Вчера я был в очень плохом настроении. Очень. Я узнал, что мои деревья сожгли. В детстве я специально копил деньги, чтобы покупать эти деревья, чтобы оплачивать их посадку. И теперь они все сгорели. Их сожгли специально. Было бы нелогично, если бы среди миллиона сгоревших деревьев не было ни одного моего. Нет, мои тоже сгорели, должны были сгореть.

Каждую неделю я брал в школу монету в 5 центов, на которую покупал особую марку. Марку Еврейского национального фонда. Каждую неделю я наклеивал эту марку на рисунок листочка на плакате ЕНФ. На этом плакате было двадцать «листочков» для таких марок. Каждую неделю я приклеивал одну марку на один листочек, и через двадцать недель получалось целое дерево. Мое собственное дерево! Я делал это не один год, потому что я был хороший мальчик. Хороший еврейский мальчик. Я посадил таким образом много деревьев. Это были мои деревья. Мои еврейские деревья.

И вот теперь их сожгли. Они – арабы со своей интифадой. В прошлом году в суверенном государстве Израиль, – которым я так горжусь, потому что оно никому не позволяет собой командовать, – арабы сожгли 1 миллион 150 тысяч деревьев. Мои деревья наверняка были среди них. И мне было очень плохо.

Но затем я увидел в газете объявление Еврейского национального фонда, и настроение у меня сразу же поднялось. Я снова стал гордиться тем, что я еврей, потому что Еврейский национальный фонд никому не позволяет собой командовать. Фонд поместил объявление, в котором сказал арабам, что мы больше не слабаки, как раньше. Больше никто не может жечь наши деревья. Точнее, не совсем так. В объявлении говорилось, что если арабы сожгут наши деревья, мы посадим новые, причем гораздо больше. Они сжигают – мы сажаем больше того, что они сожгли. Если они сожгли 1 миллион 150 тысяч, мы сажаем в десять раз больше, 11 с половиной миллионов!

Я был так рад! Я побежал в банк, чтобы обменять деньги на 5-центовые монеты на новые листочки, которые я буду покупать каждую неделю. Я так радовался, что ЕНФ придумал такую классную вещь… пока не встретил соседа. Этот сосед мне никогда не нравился. Он был циник и брюзга. Когда я рассказал ему о замечательной идее ЕНФ посадить в десять раз больше деревьев, чем сожгли арабы, этот ворчун заявил мне:

– А если они сожгут и эти деревья? Тогда в следующий раз мы посадим 110 миллионов? И почему вообще евреи должны постоянно платить за деревья, которые арабы сжигают? Почему нельзя просто выгнать их из страны? Почему мы разрешаем им жить в стране, если точно знаем, что они сожгут наши леса? И неужели я такой простак, что буду платить раздутую зарплату сотрудникам ЕНФ, для которых все эти поджоги – золотая жила, потому что из каждого поджога они устраивают шумную пиар-акцию и покупают себе новые лимузины? Если ЕНФ нужны мои деньги, пусть они сначала потребуют выгнать из страны арабов, чтобы я точно знал, что за каждое дерево я буду платить только один раз.

Мне никогда не нравился этот сосед. В нем столько цинизма. Столько логики.

Даже если эти сообщения верны, обмен уступками вряд ли можно назвать пропорциональным: 3-4 часа сэкономленного времени для туристов против стесненных жилищных условий для тысяч семей в поселениях.

Когда левое образование окончательно сломало пионерский дух светских сионистов, харедим остались последней группой, готовой заселять внутренние районы Израиля. Аттиас настаивает на создании в Галилее и районе Вади-Ара харедского поселения, чтобы остановить нелегальную застройку этой местности арабами.

Застройка эта нелегальна не столько потому, что у них нет разрешений, сколько потому что Тора запрещает селиться в Обетованной земле врагам евреев.

Сейчас у арабов около 800 тоннелей – больше, чем до прошлогодней войны.

Продавать «Апачи» Израилю Обама запретил, чтобы мы случайно не поубивали бедных палестинских террористов.

Америка ведь наш союзник, верно? Главное почаще напоминать себе об этом.

Из этого видно, что палестинцы были уверены: израильские солдаты с их безумным начальством не будут стрелять по арабке.

Инцидент произошел недалеко от Иерихона – города, в котором наш библейский герой Иисус Навин убил всех жителей.

Раскол между ХАМАСом и ФАТХом означает вернейший срыв мирного процесса.

Израилю тоже стоит арестовать несколько сот террористов ФАТХа на Западном берегу, дабы преподать урок болтуну Аббасу.

Для Обамы это большая удача, потому что так ему удастся сохранить лицо. За три месяца большой вред Израилю нанесен не будет, зато Обама сохранит репутацию как человек, способный контролировать Израиль. Ждать от арабов ответных уступок, например ослабление условий бойкота, конечно же, не приходится, и срок моратория просто незаметно истечет.

С другой стороны, заморозка строительства поселений подрывает решимость Израиля аннексировать блоки поселений. Заморозив строительство, Израиль дает арабам понять, что в принципе готов рассматривать передачу им поселений.

Естественно, арабы по-прежнему не будут платить за воду ни копейки, потому как правительство не хочет новых беспорядков.

Более того, суд потребовал ужесточить наказание еврейскому парню, выстрелившему в связанного врага, внимание… «исходя из еврейских и демократических ценностей». Сложно судить, какое отношение к произошедшему имеет демократия, зато еврейские ценности на эту тему высказываются однозначно: Тора требует казнить врагов Земли Израиля при первой же возможности.

Если не наказывать арестованных арабов резиновыми пулями, то отбить у них желание бунтовать вообще не будет никакой возможности. Сажать в тюрьмы сотни людей – это вообще не вариант, тем более с теми сверхмягкими тюремными сроками, что у нас практикуются.

Теперь, когда отношения США что с Ираном, что с Израилем ухудшились так, что хуже уже некуда, израильская атака на Иран почти решенное дело.

Согласно хартии Красного креста, эта организация может оказывать помощь только военнопленным и перемещенным лицам. Помогая обычным жителям Газы, Красный крест показывает, что считает их перемещенными лицами и признает их право на возвращение - в Хайфу и Яффо.

Предыдущий корабль Свободной Газы («Дигнити», англ. «достоинство») затонул при странных обстоятельствах.

Это возмутительно, что атеистический суд вмешивается в исключительно религиозную сферу. Закон кашрута в первую очередь требует от владельца пекарни быть евреем или, в крайнем случае, взять на работу евреев. Верховный суд раньше уже постановлял (в делах по вопросам иммиграции), что еврей перестает считаться евреем, обратившись в христианство.

На практике рабби, скорее всего, сертификат выдадут, но при этом замучают бедного пекаря за Иисуса так, что он закроется.

И вот газета «Гаарец» сообщила, что Баркат готовится легализовать 80% всех нелегально возведенных зданий, в которых проживает 180 тысяч наших арабских врагов.