Samson Blinded: A Machiavellian Perspective on the Middle East Conflict
[ Back ] [ Next ]


Америке лучше отказаться от установления демократии в Сирии, если Ассад разделается с Исламским Джихадом дома и Хезболлой в Ливане, особенно если Хезболла станет националистической и анти-сирийской. Вмешательство уместно, только когда режим устраивает международные беспорядки, как укрывательство террористов, а не за его внутреннюю политику. Лучше не ковырять исламские общества, а использовать изменения, предлагая минимальную поддержку людям с приемлемыми целями. Политики редко имеют достаточную для этого квалификацию.

По мере коллапса установленных империями границ, включающих различные арабские племена и исповедания, Израиль может уменьшить военные затраты, поскольку технологически совершенное вооружение не требуется против малых государств. Малые и несостоявшиеся государства не разрабатывают ядерное оружие. Нет смысла поддерживать диктаторов просто из боязни несостоявшихся государств; они все равно развалятся. Напротив, стратеги должны оценивать, можно ли реструктуризировать несостоявшееся государство, как было в Югославии. Раздел Ирака на шиитское, суннитское и курдское мини-государства может сработать, особенно если США согласятся на переселение турецких курдов в иракский Курдистан. Турции понравится избавиться от бунтующего населения, а курды не смогут противиться переселению.

Но разве мусульмане не заслуживают свободы и демократического правительства? Израилю это безразлично. Его политика диктуется его интересами, не заботами остальных. Многие, как социалисты, принимают ограниченную свободу, пока правительства гарантируют благосостояние и пенсии. Многие люди ценят идеологию или лояльность выше свободы, особенно бедные люди, которым мало пользы от свобод, и которые стремятся к уважению через единство с общиной и ненависть. Люди ценят только завоеванные свободы. Арабы не хотят демократии, импортированной из Израиля или Соединенных Штатов.

Умножая диссидентов и повстанцев, израильские и американские бюрократы должны преодолеть привязанность к иностранным бюрократам, которая вызывает у них пренебрежение к диссидентам. Эта преступная привязанность хорошо известна в отношениях царских семей: русский, германский и британский монархи любезно переписывались во время мясорубки Первой Мировой войны. Бесполезно поддерживать демократов и западников, не имеющих местной поддержки. Американские дипломаты поддерживают лидеров с хорошими манерами, прилично одетых, ненавидящих религию, даже если они самопровозглашенные. Одно дело пропагандировать их ценности, другое и ошибочное продвигать их. Подпольные голоса в тираниях обычно некультурны.

Не следует надеяться посеять разногласия между террористическими группами, разделяя их по этническим или религиозным признакам. Повстанцы различных вероисповеданий часто сотрудничают. Их лидеры, привыкшие посылать своих людей на смерть, неизбежно циничны. Подкуп одной группы против другой также не работает. Деньги пойдут на борьбу против старых врагов, а при появлении новой общей цели или врага, группы преодолеют установившуюся вражду. Многие нерелигиозные евреи финансово и политически поддерживают ультра-ортодоксальные поселения на территориях. Недовольство и несогласие в арабских странах, впрочем, ослабляют финансовую и социальную базы повстанцев.

Продвижение политических и религиозных различий во враждебных странах верная политика. Большинство мусульман исповедуют фундаменталистский, агрессивный ваххабизм.[37] Саудовская Аравия приняла эту фракцию как государственную религию и поддерживает ваххабистские организации за границей, от школ до повстанцев. Ваххабизм, однако, является теологически сомнительный инновацией восемнадцатого века, подстроившейся под учение средневекового исламского радикала Ахмеда ибн Таймийи, неоднозначной фигуры, часто попадавшей в тюрьме за свои неортодоксальные взгляды. Декларируя прочих мусульманских правителей отступниками, ваххабизм устраивает саудовскую династию. Это не единственная школа в исламе, и она произвела мало учений. Израиль через иностранные фонды может поддерживать исламские фракции с целью распылить ваххабистский авторитет и уничтожить важную причину арабской агрессии. Израиль должен внимательно следить за теологическим развитием ислама, поскольку ваххабизм может со временем стать консервативной государственной религией и маргинализировать радикалов.

