В своей недавней попытке вести политически корректную войну, американская армия издала руководство по методам допроса, напоминающее применяемые к юным правонарушителям. Руководство запретило даже психологические меры, например, оставлять заключенных голыми или имитировать казнь. Люди редко попадают в тюрьмы ни за что, и большинство заключенных в военных тюрьмах находятся под присягой и являются врагами. Американская армия держит их не для развлечения, а для того чтобы они больше не могли воевать и чтобы получить от них полезную информацию. Эти заключенные – сильные партизаны, а не белые воротнички. Необходима жестокость, чтобы сломить их желание воевать. Хорошее обращение только поощряет новых добровольцев идти в партизанские лагеря: они ничем не рискуют, если быстро сдадутся, почувствовав поражение. Абсурдно хорошее отношение превращается в жестокость. Партизаны могут без опасения нападать на  американские отряды: американцы не используют оружие массового поражения против них, особенно если они укрываются среди мирных жителей. Благопристойность в тюрьмах прибавит иракским гражданам стимул воевать: зачем воздерживаться от совершения преступления, если условия в тюрьме относительно хорошие? Не имея возможности наказывать врагов в тюрьмах, американские солдаты и их иракские союзники убьют больше повстанцев на месте, чтобы избежать их пленения. Процесс либерализации тюрем нескончаем. Скоро начнутся попытки улучшить условия содержания, питание и медицинское лечение в тюрьмах до американских стандартов. Иракские боевики будут рассматривать американские тюрьмы как роскошные курорты с условиями и обслуживанием лучшими, чем в их тренировочных лагерях. Им будут предоставлять адвокатов и надлежащий судебный процесс, в которых они отказывают своим врагам и даже собратьям в шариатском халифате. Абсолютно ничто не может быть доказано в отношении партизан, и процесс кончится их полным оправданием. Гражданская война в Ираке прекратится не скоро, и партизаны, через определенное время освобожденные из-за отсутствия доказательств, присоединятся к воюющим собратьям. Вместо того чтобы остановить иракскую войну, американцы сводят на нет усилия своих солдат. Непрактично либеральный судебный процесс у них дома зачастую оправдывает преступников, которые могут нанять хороших адвокатов. И теперь эту юридическую систему, с сомнительной эффективностью даже в мирное время, внедряют  на войне. Не существует равенства. Люди всегда по-разному относятся к друзьям и недругам, к товарищам и врагам. Вполне разумно требовать от китайцев хорошо обращаться с прозападными диссидентами, а самим отказаться от мягкости с захваченными исламским повстанцами. Повстанцы стреляют, чтобы убить, попадают в тюрьмы, в которых не раскаиваются, и все равно  их хотят рассматривать как мелких преступников. Повстанцы, диссиденты, и преступники действуют по-разному, и нужно обращаться с ними в тюрьмах по-разному. Все армии во все времена применяли любое необходимое давление на военнопленных, чтобы получить важную военную информацию. Женевские конвенции по военнопленным относятся к солдатам, которые не имеют никакой информации. Ни одна армия никогда полностью не придерживалась этих соглашений: американцы, австралийцы и русские часто убивали японских и немецких военнопленных во время Второй Мировой Войны. Женевские гарантии относятся к регулярным армиям, но не повстанцам, которые формально являются преступниками, а не солдатами. Ничто в военной практике или в юридических документах не запрещает психологическое давление на захваченных партизан. Если американская армия сомневается, что люди всего мира разумны и допускают жесткое обращение с военнопленными, то пусть она оставит эту работу своим иракским союзникам. Иракское правительство может содержать повстанцев в местных тюрьмах как это принято и необходимо, не допуская Amnesty International и другие полные сострадания организации.