Так случилось с мэром Кирьят-Малахи, который имел половые отношения с сотрудницей с явного согласия последней. Эти отношения длились долгое время, она сама приезжала к нему в квартиру, и если это нельзя называть служебным романом, то остается только проституция, поскольку женщина получила за секс различные преимущества.

В любом цивилизованном государстве это была бы очень странная инициатива: если закон в судебном порядке определяется как неконституционный, то он неконституционный вне зависимости от того, сколько депутатов парламента его поддерживают. Но в Израиле, как это часто бывает, все по-другому: у нас все знают, что БАГАЦ любит отменять законы исходя из абстрактных рассуждений о «человеческом достоинстве» и других тонких материях, а не просто на основе базовых законов – израильского аналога конституции.

Естественно, инициативу Неемана опротестовали левые депутаты, которые без Верховного суда не смогут бороться с консервативным законодательством.

Он где-то раздобыл видеопленку многолетней давности, на которой Кацав запечатлен на публичном заседании именно в тот момент, в котором, по утверждению Алеф, он совершал ее изнасилование.

Пока генпрокурор не разрешил повторное слушание с учетом новых свидетельств.

И вот наш доблестный суд, решив все проблемы в области прав человека, перешел к правам животных. БАГАЦ заблокировал экспорт обезьян-макак в США для медицинских экспериментов. Суд не смутил тот факт, что в США очень серьезное законодательство о защите животных и обезьян использовали бы правильно (хотя и жестоко). Во всяком случае, макаки – удовольствие дорогое, поэтому их в любом случае не будут убивать просто ради еды или для бессмысленных экспериментов.

Суду неплохо бы ответить на один вопрос: на ком теперь экспериментировать ученым-медикам?

Единственная логичная причина, по которой арабский судья может быть против амнистии, состоит в том, что он рассматривает поселенцев с чисто арабской точки зрения. С этой точки зрения к ним нужно применять самые жесткие формы наказания, вплоть до уголовных, даже за простые выступления против размежевания.

Но суд признал их виновными всего лишь в «причинении смерти по неосторожности», хотя они били его долго и осознанно. Максимальный срок по этой статье составляет три года, а фактически они могут отсидеть года два и даже меньше.

Журналистку оправдали потому, что у нее были серьезные свидетельства в поддержку этого обвинения. Суд подчеркнул, что этого офицера привлекли к суду по этим же обвинениям. Но ведь здесь весь вопрос, где причина, а где – следствие. Его арестовали именно после истерии в прессе, но позже оправдали.

И теперь левые журналисты поняли, что могут безнаказанно клеветать на кого угодно, стоит только заставить правоохранителей возбудить расследование против предмета клеветы. Стоит полагать, что теперь они будут еще агрессивнее набрасываться на солдат со своими лжеобвинениями.

Подобные вещи – бич американского здравоохранения, где врачи так боятся исков за небрежность, что проводят все мыслимые и не мыслимые виды тестов. Но медицина – это такая вещь, которая изначально содержит элемент риска, и попытки свести его к нулю за счет редких диагнозов приводят к сильному удорожанию и усложнению для подавляющего большинства населения. Теперь из-за этого случая «Клалита» все больницы начнут дуть на воду и проводить кучу тестов, и медицина станет еще дороже.

Нет сомнений, что ему угрожали, били и да, имитировали акт содомии с помощью дубинки. Не для смеха, а чтобы получить информацию о Роне Араде, которого захватили коллеги Дирани. По логике, если мы готовы освободить тысячу арабов в обмен на одного еврея, причем весьма скверного еврея, то тем более у нас есть причины пытать араба, чтобы вернуть другого еврея.

И вот теперь сотрудник Подразделения 504 подал встречный иск против правительства, заявив, что его уволили после обвинений Дирани несмотря на то, что он непосредственно в пытках не участвовал. Одно дело, когда правительство формально подчиняется судебному диктату, и совсем другое – когда хороших следователей реально наказывают за то, что они делали все возможное для спасения еврея.

Суд правильно отметил, что право вести семейную жизнь не ограничено границами Израиля и палестинцы могут прекрасно вести ее в своем собственном государстве в пятнадцати километрах.

Среди судей, не разделяющих эту точку зрения, был председатель суда.