Хотя саудовское финансирование объясняет процветание ваххабизма среди клерикалов, они также пытаются противопоставить фундаментализм атеизму. Можно попробовать помочь им найти приемлемый способ противодействия атеизму. Католическая церковь трансформировала христианство в христианскую культуру. Процесс не обязан быть медленным. Ислам может быстро поддаться западничеству благодаря вездесущности и убедительности средств массовой информации.

Предложение поддерживать и антигосударственный исламский фундаментализм, и про-западные силы выглядит противоречивым, но если Израиль делает и то, и другое, он обращается одновременно к различным группам, раскалывая арабские общества по многим линиям. Фундаментализм не выдерживает в современном мире свободно конкурирующих идей, вскоре станет абсурден и утратит многих последователей. Его пропаганда ускорит утрату иллюзий. В редкой демонстрации доброжелательности к Америке, десятки тысяч иранцев вышли на демонстрации в ее поддержку после 9/11. Фундаменталистские обещания эгалитарного государства ослабляют правительства, расчищая дорогу западным ценностям. Раскачивание фундаментализма, однако, требует осторожности. Если клерикалы надолго сохранят власть, они гораздо больше навредят Израилю, чем сегодняшние циничные арабские автократы.

Поддержка Израилем исламского фундаментализма не станет проблемой, поскольку даже демократически избранный фундаментализм нежизнеспособен. Как в Иране, клерикалы не выполнят обещаний, и население вскоре станет ими недовольно. Иран показывает и иной пример. Франция много лет подрывала режим шаха и многое делала для водворения Хомейни, но не получила взамен поблажек. Иран еще более враждебен ко Франции, чем к США. Аналогично, Израиль не может ожидать благодарности от поддерживаемых исламских фундаменталистов, но должен рассчитывать на предсказуемость их действий как часть своей стратегии. Поддержка радикальных исламистов, к тому же, слаба: они получили лишь 11% на недавних выборах в Пакистане. Любая нерелигиозная партия, рекламирующая равенство и борьбу с коррупцией, получит больше голосов, чем религиозные фанатики. Поскольку националистическая риторика очень похожа на религиозную, люди вряд ли выберут подражателей из националистических партий вместо отринутых клерикалов. Гораздо более вероятно появление аутентично местных западников, как Ататюрк. Клерикальные государства не так плохи, как позволяет предполагать поверхностный взгляд на Иран и Афганистан. В обоих случаях, клерикалы бюрократизировались вскоре после прихода к власти, и бюрократия привела к консерватизму. Иран почти прекратил террористические взрывы на Западе, уменьшил поддержку повстанцев до почти риторики, и тянется к сближению с Соединенными Штатами.[38] Аналогично, талибанские клерикалы обернулись против опиумной индустрии; этот позитивный сдвиг был перечеркнут международными санкциями, оставившими наркотики основным источником дохода афганского правительства. Другая польза клерикализации - в последующей неизбежной секуляризации, поскольку люди едва ли будут жить под властью фундаменталистов в двадцать первом веке. Движение явно в Саудовской Аравии и Иране и, похоже, также в Афганистане.

Исламские демократии влекут проблему, поскольку Соединенные Штаты их поддержат. Номинальная демократия этих стран прикрывает политическую трусость. Соединенные Штаты терпят создание ими ядерного оружия и прочих средств массового поражения, откладывая решающий удар, пока они накапливают ядерное оружие. Смена режима направит это оружие против Израиля. С другой стороны, продвижение фундаментализма делает Израиль единственным политически корректным союзником Америки в нефтяном регионе, а другие страны последуют примеру Америки. Либеральная демократия не остановит мусульманскую поддержку повстанцев и войну в целом. Европейцы продолжали воевать долго после того, как французская революция подняла идеи свободы и прав человека. С другой стороны, тоталитарный режимы, как Объединенные Арабские Эмираты, Катар и Кувейт, сравнительно миролюбивы. Никакое политическое устройство не делает людей пацифистами, но благосостояние и страх его утраты в войне. Арабам потребуются десятилетия либеральной политики, чтобы приобрестивсеобщее благосостояние, и поэтому их либерализация не приведет к немедленному результату.

