Александр Майстровой
«И впервые, пробежав по спине ледяной дрожью, пришло ясное понимание того, что за мясо я видел в Подземном мире. Эти бездумные Элои были откармливаемым на убой скотом, который муравьеподобные Морлоки разводили и на который охотились».
Герберт Джордж Уэллс, «Машина времени»
Мой дорогой высококультурный друг!
Знаменитый лозунг коммунистического Советского Союза был такой: «Мы говорим «Ленин», подразумеваем «партия», мы говорим «партия», подразумеваем «Ленин»». Для тебя он прозвучал бы так: «Мы говорим «мультикультурализм», подразумеваем «ислам», мы говорим «ислам», подразумеваем «мультикультурализм»». Исламский мир – единственный и последний барьер на пути к твоей мечте о культурном плюралистическом обществе. Как гласит французская поговорка, «даже испанец может быть французом». Испанец действительно может, араб – нет. В отчаянии ты уже готов напялить на себя куфию, а на свою жену чадру – пусть ислам придет в твой воздушный замок…
Это твоя идея-фикс, твой личный выбор. Напомню тебе только, мой восторженный друг, какова роль «правоверного» в мультикультурном обществе, когда он, прошенный или непрошенный, в это общество приходит.
На протяжении сотен лет Ближний Восток воплощал собою настоящий идеал мультикультурализма, энциклопедию духовных и философских знаний. Мистические религии античности и зороастризм, эбониты и первые христианские секты, гностицизм и учение каббалы, неоплатоники и манихеи, арийцы и несториане… Все они сосуществовали в гармонии. Мало того, они обменивались идеями и взглядами в этом гигантском плавильном котле человеческого духа. Известно тебе или нет, но вся твоя европейская философия и теология, проложившая путь к свободе и либеральным ценностям, проистекает из этого источника.
Одним из первых актов на триумфальном пути ислама было уничтожение знаменитой Александрийской библиотеки. Но это было только начало – в то время ислам был относительно толерантным и благородным. Более того, в начале ислам присоединился к плавильному котлу (так что, дражайший мой друг, не обвиняй меня в предвзятости). Ислам показал миру мистицизм суфиев с их поэзией жизни и отрицанием материальных благ, нашедших отражение в религии друзов. Гораздо позже именно из ислама произросла самая гуманистическая религия современности – бахаизм. Ислам также дал жизнь движению Ахмадийя, которое верило, что мир можно улучшить с помощью любви. Но к сожалению, фанатизм и ограниченность с веками нарастали. Сунниты в Саудовской Аравии оказались под догматическим и жестоким управлением ваххабизма. Утопия шиитского ислама на наших глазах превратилась в паранойю.
Даже во время господства средневековой инквизиции в Европе существовали свежие идеи. И тогда были различные философские школы – от Альберта Великого до Фомы Аквинского, от Экхарта до Роджера Бэкона. Был итальянский Прото-Ренессанс с Данте Алигьери, Джованни Пизано и Джотто. Была сильнейшая жажда свободы, воплощенная в катарах, вальденсах, чешских гуситах и лолларах. А сейчас поведай мне, мой премудрый друг, какие философские и духовные школы ты знаешь в современном исламском мире? Просвети меня, я буду счастлив узнать! Есть ничтожная кучка храбрецов, отрицающих догматический ваххабизм – такие, как шейх Абдул Хади Палацци и доктор Тауфик Хамид из Египта. Но эти люди отвержены исламским миром и живут за его пределами.
Позволь спросить тебя, что осталось от мультикультурного ближневосточного мира? Остаются ли зороастрийцы и бахаисты в Иране, на своей исторической родине? Легче найти их на иранском кладбище, чем живыми. Те, кому посчастливилось спастись, сбежали в Индию или на Запад. А как насчет суфиев, остались ли они в Саудовской Аравии? Нет, они уничтожены режимом как враги «истинного ислама». А можешь ли ты найти остатки движения Ахмадийя хоть в одной из ближневосточных стран? Да, можешь! И лишь в одном месте: в столь ненавидимом тобой Израиле (хотя я ни на секунду не сомневаюсь в твоем еврействе). В стране расизма, апартеида и насилия. Центр Ахмадийя находится в израильском городе Хайфа. Там же и знаменитое бахайское святилище. И суфии в Израиле свободны, и друзы наслаждаются всеми гражданскими правами…
Не так уж давно арабский Восток был пестрой палитрой древних и уникальных христианских сект. Все они были сметены волнами исламского фанатизма. Христиане Ирака и Западного берега реки Иордан бежали в США и Канаду. Копты покинули Египет. Та же судьба, похоже, ждет маронитов Ливана – страна на грани Зеленой революции. Иракские гностики-мандианцы подверглись геноциду и находятся на грани полного исчезновения. Я уже не упоминаю о Дарфуре. И ты всего этого не видишь! Конечно, что тебе какие-то мандианцы – это не твои любимые палестинцы, требующие особого подхода. Через двадцать-тридцать лет Ближний Восток превратится в настоящее мультикультурное кладбище, и единственным оазисом останется Израиль. Если бы ты, мой высокообразованный друг, хотя бы не старался изо всех твоих сил помочь пустыне поглотить этот оазис… Но ты стараешься и будешь стараться, я в этом не сомневаюсь.
Еще шаг, и вместо колыбели гуманизма здесь останется только выжженная пустыня ненависти. И пустыня эта будет распространяться на север и на юг, на восток и на запад. Она войдет в открытые двери твоего дома; она пожрет тебя и твою семью, все твои клубы, театры, кафе и галереи. Ты привык к свободе; ты не можешь себе представить, на что будет похож твой мир без свободы. Я знаю, потому что я вырос в коммунистической Москве. Но я также знаком с Ближним Востоком. И поверь мне, по сравнению с новым халифатом Советская империя шестидесятых и семидесятых будет выглядеть раем. Новые владыки мира не только заткнут тебе рот. Они вывернут наизнанку твою душу.
Мне тебя искренне жаль.
Хотя… пожалуй, уже нет.
