Журналистку оправдали потому, что у нее были серьезные свидетельства в поддержку этого обвинения. Суд подчеркнул, что этого офицера привлекли к суду по этим же обвинениям. Но ведь здесь весь вопрос, где причина, а где – следствие. Его арестовали именно после истерии в прессе, но позже оправдали.

И теперь левые журналисты поняли, что могут безнаказанно клеветать на кого угодно, стоит только заставить правоохранителей возбудить расследование против предмета клеветы. Стоит полагать, что теперь они будут еще агрессивнее набрасываться на солдат со своими лжеобвинениями.

Подобные вещи – бич американского здравоохранения, где врачи так боятся исков за небрежность, что проводят все мыслимые и не мыслимые виды тестов. Но медицина – это такая вещь, которая изначально содержит элемент риска, и попытки свести его к нулю за счет редких диагнозов приводят к сильному удорожанию и усложнению для подавляющего большинства населения. Теперь из-за этого случая «Клалита» все больницы начнут дуть на воду и проводить кучу тестов, и медицина станет еще дороже.

Нет сомнений, что ему угрожали, били и да, имитировали акт содомии с помощью дубинки. Не для смеха, а чтобы получить информацию о Роне Араде, которого захватили коллеги Дирани. По логике, если мы готовы освободить тысячу арабов в обмен на одного еврея, причем весьма скверного еврея, то тем более у нас есть причины пытать араба, чтобы вернуть другого еврея.

И вот теперь сотрудник Подразделения 504 подал встречный иск против правительства, заявив, что его уволили после обвинений Дирани несмотря на то, что он непосредственно в пытках не участвовал. Одно дело, когда правительство формально подчиняется судебному диктату, и совсем другое – когда хороших следователей реально наказывают за то, что они делали все возможное для спасения еврея.

Суд правильно отметил, что право вести семейную жизнь не ограничено границами Израиля и палестинцы могут прекрасно вести ее в своем собственном государстве в пятнадцати километрах.

Среди судей, не разделяющих эту точку зрения, был председатель суда.

Конечно, вряд ли Данцигер совершенно не замешан в коррупционном скандале с мэром Бат-Яма Лахиани. Он два года работал на Лахиани как частный адвокат и получил от него больше $200 тыс. (плюс доход от разных деловых сделок), а поскольку мэр коррумпирован, вряд ли это не коснулось и Данцигера.

Вообще, довольно сложно представить себе частного адвоката, совершенно не замешанного в какой-либо форме коррупции. Особенно это касается адвокатов, работающих на беловоротничковых преступников. Поэтому частных адвокатов нужно или вообще не пускать в Верховный суд как лиц подозрительных, либо же пятна на их репутации следует допускать как значительно перевешиваемые их реальным опытом.

С другой стороны, ни один частный адвокат не совершил больше преступлений против Израиля, чем председатель БАГАЦа Дорит Бейниш, которая регулярно жертвует безопасностью государства ради удовлетворения левых.

Странный аргумент. Большинство оккупантов устанавливают на подвластной территории послушное правительство, с которым всегда можно заключить любое нужно соглашение. Правда, по Гаагской конвенции от 1907 года такие соглашения объявляются вне закона, так как считается (и справедливо), что они заключаются под давлением против воли местного населения.

Конечно, мы эту землю не оккупировали, потому что она и так наша. Но в рамках левого мировоззрения, которого придерживается Верховный суд, такой взгляд на карьеры ошибочен.

Его действия можно назвать многими словами, но называть их уголовным преступлением, причем еще и таким чудовищным, как изнасилование – тут нужен настоящий «кацавский суд».

Хотя Верховный суд утверждает, что не признает доказательства, полученные под пытками, на самом деле человечество пока не изобрело другого способа получать информацию у террористов, поэтому эта практика негласно продолжается. Снова и снова полицейских наказывают за допросы террористов с физическим воздействием, правда, оправдывают только совсем уж рядовых террористов. В целом же военные суды пока сохраняют здравый смысл при работе с террористами.

В деле Кацава был установлен такой низкий порог доказательства, что люди становятся практически беззащитны перед такими вот хищными дамочками. Дело Кацава было особенным, поскольку его личным врагом оказался Шимон Перес. Но совсем скоро мы пожнем плоды этого прецедента: нашу страну захлестнет волна дел об изнасиловании против видных политиков.