Как бы Израильни относился к арабским правительствам, все позитивные программы, особенно инициируемые Соединенными Штатами, должны быть адресованы населению в целом, а не чиновникам. В существующей системе, финансовая помощь покупает межправительственное сотрудничество, а не доброжелательность народа, поскольку большинство людей не ощущают пользы. Финансируемые американцами колледжи в арабских странах, арабские студенты в Америке,[39] еда, доставленная непосредственно голодающим (Выращено в США четко написано по-арабски), бесплатные газеты, оплачиваемые американцами, публичная критика американскими дипломатами непопулярных действий местных правительств должны купить Западу друзей в мире ислама.

В большинстве арабских стран, где свобода слова означает осуждение Соединенных Штатов за закрытие интернет-сайтов террористов, граждане не могут выплеснуть недовольство политикой правительств. Это недовольство, в основном связанное с классовыми конфликтами, сублимируется в единственно позволенную ненависть, к Израилю. Американские давление на арабов в защиту свободы слова распылит накопившееся недовольство и снизит антиизраильские настроения. Также имеет смысл занять твердую позицию по правам человека (не включая ущемления полицией, необходимого для антитерроризма), как статус женщин, ограничений шиитов и прочих религиозных меньшинств, бюрократической коррупции, справедливого распределения нефтяных доходов и прозрачного бюджета. Такая политика создаст определенную благожелательность к американцам среди арабов, правильно полагающих, что Запад поддерживает их притеснителей, невзирая на простых людей.

Имеютсяразумныедоводывпользудемократииидиктатурыварабскоммире, контролярождаемостиилиееувеличениядляобедненияиослаблениягосударств, помощиилисаботажаэкономическогоразвития. Лучше дать процессам идти своим ходом. В долгосрочной перспективе, Израиль только тратит свои ресурсы, действуя против волны или ускоряя и без того быстрое в глобализированном обществе. Вместо этого, Израиль должен сконцентрироваться на уничтожение непосредственных угроз: оружия массового поражения и повстанцев.

Израиль должен разделять мусульман по этническим и религиозным линиям. Хотя большинство исламских наций не имеют индивидуальности и легко растворятся пан-исламской империи, иранцы и азербайджанцы, иракцы, египтяне, пакистанцы, казахи и таджики имеют сильную национальную индивидуальность. Африканские мусульмане, воспринимаемые как ущербные в исламской традиции, имеют, можно сказать, негативную идентификацию. Нигерия наибольшая страна, затронутая исламским расизмом. Соединенные Штаты могут разжигать националистические претензии этих стран на большую роль в общеисламских организациях.

Хотя мусульмане называют себя единой общностью, они делят богатство по-разному. Ничтожные элиты в Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратах, Катаре и Кувейте получают больший доход, чем свыше миллиарда прочих мусульман. Нужно подтолкнуть остальных мусульман требовать свою долю нефтяных доходов от аморальных нефтяных княжеств.

Дополняя оскорбление, саудовцы ограничивают доступ к священным местам, которые они контролируют от имени всего исламского сообщества, устанавливая малые квоты на хадж для различных стран, не давая мусульманам попасть в рай. Саудовская Аравия заставляет молчать гораздо более населенные Пакистан и Бангладеш, и все больше Индонезию, финансируя местных клерикалов. Используя подставные исламские организации, Израиль должен показать эту недорогую, утонченную и эффективную тактику как коррупцию, вредящую национальным интересам этих стран. Основные игроки Соединенные Штаты, Франция, Россия могут начать копировать саудовцев и покупать агентов влияния среди неарабских мусульман через международные фонды. Будут ли местные имамы бойкотировать эти фонды? Вероятно. Тогда обучите имамов в альтернативных медресе. Ищите несогласных, злобных имамов и подкупайте их деньгами, приглашайте на лекции в Соединенные Штаты, издавайте их книги, стройте для них мечети, делайте что угодно, чтобы добиться их сотрудничества. Расходы огромны, но этой войны, а не культурный обмен. Запад должен обанкротить Саудовскую Аравию в финансировании умеренного ислама, как он обанкротил Советский Союз в гонке вооружений.

