В большинстве районов Галилеи арабы составляют большинство. Они постоянно захватывают израильские общественные земли и частные фермы евреев. Сегодня арабы вернулись к практике 1920–40-х годов, когда они захватывали еврейские фермы, воровали оборудование и скот, вытаптывали еврейские поля и терроризировали евреев. Ситуация настолько тяжела, что многие еврейские фермеры платят арабским рэкетирам за защиту.

Израильская полиция не в состоянии расследовать мириады этих дел из-за недостатка веских улик. Полиция смотрит на арабские банды сквозь пальцы, поскольку во враждебных арабских селениях очень опасно проводить расследования и аресты. Кроме того, арабские члены Кнессета и левые евреи призывают полицию не вмешиваться в дела арабов, чтобы те не взбунтовались. Поэтому полиция предпочитает, чтобы еврейские фермеры сами покинули Галилею.

Когда евреи пытаются решать свои проблемы самостоятельно, им остается лишь открывать огонь по арабам, поскольку нет другого способа противостоять противнику, который превосходит по численности, игнорирует закон, не боится краткосрочного заключения и осознает нежелание еврейского правительства ему противостоять. Израильские суды уже осудили множество еврейских фермеров, которые использовали против арабских мародеров огнестрельное оружие.

На первый взгляд, Тора запрещает убивать грабителей в дневное время суток (Исход 22:2). Это правило не относится к грабежу жилища в дневное время, поскольку в древности, когда жители деревень хорошо знали друг друга, никому не пришло бы в голову войти в чужой дом днем под пристальными взглядами соседей. В Исходе 22:1 говорится о подкопе под дом (обычно ночью), а в 22:2 (обычно днем) – о похищении скота. Это видно и по контексту, в котором рассматривается компенсация за похищенный скот. Вор, пойманный днем, платил штраф в размере от двух до пяти стоимостей похищенного скота. Логика Торы понятна: пробравшийся в дом ночной грабитель готов убивать, и его можно убить, а вот дневной похититель скота убивать не готов, и его убивать нельзя.

Чтобы наложить на грабителя штраф, владелец должен был сначала его схватить. С практической точки зрения, единственный сегодня способ для фермера или охранника схватить преступника – ранить его из огнестрельного оружия. Поэтому совершенно позволительно стрелять в арабов, если они покушаются на собственность еврея. Однако нельзя умышленно убивать грабителя. Если не наказывалось даже непредумышленное убийство еврея (Исход 21:13), то уж тем более нет смысла применять наказание в случае, когда жертвой стал враждебный уголовник-араб.

Преступники-арабы очень отличаются от преступников-евреев. Если преступника-еврея поймали днем, то убивать его не следует: он по-прежнему член израильского общества. Он служит в армии, вместе с нами страдает от нападений арабов, и если не считать преступной деятельности, он ничем не отличается от евреев. Однако арабам доставляет одинаковое удовольствие как нападать на евреев, так и грабить их. Обычно арабы не портят поля других арабов и не крадут их животных; преступные действия направлены в основном против евреев. Арабы, которых мы так долго не можем выселить, действительно стали колючками в наших боках. Для них грабить евреев – это умеренный способ борьбы с нами. И когда они борются с нами, “как они не жалеют нас, так и мы не должны жалеть их”.

Во многих случаях грабители-арабы пытались убить евреев; наркодилеры и контрабандисты даже нападали на военные патрули в Негеве. Когда евреи сопротивляются грабителям-арабам, то однозначно рискуют жизнью. И с религиозной, и с нравственной точек зрения, стрелять на поражение по грабителям-арабам вместо того чтобы подвергаться от них опасности – совершенно законно.

Полиция Израиля, равно как и любой страны, в определенных ситуациях готова открывать огонь по мелким ворам – например в случае, когда они пытаются сбежать из тюрьмы. Как обосновать с нравственных позиций убийство мелкого воришки лишь потому, что он пытается сбежать? Ответ прост: статистическая вероятность и угроза. Воры обычно не пытаются сбежать, потому что высока вероятность, что их убьют. Даже минимальной вероятности погибнуть при аресте достаточно, чтобы преступник не сопротивлялся полиции. Частота применения непропорционального наказания к мелким преступникам слишком низка, чтобы можно было говорить о массовом нарушении их прав. Абсолютное правосудие невозможно – достаточно, если оно будет просто эффективным.

Еврейский закон тоже признает непропорциональное наказание, когда говорит о возмещении украденного в 2–5 раз. Вора сложно поймать при каждом воровстве, поэтому если его поймали даже один раз, этого достаточно, чтобы сделать его бизнес убыточным. Рискуя быть убитым, араб уже не полезет грабить еврейские фермы.

На практике можно убить грабителя-араба и сымитировать нападение – например, вложить ему в руку нож. Это и несложно, и безупречно с юридической точки зрения.