Истребление коренных народов Земли Израиля вплоть до младенцев, убийство евреев из-за формальных нарушений Шабата, наказание за якобы сексуальную безнравственность, убийство животных ради искупления греха человека… Зачем делать все эти ужасные вещи? Может быть, лучше быть просто порядочным человеком, а не кровожадным еврейским мачо?

Циничный атеист ответит на это, что люди создали Бога по своему образу и подобию и вложили в его уста то, что хотят услышать. В этом случае евреи должны истребить туземцев из политических соображений. Они соблюдают правила, которые в иной ситуации были бы неразумны, чтобы создать тесно связный коллектив, примерно как в армии или каком-нибудь братстве, где существует жесткий устав. Психологи утверждают, что чем жестче и бессмысленнее процедура, тем сильнее она связывает группу. В мире циника заповеди так же аморальны, как и глупые ритуалы – но и полезны по этой же причине. И когда евреи приносят жертвы, они этим якобы хотят заглушить чувство вины от нарушения этих суровых церемониальных правил. Люди любят перекладывать на Бога ответственность за необходимые, но неприятные действия.

Религиозный человек видит ситуацию иначе. Он выбирает между собственными нравственными предпочтениями и выполнением воли Бога, вне зависимости от того, насколько добрыми или злыми кажутся ему заповеди. Подчиняться злому правителю плохо, равно как и дьяволу или плохой черте характера. Но хорошо ли подчиняться злым планам Бога? Возможно, что да: насколько правитель зол или добр, можно узнать только при сравнении его с другими. Плохие черты характера тоже являются таковыми только на фоне добрых. Однако в монотеизме у Бога нет ему подобных, с которыми его можно сравнить. Следовательно, нет и более доброй альтернативы его замыслам. Авраам не смог предотвратить разрушение Содома. Моше умолял Бога пощадить евреев после поклонения золотому тельцу, но все равно многие погибли. Поступки человека не могут изменить планы Бога, хотя конечно, в некоторых случаях эти планы допускают разные сценарии развития. Противиться злым Божьим заповедям столь же бессмысленно, как выступать против явлений природы.

Даже если мы отказываемся участвовать в злых делах, заповеданных Богом, в мире все равно происходит немало зла. Люди гибнут в дорожных авариях, от болезней, голода. Мы могли бы решить многие из подобных проблем, поделившись нашими доходами с более бедными странами, но ведь мы не делаем этого. Одно дело – делать зло, и совсем другое – не делать добра. Эта же логика применима и к Богу: он создал мир, в котором все довольно разумно, хотя и не совершенно. Он не хочет удалять из мира все зло точно так же, как мы не хотим субсидировать африканцев в ущерб себе. Если Бог не хочет превратить весь мир в сплошной Эдемский сад, это тоже не ахти какое зло с его стороны.

Мы должны противостоять тому злу, которое исходит от человеческих владык, а не Владыки мира. Мы можем сколько угодно делать вид, что идем путем добра, и отказываться идти Божьим путем зла, но в конечном итоге его пути все равно одержат верх, а наши иллюзии развеются.

Так можно ли назвать Бога злым? Зло, ложь и насилие – все это имело место в течение Творения, но и об этом было сказано: хорошо весьма. То, что мы считаем злом, на уровне Бога вполне может быть добром.

Многие предпочитают видеть в Боге эдакого Деда Мороза, хорошего и добренького. Это далеко не так. Например, Тора называет Бога ревнивым. Ему не чуждо насилие. Он награждает за послушание, но и наказывает за непослушание, даже в отдаленным поколениях. Забудьте даже Амалика, вспомните о том, что евреи были наказаны девятнадцатью веками Изгнания. С точки зрения здравого смысла и представлений о добре и зле очень сложно назвать добрым Бога Катастрофы, Гулага и Большого скачка.

Можно ли восстать против кажущейся несправедливости, исходящей от Бога? Конечно, мы могли бы попробовать, пусть и безуспешно. Но как минимум мы могли бы отказать ему в добровольном подчинении. Пусть делает, что хочет, но мы не будем участвовать в зле. Однако эта позиция осознанно нерелигиозная. Она принимает всемогущество Бога, но отказывает ему в знании, в частности знании добра и зла. Это все равно что шахматная фигура, которая восстает против правил шахмат и тут же бьется фигурой противника. Послушание Богу, доверие Богу требует принять даже самые странные заповеди, как солдаты подчиняются приказам, с которыми не согласны.

Делает ли Бог зло намеренно? Ответ на этот вопрос зависит от другого: насколько схожа наша нравственность и Божья. Если мы созданы по его образу и подобию, то у него должна быть такая же нравственность, как и у нас. Но подобно тому как возможности Бога неизмеримо шире наших, так же и нравственность Бога шире нашей. В общем и целом мы согласны с тем, что наши действия могут быть аморальны в ближайшей перспективе, но моральны – в долгосрочной. Порка ребенка – вещь определенно плохая, но может сослужить ему добрую службу в будущем. Поскольку временной горизонт Бога гораздо дальше нашего, какие-то его действия могут казаться нам чудовищными, но с его высоты могут быть разумными и даже необходимыми. Нам может казаться чудовищным истребление ханаанских народов, но в контексте Божьего высоконравственного плана для мира это может быть лишь крошечный эпизод. Своя причина могла быть и у Катастрофы, например такая же, по которой поколение рабства не было допущено в Обетованную землю.

Те, кто отказывается соблюдать злые заповеди Бога, относятся к нему как к партнеру, равному себе: если его правила совпадают с их моралью, то они их соблюдают, если не совпадают – не соблюдают. Но таких людей нельзя назвать религиозными, так как они соблюдают свою собственную систему ценностей. Но мы, верящие в Бога как причину существования этого мира, должны соблюдать даже такие заповеди, которые идут вразрез с нашей совестью.

Это единственный способ построить еврейское государство.