Нет задачи заменить ислам на исламский национализм. Традиционные террористы вроде ПЛО или Абу-Нидал не религиозны. Нынешняя религиозность повстанцев упражнение в рекламе для внешнего потребления. Национализм не менее опасен, чем религиозный пыл. Запад должен продвигать национализм лишь настолько, чтобы расколоть пропагандируемое единство мусульманского мира, и не более того.

Иной фронт использование внутриарабских противоречий. Хотя Израиль не хочет прямого столкновения с Египтом, он может измотать Египет, поставляя большим армиям Судана и Омана устаревшее вооружение. Оман поддерживает торговые отношения с Израилем, и его правитель, Кабус бин-Саид, довольно дружелюбен. Реагирование на рост арсеналов, даже без явных агрессивных намерений, заставит Египет истощать свою экономику на поддержание массовых армий как у Судана и Омана, не небольшую и развитую армию израильского типа. Вооружение Египта не создаст угрозы для Израиля. Израиль и Соединенные Штаты могут сосредоточиться на Омане, население которого несколько спокойнее, и поддерживать его продвижение в арабском мире.

Вторжение Соединенных Штатов в Ирак исключило возможность продления до бесконечности ирано-иракского конфликта, много лет уничтожавшего двух израильских врагов. Возможность может вернуться с эвакуацией Соединенных Штатов из Ирака, и не должна быть упущена.

Гражданская война в Ливане нуждается в поддержке и поставке оружия обеим сторонам, если у Израиля есть планы на эту страну.

Израиль косвенно поддерживает Индию по Кашмиру, но, если только ядерные возможности Пакистана не будут уничтожены, нужно поддерживать тесные связи с пакистанскими военными. Отдаление Америки от Пакистана создало потребность в израильских военных услугах и поставках.

Многиедругиепротиворечиямогутбытьиспользованыдляразложениямусульманскогоантиизраильскогоединства.

Исламским коллективизм, агрессивная религия, плохое образование, ненависть и ксенофобия экономически неэффективны. Религиозно или идеологически жесткие культуры неконкурентоспособны. Ислам переносит человеческие цели в иной мир.

Преследование земных целей и индивидуализм могут быть не лучше исламской этики, но западные взгляды гораздо эффективнее ислама для технологического прогресса и накопления богатства. Пропасть между Западом и миром ислама будет расти, пока последний не вымрет или откажется от своего религиозного багажа. Дажеитак, безкультурытруда, типичнойдлянесколькихдальневосточныхэкономик, мусульманевбудущемненакопятсущественногоиндустриальногобогатства.

Лучше организованные животные и общества заставляет хуже организованных принять более эффективное поведение или вымереть. Пусть мусульмане идут своей дорогой. Коматозные общества могут жить на нефтяные доходы или ООНовскую помощь. Израилю нужно продержаться через смертную агонию доходящей исламской культуры. Израильскаясмесьумереннойрелигиозностииумеренноактивнойработывесьмастабильна.

[37] While the clerical bureaucracy tends to interpret this doctrine conservatively (less aggressively), the likes of bin Laden who infuse Wahhabism with a new spirit of struggle are likely to prevail.

[38] Сомнительно, чтобы США приняли такое сближение. По возможности, предпочтительно удушить страну до смены режима по типу СССР. Проблема применения этого подхода к Ирану в том, что, в отличие от СССР, у Ирана мало фиксированных расходов, и он может уменьшать расходную часть своего бюджета для соответствия доходам. В этом смысле, прекращение иранской войны с Ираком было ошибкой.

[39] Много краткосрочных студентов, а не мало долгосрочных, которые часто переселяются на Запад.