Израиль и мусульмане уже давно миновали бы активную стадию своего конфликта от истощения и элементарной скуки. Два клочка пустыни на задворках арабского мира: Негев и Синай, и узкая полоска болот – не имеют для мусульман никакого значения. Иерусалим по своей значимости не сравнится с Меккой. У мусульман нет зуба и на самих евреев, которые не устраивали против них крестовые походы и не колонизировали их. Для мусульман конфликт с Израилем служит совершенно иной цели – привлечь внимание иностранной прессы и получить то уважение, в котором, как и все люди, они отчаянно нуждаются, но достичь которого не могут в силу своей необразованности и отсталости. Конфликт с Израилем подпитывает и привычка мусульман делать пожертвования. Принцип милостыни, прописанный в исламе, за века вошел в гены мусульман. Палестинские моджахеды охотно принимают пожертвования, а мусульмане в других странах охотно жертвуют на любую большую идею, будь то противостояние с проамериканским врагом, или джихад, или очищение земли ислама от европейской (или еврейской) оккупации.

Палестинцам нужен конфликт, иначе их жизнь утрачивает смысл. Экономического смысла в их жизни нет. Без трудовой этики и культуры образования они обречены всю жизнь заниматься примитивным производством и натуральным хозяйством. Даже если каким-то чудом им удастся достичь эффективности еврейских фермеров Газы, занять таким образом миллионы палестинцев все равно не удастся. Главным занятием палестинцев было и остается вымогательство гуманитарной помощи у Запада и других мусульман. Даже те землевладельцы, что сегодня вполне довольны жизнью, уже в следующем поколении пополнят ряды бунтарей, потому что их уже не будет устраивать доля пастухов, им подавай современный образ жизни.

Израильской правящей верхушке конфликт нужен во многом по тем же причинам, что и мусульманам. Задушенный социализмом и непомерно раздутой социальной сферой, Израиль на десятилетия отстает от Запада экономически. Быть премьер-министром бедного крохотного государства на задворках цивилизации – сомнительное достижение. Куда привлекательнее быть грозным полководцем в авангарде битвы цивилизаций и не сходить со страниц западной прессы. Израильские правители не собираются никому отдавать землю, и дело вовсе не в религии или национализме. Любые правители, и израильские не исключение, хотят править большим государством, поэтому никогда не откажутся от земли добровольно. Израильские лидеры лишь делают вид, что сдают территории, бесконечно затягивая процесс, и то только под давлением своих иностранных коллег. Если Иудея, Самария и Газа – нееврейские земли, то зачем тянуть резину? Отдайте их арабам, пусть они построят на них свое недогосударство, кому какое дело? Необязательно их контролировать, достаточно просто защищать собственные границы.

Запад поддерживает этот конфликт из соображений баланса сил. Американским лидерам приходится проявлять чудеса изобретательности, одной рукой толкая Израиль к миру (и зарабатывая репутацию могущественных миротворцев), а другой – всячески мешать этому миру. Вялотекущие военные действия – идеальная ситуация для международных арбитров. От разрешения конфликтов такие арбитры получают не только политические дивиденды, но также военные (базы и влияние) и экономические (продажи оружия). Когда тлеющий конфликт перерастает в войну, Америка, Франция и Россия тут же начинают кричать и требовать остановить бойню. Что естественно, ведь им нужен арбитраж, а не полномасштабная война в нефтяном регионе.

Свою роль выполняет и пресса, преувеличивая новости и усиливая напряженность. Мир никому не интересен, самые лучшие новости всегда создает война. О размеренной мирной жизни пишут только сельские газеты, крупные издания всегда ищут кровавых сенсаций.

Моралистам всегда важнее обнаружить и осудить очередную несправедливость, чем установить справедливость. Они не ищут мира.

Консерваторы поддерживают жесткую линию ради самой линии. Эта линия может совпадать с колониализмом (скажем, антиарабскими предрассудками); антисемитизмом; ненавистью к слабым, неразвитым и необразованным; с другими низменными чертами. Сторонникам жесткой линии не нужен мир, им нужно навязать другим свою линию, которую они считают единственно верной.

А обычные люди просто хотят мира, и вопросы политики им малоинтересны.