских общинах, стремящихся огородиться от арабов. Евреев постоянно обкрадывают, когда правительство заставляет нас платить налоги для финансирования израильских арабов. У евреев нет права на самооборону, например когда полиция пресекает попытки ответного ракетного обстрела Газы еврейскими умельцами.

Я не призываю к насилию ради самого насилия. В Библии есть четкое руководство: евреи должны истребить Амалика, который напал на нас необоснованно. Но о хананейских народах такой заповеди нет. У хананеев было много общего с евреями как в части обычаев (например обрезание: Авраам обрезался, чтобы отвечать местным традициям), так и в части языка (мы можем читать надпись на Моавитской стеле, как будто она была сделана сегодня). Кроме того, они действовали благоразумно – защищали свою землю от еврейских завоевателей. Поэтому евреям было предписано не убивать, а лишь изгнать их. В Торе Бог пообещал вселить ужас в сердца хананеев, так что они побегут от евреев. Археологи подтвердили, что именно так и произошло: проникновение евревв в Ханаан было ненасильственным. А в 1948 году арабы испугались собственной прессы, которая распространяла ложь о Дир-Ясине – и в ужасе побежали от евреев, хотя те и не собирались их убивать.

Общества не могут функционировать без насилия. Если бы не было насилия, мы бы до сих пор жили при феодализме; спасибо тем немногим, кто устраивал революции. Если бы не насилие, у евреев никогда не было бы государства: англичан вполне устраивал их Палестинский мандат. Без насилия евреи были бы просто уничтожены; в 1947 году ООН дала нам нежизнеспособное государство, состоящее из трех изолированных кантонов, окруженных арабами. Если бы не насилие евреев, израильские арабы продолжали бы бунтовать и после 1948 года, что сделало бы нашу жизнь невыносимой. Если бы не насилие против ливанского мирного населения, ООП и «Хезболла» продолжали бы нас обстреливать.

Отказ от насилия выгоден для (неприемлемого) статус-кво, более слабой (менее жизнеспособной) группы, и группы, использующей низкоуровневое насилие. Рутинное палестинское насилие – преступления против евреев, терроризм, ракетные обстрелы – все это игнорируется, зато редкие мощные еврейские удары возмездия тут же оказываются на первых полосах и подвергаются осуждению.

Я хочу, чтобы насилие было на минимально неизбежном уровне.